У фортуны женское лицо
Шрифт:
– У них горе, пусть и плачут! – беззаботно тряхнула женщина коротко стриженной головой. – А мне с чего? Ну училась я с Людкой в одном классе! Так мне что, теперь руки на себя наложить? Не дождетесь! Пускай вон Илья горюет, это у него жену убили. Хотя, – она лукаво улыбнулась уголками губ, – сдается мне, долго горевать ему не дадут. Видный мужик, с руками оторвут.
– Цыц! – явно нервничая, прикрикнула на нее Татьяна Тихоновна.
– Он и сейчас еще ничего, а в двадцать лет был просто красавец! – не обращая внимания на бабку, продолжала женщина. – Все девчонки во дворе по нему сохли. И я в том числе! А уж когда о свадьбе узнала... – Она сверкнула темными глазами: – Трое суток в голос ревела. Думала, все, кончена жизнь! – Весело рассмеявшись, она спросила у бабки: – Во дурища была, да?
– Всего доброго вам, – торопливо кивнула мне Татьяна Тихоновна и, отступив в коридор, строгим голосом приказала: – Иди в дом. Хватит языком молоть, и так уже много лишнего наболтала.
Оставшись одна, я задумалась, куда идти. Можно, конечно, отправиться во двор и поговорить с мамашами, что гуляли с малышами, а можно навестить соседку Галины по лестничной площадке. Выбрала второе и, прыгая через две ступени, побежала наверх. Скользнув взглядом по опечатанной бумажными полосками двери Галины, сразу же направилась к квартире напротив. Что скажу хозяевам, когда откроют, меня не волновало. Можно, к примеру, контролером из Мосэнерго назваться. Мол, у вашей соседки неполадки со счетчиком, не скажете, где ее найти? А дальше разговор сам собой покатится, главное, правильные вопросы задавать.
К сожалению, сколько я ни давила на звонок, дверь никто не открыл. Подергав напоследок дверную ручку, я уже собралась уходить, как услышала за спиной голос:
– Ищете кого-то?
Обернувшись, увидела на лестнице молодую черноволосую женщину. Одного взгляда на ее настороженное лицо хватило, чтобы понять: басня о проверке из Мосэнерго с ней не пройдет.
– Галину.
– Ее дверь напротив.
– Знаю, но она ведь опечатана.
Женщина бросила косой взгляд в сторону упомянутой квартиры и тут же снова уставилась на меня:
– А вы кто Гале будете?
– Работаем вместе.
– Коллега, значит, – с непонятной интонацией уточнила она. Я в ответ пожала плечами: мол, чего скрывать? Так и есть! А она ехидно поинтересовалась: – Как же так? Работаете с Галочкой бок о бок и не знаете, что с ней беда приключилась?
– Знаю, конечно. – Я сделала вид, что обиделась. – К нам на работу из милиции приходили и все рассказали. Потому меня сюда и прислали! Узнать, не появилась ли Галя, и за квартирой присмотреть! Только я вот звоню соседям, а их никого нет.
– Ее соседка – я.
– Догадалась уже!
Женщина поднялась на несколько ступенек и оказалась рядом со мной. Глянув мне прямо в глаза, она с ледяной вежливостью отчеканила:
– Сослуживцам передайте, что Галочка до сих пор не появилась, а за квартиру не беспокойтесь: Илья присматривает.
Она явно рассчитывала, что ее отповедь поставит точку в нашей беседе, но ошиблась. Теперь, когда разговор наконец коснулся интересующей меня темы, никакая сила не заставила бы меня уйти.
– Илья? – лицемерно удивилась я. – А он кто?
– Никогда не слышали? – с легкой иронией поинтересовалась она.
– Нет.
– Муж ее сестры. Да вы про сестру-то хоть знаете? Это ведь ее убили!
– Да вы что! А менты сказали, женщину! – воскликнула я и почти с искренней обидой добавила: – Надо же, какая Галка скрытная. Ни словечком о сестре не заикнулась.
– Неудивительно! Отношения между ними были, мягко говоря, прохладными. Как встретятся, так и поскандалят.
– На Галку это непохоже...
– А она первая и не начинала. Это все Людмила! Все имущество, что после матери осталось, никак с сестрой поделить не могла. Половина этой квартиры Людке принадлежала. Квартирка так себе, но она в нее мертвой хваткой вцепилась. Каждую неделю сюда таскалась проверять, все ли на месте! У нее и ключ свой был! Галочке это, конечно, не нравилось, только сделать ничего не могла. Людка говорила, хочешь владеть квартирой единолично – выплачивай мою часть, а у Гали, естественно, таких денег не было. А иногда Людка вообще грозилась разменять квартиру и выселить сестру в коммуналку. В такие дни Галочка мрачнее тучи ходила.
– Похоже, не любили вы эту Людмилу.
– Знаю, о мертвых плохо говорить не принято, но я лицемерить не умею. Как есть, так и говорю! – сурово поставила меня на место она. – Людмила всегда была противная! Знаете, как она замуж вышла? Парня своей лучшей подруги увела!
– Ну он же не жеребец, чтоб его под уздцы уводить, – усмехнулась я. – Видать, сам захотел.
– Не так все было! Илья добрый, но уж очень слабохарактерный. Она его деньгами соблазнила, а он, дурак, не понимал, чем за это придется расплачиваться.
Наташа
– Чего так долго? Еще немного – и я бы отправился на поиски!
– На десять минут задержалась! – возмутилась я в свою очередь. – В самом конце рабочего дня начальница к себе вызвала. Что, по-твоему, я должна была сделать? Сказать, что меня на улице Дима ждет?
Удивленный отпором, Димка поспешил сменить тему.
– Домой? – примирительно спросил он.
– Нужно найти Калину, – пробурчала я не столько обиженно, сколько смущенно. Знала, мое заявление Димке не понравится. И не ошиблась. Он тут же насупился:
– Зачем?
– Поговорить!
– Разбежалась!
Его скептицизм меня разозлил. Он подрывал во мне веру в себя, а она и без Димкиных насмешек была не слишком крепкой.
– Я не могу сидеть сложа руки! Посмотри, что происходит. Убили Людмилу, Галина исчезла. Может, ее тоже убили! Прикажешь покорно ждать, когда они за нас возьмутся? Их надо остановить!
Трудно сказать, кого я уговаривала, себя или Димку, но, когда он ехидно поинтересовался:
– Не поделишься как?
Я вышла из себя. Сутки я ломала голову именно над этим вопросом и нашла, как мне казалось, правильное решение, а Димка пытался сбить меня с толку.
– Постараюсь убедить, что этих дурацких сокровищ в принципе не существует! А долг пообещаю выплатить постепенно. – Заметив, что Димка пренебрежительно скривился, я взорвалась: – Не нравится моя затея – отправляйся домой! А у меня выхода нет!
Димка насупился, но с места не двинулся, и это вселило робкую надежду. Раз сразу не ушел, может быть, все-таки останется? Конечно, минуту назад я сама его прогоняла, но сгоряча и не всерьез. На самом деле идти одной к Калине было страшно.
– Раз ты все уже решила, так поехали, чего тут зря торчать, – проворчал Димка, и я облегченно перевела дух. – Куда едем?