Чтение онлайн

 В словесной письменности шумеров родственным по смыслу, но различным по звучанию словам соответствовал один знак; так

означал «угу» — солнце, «у(д)» — день, «баб-бар» — светлый, белый, «залаг» — светлый, чистый. Для правильного чтения знаков в конкретных смысловых контекстах к ним добавляли непроизносимые знаки-детерминативы, указывавшие читателю на то, куда относится этот знак в данном случае: один детерминатив указывал, что обозначаемый письменным знаком предмет сделан из дерева, звездочкой помечали имена богов и т. д. Таким образом, одно слово изображалось несколькими знаками: основной знак (знаки) и детерминатив. Эта особенность присуща многим словесно-слоговым видам письма. Люди получили возможность читать бегло, письменные знаки соответствовали фонетическому строю языка и точно передавали смысл речи. Так начался процесс, в конце концов приведший к созданию звукового письма, алфавита.

 Писцам приходилось заучивать наизусть и знаки слов и детерминативы. О сходстве знаков с конкретными образами уже едва ли вспоминали. Для написания двух примерно одинаково звучащих слов, омонимов, стали использовать один и тот же знак. Уже на рубеже IV и III тысячелетий, то есть в эпоху Джемдет-Наср, последовавшую за периодом Урук IV, для написания шумерских слов «ти»— стрела и «ти(л)»— жизнь использовали один знак. Звуковое звучание «ти» в конце имени Энлиль-ти (Энлиль-животворный) обозначалось знаком стрелы, который в данном случае употреблялся как слоговой знак. Вместе с тем знак слова «ти» ставили везде и в других словах, где встречалась эта фонетическая группа. При таком написании могли возникать затруднения в понимании отдельных слов. Чтобы этого избежать, стали употреблять вспомогательные фонетические знаки, комплементы, присоединяя их аналогично детерминативам. Эти фонетические комплементы встречаются уже в раннюю эпоху.

 Столь сложные орфографические системы постепенно трансформируют словесное письмо в слоговое. В шумерском языке этот процесс облегчался тем обстоятельством, что очень многие слова состояли из одного слога; кроме того, при изменении слова его фонетическая основа не менялась, поскольку изменение происходило посредством добавления к основному слову префиксов и послелогов (аффиксов). Аффиксы изображались знаками слов, тем самым превращавшимися в знаки слогов. Фонетические комплементы были ничем иным, как слоговыми знаками.

 Мы располагаем весьма неполными сведениями о языке древних шумеров, но все-таки можем предположить, что и в их словарном запасе появляются новые слова и выражения по мере развития культуры, возникновения новых предметов и понятий. Руководивший раскопками в Уре английский археолог Л. Вулли выдвинул гипотезу, согласно которой новые слова возникали посредством соединения старых, привычных слов в словосочетания, которые приближались к смыслу новых понятий. В этих новых многослоговых структурах старые словесные знаки теряли свой первоначальный смысл, становясь слоговыми.

 После внедрения слогового письма, к 2500 г. до н.э., количество знаков с 1600—1800 изначальных сократилось до 800, а к 2000 г. до н.э. — до 500. Фонетизация шумерского языка остановилась на этой слоговой ступени, не сделав следующего шага — к отдельному звуку как основному элементу слова, то есть к алфавиту.

 В Шумере писали на мягкой глине; исписанные таблички высушивали на солнце или обжигали на огне. Глина оказалась вполне пригодным материалом для письма на общественные и литературные темы и для повседневной переписки по хозяйственным и административным делам. Найдено большое количество таких табличек, что позволяет судить о широте распространения этого прочного материала для письма в Передней Азии. Поскольку писали палочками на мягкой глине, то легче было чертить письменные знаки прямыми штрихами; закругления упрощались, сводились к графемам, состоящим из прямых линий. Процесс письма становился менее сложным. Палочка оставляла в глине треугольное, клиновидное углубление. Графемы шумерской письменности постепенно превратились в клиновидные штрихи, возникла клинопись.

 Так завершилась трансформация письменных знаков шумеров в абстрактные формы. Возникли состоящие из многих штрихов сложные комбинации, упрощавшиеся при быстром письме. Едва ли клинопись могла вдохновить на создание высокохудожественных надписей, каллиграфических произведений. [1]

На рубеже IV и III тысячелетий из сирийских и арабских пустынь на территорию Месопотамии перекочевали семитские племена, родственные по языку и происхождению предкам позднейших ханаанеев, финикийцев, евреев, арамеев. По названию расположенного на Евфрате города Аккада их стали называть аккадцами. Они восприняли шумерскую культуру, вжились в городскую цивилизацию и на этой основе развернули свои способности как торговцы, воины, государственные чиновники. Шумеры продолжали сохранять свои особенности, однако они постепенно сливались с аккадцами и в конце концов образовали новую культурную и языковую общность, народ, столицей которого стал расположенный выше по Евфрату Вавилон.

 В самом Шумере в этот период все настоятельнее становятся стремления к объединению городов-государств или к их превращению в более крупные государственные структуры. Борьба за власть между правителями городов — патеси, а также потребности интенсивного водного хозяйства привели к возвышению в середине III тысячелетия до н.э. города-государства Лагаш. Стремление к гегемонии, по-видимому, способствовало распространению письменности, по крайней мере в той степени, в какой общая письменность могла содействовать укреплению центральной государственной власти. Последний патеси древней лагашской династии Уруинимгина ответил на возникший в результате коррупции жречества социальный кризис проведением реформ, приведших к кодификации обновленного права.

 Эти процессы способствовали возникновению крупных государственных образований. Около 2300 г. до н.э. правитель Уммы и Урука Лугальзагеси сокрушил власть правителей Лагаша и предпринял военные походы от Персидского залива до Средиземного моря. Этот первый крупный завоеватель из Месопотамии называл себя «властелином стран». В жреческих царствах древнего Шумера родилась мысль о создании мировой державы. Города-государства, в которых господствовала храмовая экономика, все более втягивались в складывавшуюся организацию крупного и могущественного государства. Вскоре место шумерского царства заняло царство семитского правителя из Аккада Саргона I. Он и его преемник Нарам-Суэн раздвинули границы аккадского царства до Средиземного моря, может быть, даже до Кипра. Когда после столетнего чужеземного господства вторгшихся из восточных гор кутиев поднялась III династия Ура, правители из этой династии стали именовать себя «царями четырех сторон света» — так выразилось их притязание на мировое господство в рамках географических представлений того времени.

 Ядро гигантской империи составляло месопотамское «царство Шумера и Аккада», которое сохранило и развило дальше культурные достижения Шумера. Новый подъем искусство Шумера пережило около 2120 г. до н.э. при правителе Лагаша Гудеа. Это в первую очередь относится к строительству храмов, возведению стел и скульптур из диорита. На их художественный стиль оказали свое влияние аккадцы.

 Приспособившись к историческим переменам, шумерская цивилизация распространилась на все государство и стала той основой, опираясь на которую империя смогла противостоять многочисленным поворотам в своей судьбе на протяжении длительного исторического периода. Шумерская культура явилась составным элементом вавилонской эпохи истории Передней Азии.

 Шумерская клинопись стала общепринятой обиходной письменностью вавилонской культуры и ее государственных образований. Ее использовали как для шумерского, так и для вавилоно-ассирийского языков. Шумерский язык оставался традиционным языком юриспруденции и религиозного культа. Чтобы понимать этот язык и правильно писать на нем, писцам приходилось пользоваться списками, где слова располагались по произношению или характеру начертания знаков, сборниками примеров и комментариями. Это были первые ростки филологии, не сыгравшие, однако. роли в дальнейшем развитии письменности, поскольку не привели к появлению собственно лингвистических или грамматических понятий.