У нас миссия - и она выполнима ...
Шрифт:
Узнав о падении Корсуни и осознав, что угроза Владимира далеко не пустой звук, император предпочёл более не искушать судьбу. Участь принцессы Анны была решена. Ей, нежному ангелу, порфирородной царевны, предстояло навеки покинуть родину, её синее небо, благоухающие сады, мрамор дворцов и отправиться в холодную страну сумрачных, непроходимых лесов...
Анна твёрдо заявила, что лучше умрёт, чем поедет на Русь...
Но брат император был непреклонен: "Может быть, обратит через тебя Бог русскую землю к покаянию? А греческую землю избавишь от ужасной войны..."
"...Тогда же, обратив лицо своё к святой Софии, начала плакать, глаголя молитвы: "Господи, не оставь слёз моих... сохрани меня... яко зеница око, крылом своим укрой меня... ибо всё Тебе подвластно... И слава Твоя в веках... Аминь"
Киевский князь Владимир Святославович мог торжествовать. Без преувеличения это была самая крупная победа за всю его жизнь. Он пришёл на берег тёплого моря к вратам тысячелетней Арамейской империи, и вот врата рухнули под его пятой... Он возжелал самую недоступную в мире женщину, и вот скоро она станет его женой... Слава князя Владимира и сила его превзошли все мыслимые пределы... И нет под небом ничего, что могло бы его остановить...
Что почувствовал этот властитель, когда свет внезапно стал меркнуть перед его глазами?..
Слухи о буйстве и жестокости Владимира готовили Анну к самому страшному...
Но когда спустя неделю плавания корабль Анны прибыл в Корсунь, она увидела перед собой жалкого слепца...
Великий князь Киевский был воином и сейчас он не ждал пощады ни от судьбы, ни от людей. А когда он в своей кромешной тьме услышал тихий голос Анны, то это был голос человека, который ему сострадал... И было такое у Владимира первый раз в жизни... Тихий голос невидимой женщины, шелест тяжёлого шёлка, дивный аромат незнакомых цветов, лёгкое как крыло бабочки прикосновение... Он хотел удержать её, но не посмел даже пошевелиться... Он поверил ей мгновенно и безоговорочно... как можно верить только в детстве...
Трижды греческий священник с головой окунал князя в купель и после третьего раза свет хлынул Владимиру в глаза... Но это был уже иной свет... и иные глаза... Он даже не сразу понял, что снова видит... потому что важнее всего в тот момент было внезапное как молния осознание того, во что верят христиане...
Бог распятый, погребенный и воскресший, невозможный и несомненный, смертью победивший смерть... Он смотрел на Владимира и звал за собой...
Непонятная греческая надпись стала теперь понятна Владимиру...
Эти слова он услышал в своём ожесточённом и измученном сердце:
"Придите ко Мне все нуждающиеся во Мне, и Я успокою вас..."
Вчерашний завоеватель бродил по древней Корсуни... Ещё вчера этот город был чужим и враждебным для него, сегодня он стал его Родиной... местом рождения нового человека, раба Божия Василия...
Невесомые облака ладана плыли в искрящемся воздухе... Владимир украдкой взглядывал на стоящую рядом невесту и явственно видел нежное сияние, исходящее от её лица, подобное ликам ангелов...
"...И увидел ясно лицо царицы, и поцеловал её, и венчался с нею... И полюбил её больше всего... И была ведь она любима Богом... И от чуда же этого многие из дружинников в войске крестились..."
Владимир и Анна проживут в любви и согласии много лет. И даже смерть не разлучит их... Владимир заранее позаботится об этом...
Он вывезет из Корсуни два мраморных саркофага...
Спустя 22 года их гробницы встанут рядом бок о бок, в церкви Успения Пресвятой Богородицы в Киеве, возведённой на месте двора первых христианских мучеников Фёдора и Иоанна... в самом сердце Новой Христианской Руси...
Придя в Киев, велел Владимир кумиров низвергнуть. Одних изрубить, а других огню предать... Перуна приказал привязать к хвосту конскому и волочить его с горы к ручью и приставил 12 мужей колотить его палками... И волочив, кинули его в Днепр...
И сказал Владимир: "Если пристанет где к берегу, отпихивайте его, пока не пройдёт пороги, тогда только оставьте его..."
Казнь и изгнание деревянных идолов были совершенно языческим ритуалом, знакомым и понятным всем, а оттого действенным. Каждый год в каждом селении подобной казни подвергали чучело Масленицы, Костромы, Купалы, Ярила... прощаясь до будущей зимы или весны...
Плач и причитания подчёркивали уход божества в иной, потусторонний мир...
А главным путём на тот свет, согласно очень древней традиции, служила река...
Во время проводов Перуна киевляне должны были попрощаться с ним и с другими своими божествами так, как привыкли делать это прежде. Но теперь уже не на время, а навсегда...
"...И поставил Церковь во имя святого Василия на холме... где стояли идол Перуна и другие, где приносили им жертвы и князь, и люди... И по другим городам стал ставить церкви и определять в них попов, и приводить людей на крещение по всем городам и сёлам..."
Следующим шагом стало крещение сыновей князя и всех членов его семьи. Каждый мог прийти и полюбоваться великолепной церемонией...
Княжичи крестились в источнике... Позже его назовут Крещатиком...
Все они получили новые христианские имена... Святополк был наречён Петром. Ярослав - Георгием. Мстислав - Константином. Борис - Романом. Глеб - Давидом. Все эти имена часто встречались в Византийской императорской семье...
Киевский князь по праву считал себя её неотъемлемой частью...
Затем разослал Владимир посланцев своих по всему городу, сказать:
"Если не придёт кто завтра на реку, будь кто богатый или бедный, или нищий, или раб, будет мне врагом"...
На следующий же день вышел Владимир с попами Царицыными и Корсунскими на Днепр, и сошлось там людей без числа... Вошли в воду и стояли там, в неё погрузившись, молодые же у берега... Некоторые же держали младенцев...
Попы же, стоя, совершали молитвы, и была видна радость великая и на Небе, и на земле по поводу стольких спасаемых душ...
Главным аргументом в пользу Новой Веры стал сам князь, изменившийся и словно переродившийся после Крещения...
Он принял Новую Веру искренне и горячо...
Он не отделял своей личной судьбы от судьбы своего народа.
Крестившись сам, он крестил Русь...
Вскоре Владимир отправляет посольство в Константинополь и возвращает Византии город Херсонес, в качестве мена, традиционного для славян выкупа за невесту...
После этого он немедленно распускает свой многочисленный гарем. Причём заботливо устраивает дальнейшую судьбу каждой из своих жён и наложниц, замужество каждой вкупе с хорошим приданым...