Чтение онлайн

Но нет, она была на земле, она была в его власти. Он знал, что по шариату нельзя насиловать… но разве это относится к проституткам? К таким проституткам, которые не носят паранджу и выставляют свое тело напоказ мужчинам. К таким проституткам, которые ненавидят их и надсмехаются над ними, которые не живут по законам шариата и служат своим телом самому Сатане? Таких, наверное, насиловать можно…

Тем более сказано же — как только Аллах победит, рассеет и унизит кяффиров — все их женщины будут распределены среди правоверных и первыми выберут те, кто проявил наибольшую отвагу на Джихаде и убил больше всего кяффиров. А он — только недавно убил двоих кяффиров — туристов, которые спросили у него, как пройти и рядом никого не было…

Ибадулла как и его сородичи — был злобен, убог и примитивен. Он и не задумывался, что сейчас он и его сородичи — делают джихад против глупой и наивной бабы. Но увы… европейского рыцарства, не позволяющего вести войну против женщин — эта земля и это общество не знали.

Удар сзади был совершенно неожидан и очень силен. Они как раз делали поворот… и от удара Ибадулла чуть не напоролся на собственный штык-нож. Впереди — брат Увейда сильно ударился головой о стекло…

— Ай! Шайтан!

— Полиция?!

— Нет… посмотри, брат… что за ишак.

— Сиди, тварь!

Увейда с разбитой головой взял его штык-нож и направил на женщину, а Ибадулла вышел из машины. Его форма — служила ему гарантией того, что несколько секунд он выиграет… убийство жандарма в этой стране каралось смертной казнью. Он посмотрел на машину и увидел талончик проката на лобовом стекле… одна фара горела, другая была разбита. Так и есть, это какой-то ишак взял машину в прокате и поехал кататься…

Водитель открыл дверь и вышел, одновременно поднимая руку. Ибадулла сильно удивился, в руке водителя что-то было, но он не успел понять что именно. И своим оружием он воспользоваться, тоже не успел. Две пули попали ему в голову, одна в переносицу, одна в глаз — и он отправился к Аллаху, чтобы дать отчет в своих мерзких помыслах, снедавших его перед преждевременной смертью…

Крис не успела испугаться, все произошло очень неожиданно. Тот … который сидел на переднем, наставив на ее штык-нож что-то крикнул на незнакомом, гортанном языке и тут в салон появилась… небольшая трубка. Выстрелы были похожи на… щелчки резинки, один за другим. Нож выпал из руки на пол, едва не поранив ее, и она почувствовало, как в салоне запахло тем самым, медным запахом, который она знала с Тегерана.

Запах пролитой крови…

Я посветил в лицо одному из ублюдков, тому самому, что сидел за рулем. Все так… бородатые. После Персии я знаю их даже с закрытыми глазами. Как? По запаху, господа, по запаху. Омерзительная вонь баранины, нечистой бороды, многолетней грязи и агрессивного невежества. Стеклянные глаза, чугунные сердца и несколько фраз из Корана, а главное — понимание того, что жизнь неверного разрешена, имущество неверного разрешено, женщина неверного разрешена. Это все, что нужно для джихада.

— Вылезай, — я протянул скорчившейся на заднем сидении даме руку, — быстро.

Та уцепилась за нее, выбралась из машины. Девять из десяти женщин, забрызганных чужой кровью впали бы в истерику. Эта была десятой.

— Что… они хотели? — голос ее все-таки дрогнул.

— В принципе немного. Задали бы тебе несколько вопросов. Вне зависимости от того, чтобы ты на них ответила — изнасиловали бы тебя все вместе. Здесь практикуется многоженство, женщин для всех не хватает, поэтому для них ты, наверное, была бы первой женщиной в их жизни. Потом перерезали бы горло и выбросили на одной из мусорных свалок. Если хочешь выжить — пошли.

Она внимательно смотрела мне в лицо.

— Вы… здесь не как бизнесмен, да?

— Наверное, сударыня, — я решил, что быстрое обнаружение троих убитых джихадистов мне совсем не пойдет на пользу, и принялся заталкивать валяющийся на тротуаре труп под ближайшую машину ногами потому, что руками касаться брезговал — я полагаю, что и вы не слишком-то похожи на фотокорреспондента, верно? Разберемся потом, надо ехать…

Архитектурный облик района, где находилось посольство Российской Империи — это был западный берег Нила — было навсегда испорчено громадной и совершенно безвкусной стеклянной коробкой каирского Шератона, который построили буквально в двух шагах от нашего посольства. В этом здании — полтора десятка номеров были заняты аппаратурой различных разведок, прослушивающих наше посольство. Всем им приходилось платить за номера, кроме египетского Мухабаррата, который никогда и ни за чего не платил. Примерно вдвое больше номеров — было занято нашими дипломатами, которые предпочитали снимать номер здесь с групповой скидкой и в двух шагах от рабочего места. Не знаю, предполагали ли такое развитие событий владельцы Шератона — но прибыль они получали стабильно, даже в мертвый для туристов сезон, когда отели стояли пустые на три четверти.

И мы получали прибыль. Только не деньгами. Главный вариант экстренной эвакуации русского посольства предполагал высадку морской пехоты с вертолетов на здание Шератон-Каир и превращение его в цитадель обороны до того, как проблемы не будут решены.

Крис сейчас осматривал посольский врач, я же спустился вниз, в центр связи. Сейчас — больше половины операторских кресел пустовало, посольство реагировало на кризисную ситуацию недопустимо медленно. Это злило.

— Господин вице-адмирал, Константинополь, штаб флота…

Я взял трубку.

— Господин вице-адмирал, сейчас с вами будет говорить адмирал Питовранов. Соединяю.

Питовранова я знал. Болтун и хам.

— Слышал… вы кого-то нашли в Каире, а? — без представления сказал не совсем серьезным голосом адмирал.

Похоже еще и… под градусом.

— Как сказать. То ли мы нашли, то ли нас нашли.

— Не прибедняйтесь. Меня из постели подняли… в общем, ситуация такова. Ударная группа во главе с Александром Колчаком возвращается после решения задач в Персидском заливе, только что прошли Суэц. На борту — группа безопасности амфибийных сил [21] , группа парашютистов — спасателей ВМФ, четыре спасательных и два разведывательных вертолета. Плюс еще четыре вертолета на кораблях сопровождения, специализированных — но хоть что-то. Я отдал приказ изменить маршрут, они будут крейсировать неподалеку до особого распоряжения. Николай Первый должен сегодня пройти Гибралтар, но пока он далековато.

— Благодарю. Как насчет спецназа флота?

— Они уже грузятся. Самолетом их перебросят на авианосец.

— Благодарю. В районе есть десантные корабли?

Адмирал сыто хохотнул.

— Вы там войну собрались устраивать или как?

— Жизнь покажет. Возможна масштабная операция.

— Ближайшие — в Персидском заливе.

— А боезапас на авианосном судне? Беспилотники?

— Небольшой, но есть. Вы должны помнить, мы никогда не оставляем погреба совсем пустыми…

— Я помню. Благодарю…