Чтение онлайн

Вот как в России изменялся прирост русского населения на протяжении 32 лет – 1957 – 1989 гг.:

1957 – 1970 гг. – 13, 1 %,

1970 – 1979 гг. – 6,5 %,

1979 – 1989 – 5,7 %.

Через 22 года (1957 – 1979 гг.) прирост уменьшился почти в два раза. И это при том, что народ в середине 70-х годов жил намного лучше, чем в конце 50-х.

Подобная демографическая ситуация была до недавних пор и у нас белорусов, да и сейчас еще существует. Ведь после Второй мировой войны численность населения Беларуси достигла предвоенного уровня не за счет высокой рождаемости белорусов, а, в первую очередь, за счет миграции, и, особенно, русских. Прирост численности населения Беларуси в 1957 – 1970 гг. за счет эмиграции русского населения 42, 3 %, 1970 – 1979 гг. – 20,9 %, 1979 – 1989 гг. – 18,3 %. То есть, почти половина прироста населения Беларуси с 1957 по 1970 гг. составляли эмигранты из России.

После получения независимости в начале 90-х годов XX ст., когда поток переселенцев почти прекратился, количество населения страны стало уменьшаться. И только в 2004 г. рождаемость сравнялась со смертностью. Что это? Начало нового процесса вхождения в явную фазу этногенеза нового молодого белорусского этноса, о чем подробнее будет сказано в «Заключении», или это демографическая случайность?

К сожалению, это демографическая случайность. По сообщению Министерства статистики и анализа РБ население Беларуси за первое полугодие 2005 г. сократилось почти на 29 тысяч человек, хотя родилось на 314 человек больше , чем за тот же период 2004 г.

Подобные процессы – заселение территории шляхтой, панцирными боярами и новоседами, которые проходили на территории Жемайтии в XV – XVI вв., Аукштайтия пережила намного раньше. Ведь до разгрома Тевтонского ордена и включения земель Жемайтии в ВКЛ (1422 г.), Аукштайтия и, особенно, Западная Аукштайтия были приграничными зонами ВКЛ, причем очень важными. К этому необходимо добавить, что провозглашение г. Вильно столицей ВКЛ привнесло в переселение литвинов ВКЛ-белорусов на территорию Аукштайтии и Западной Аукштайтии новую волну. Ведь прекрасно известно, что столица – это финансовый центр государства. И многие ищут в ней или около нее свою лучшую долю. Поэтому становится достаточно ясно, почему на территории Аукштайтии так мало имен собственных с восточнобалтскими формантами. К этому необходимо добавить ассимиляцию аукштайтов литвинами ВКЛ-белорусами. Ведь к середине XVI в. Аукштайтия уже триста лет находилась в литвинском государстве, а Жемайтия – всего около ста лет. Мы, белорусы, прожив только 200 лет не в своей собственной стране, а в Российском государстве, также потеряли многие особенности белорусских имен собственных.

Окончания на «-и» в фамилиях были заменены на «-ий» с превращением «ў» в «в» – Янкоўскі – Янковский. Фамилии с буквой «а» на конце были изменены на «о» – Тачила – Тачило, Алёхна – Алехно и стали «украинскими». Якубы превратились в Яковов, Язэпы – в Иосифов, Васили – в Василиев, Миколы – в Николаев, Кастуси – в Константинов, Змицеры – в Дмитриев и т.д. А как часто мы встречаем сегодня Сымонов, Ясей, Андрушков, Пятюль? 

Нет ответа еще на один вопрос, если исходить из точки зрения ученых, что литвины были восточными балтами: Почему литвины, занимавшие высшие уровни в социальной лестнице общества ВКЛ того времени, переходили на современные белорусские имена собственные, а не на летувисские? Так, например, Ян Юрьевич Заберезинский (почему не Янас Юрьявичус Заберезинскас?) род свой выводил от князя Жигимонта Кейстутовича Римвида. От Монивида (герб Лелива) идут роды Олехновичей, Вяжевичей, Глебовичей, Кухмистровичей, Ижиковичей, Дорогостайских – почему не Олехновичюсов, Вяжевичюсов, Глебовичюсов, Кухмистровичюсов, Ижиковичюсов, Дорогостаискисов? От рода Явнута Волимунтовича (герб Задора) – Кежгайлы, Станкевичи, Кондратовичи (Волимунт – Явнут-Ян, Кежгайло, Румбольд, Шедибор-Мацей, Судивон, Гудигерд, Сегебут – Михал, Ян, Добеслав, Михал – Станко (Станкевичи), Конрад (Кондратовичи), Станислав, Николай); от Ямонта – род Подберезинских, и т. д. В этом отношении очень интересно рассмотреть родословную рода Гедиминовичей.

Прародителем рода считается Скалмант – князь Литовский, родившийся около 1220 г. Второе колено: Бутигейд и Пукувер-Бутивид. Третье колено: Витень, Гедимин, Войн, Теодор и Маргер. Четвертое колено: Жвелгайт, Витовт (ум. 1337), Монвид, Наримунт (Глеб), Ольгерд, Евнут (Иван), Кейстут, Корьят (Михаил), Любарт (Дмитрий) и Любко. Пятое колено: Михаил, Александр, Юрий, Патрикий, Симон, Вингальд (Андрей), Дмитрий, Константин, Олелько (Владимир), Теодор, Ягайло (Владислав), Скиргайло (Иван), Корибут (Дмитрий), Лугвен (Симеон), Коригайло (Казимир), Свидригайло (Лев, Болеслав), Михаил, Войшвил, Потырк (Патрикий), Войдат, Бутовт (Генрих), Витовт Великий (Вигант, Александр), Товтивил (Конрад), Сигизмунд Кейстутович, Юрий, Александр, Константин, Федор, Лев, Василий Дмитрий, Федор, Дмитрий, Михаил, Федор.

Почему же нет имен собственных в восточнобалтской транскрипции, но чем старше становится род, тем больше имен современных белорусов, причем их написание ничего не имеет общего с восточнобалтским (летувисским)?

При этом очень интересны ссылки летувисов на род Пoлемона (герб Калюмна), где имя одного из его представителей имеет восточнобалтскую транскрипцию. Это Кунос (умер около 1040 г.). По этому имени и по легенде о том, что он основал город Ковно (Каунас), многие летувисы, да и представители других народов делают далеко идущие выводы. Корректно ли это? Рассмотрим этот древнейший литвинский род.

Основатель рода Пoлемон родился около 900 г.

Второе колено: Борк, Кунос и Спера.

Третье колено: Гимбут, Кернус.

Четвертое колено: Живинбунд, Монтвил.

Пятое колено: Неман, Викинт, Ердивил.

Шестое колено: Мингайло.

Седьмое колено: Скирмунт, Гинвил.

Восьмое колено: Любарт, Тройнат, Писимонт, Борис.

Девятое колено: Альгимунт, Стег, Рингольд, Рогволод.

Десятое колено: Довспрунг, Ердивил, Миндовг, Глеб.

Одиннадцатое колено: Тройнята, Довмонт (Арвид), Товтивил, Войшелк, Руклис, Реплис.

Двенадцатое колено: Иван, Константин.

Как видим, в роде Палемона из 34 имен восточнобалтскую транскрипцию имеет не только Кунос, но еще три имени: Кернус, Руклис и Реплис, хотя во многих источниках младших сыновей Миндовга называют не Руклис и Реплис, а Рукля и Репля. Остальные 25 – западнобалтскую транскрипцию, одно имя – Рогволод – славянское, четыре – Борис, Глеб, Иван, Константин – христианские. По законам Аристотелевой логики, которой пользуется в настоящее время все человечество, весь род Полемона необходимо отнести к западным балтам, так как большинство имен собственных имеют западнобалтскую транскрипцию. Но если же стать на сторону летувисов, которые, наверно, посчитают, что и здесь славяне исковеркали имена собственные, то возникает следующий вопрос: почему в генеалогическом древе рода Полемона оставлены не исковеркаными четыре имени? А в генеалогическом древе еще одного древнейшего литвинского рода Довспрунга (род. около 900 г.) герб Гипоцентавр из 48 имен собственных только три имеют восточнобалтскую транскрипцию, одинадцать – славянские и христанские, а 34 – западнобалтские?

Основатель рода Довспрунг.

Второе колено: Живибунд I.

Третье колено: Живибунд II.

Четвертое колено: Куковойт.

Пятое колено: Свалгат, Утен.

Шестое колено: Свинторг.

Седьмое колено: Гермунд, Траб, Гилигин, Довмонт (Тимофей).

Восьмое колено: Ромунд.

Девятое колено: Наримунд, Тройден, Хольша, Довмонт, Гедрус.

Десятое колено: Пелас, Лиздейко, Римунд, Гинвил.

Одинадцатое колено: Войшел (Вершило), Бинойн, Бубейт, Хурда.

Двенадцатое колено: Сырпуций, Довмон, Ямонт.

Тринадцатое колено: Гжегож Остык, Дорги, Войтк, Петраш, Гогул-Юргис.

Четырнадцатое колено: Радзивил, Станко Щесный, Нивер, Токар, Рак, Бартоломей, Адам, Николай, Мартин.

Пятнадцатое колено: Пицек, Ивашко, Нарбут, Матеуш, Кристоф, Габриель.

Не логичнее было бы «коверкать» уже все имена собственные? Или все-таки род Полемона и род Довспрунга на самом деле были такими, какими они дошли до наших дней с западнобалтскими, восточнобалтскими, славянскими и христианскими именами собственными? Правда, в таком случае возникает другой вопрос: Как восточнобалтские имена могли попасть в западнобалтские роды?

Есть два объяснения этой ситуации: или матери Куноса, Кернуса, Руклиса и Реплиса, а также трех человек из рода Довспрунга – Гедруса, Пеласа и Гогул-Юргиса были представительницами восточных балтов и назвали своих сыновей восточнобалтскими именами, или они были названы своими родителями в честь каких-то восточных балтов, близких им.