Чтение онлайн

– Да что ты…

– Что здесь происходит? – Голос Сейта раздался так близко и, хотя он был спокойным и тихим, Аян вздрогнул. Рому, вопреки своей браваде, тоже.

 Они отступили друг от друга. Несколько мужчин и женщин с интересом разглядывали представление. Аян узнал одну из них – старуху с разукрашенным лицом, высокой прической и в таком узком платье, что оно обтягивало все ее унылые прелести, проигравшие борьбу с силой притяжения. Завсегдатай всех сплетнических сборищ (он был уверен, что такие существуют) и его дальняя родственница со стороны матери – все в Шахрае так или иначе были друг другу родственниками. Аян не сомневался, что с подачи этой матроны весть о стычке в ближайшие минуты достигнет противоположного конца зала. По ее довольному выражению лица он понял, что прав. Выражение лица Сейта говорило о другом.

У главы семейства Монке была одна из редчайших родительских черт характера. В ситуациях, когда его сыновья шалили (а случалось это нередко и, в основном, с Аяном), Сейт не высказывал неодобрение прилюдно. Дома следовал разговор с разбором событий и подробное объяснение, почему не стоит поступать так или иначе и какие последствия может принести проступок. Никаких оскорблений и ругани, никакого рукоприкладства и наказаний, чем, насколько знал Аян, не брезгуют другие отцы даже в отношении своих взрослых сыновей. Однако, в этот момент Аян не был уверен, что вечером на его мягком месте не появится пара пылающих розовых отметин.

Лицо Сейта было бледным и еще более непроницаемым, чем обычно. Он стиснул челюсти и практически не моргал. Аяну показалось, что еще чуть-чуть и у отца остановится сердце, так сильно вздулась у того на лбу вена. Он решил объясниться, прежде чем отец придет к своим выводам.

– Отец…

– Рому, думаю, вам лучше охладиться на улице и следить за мероприятием где-нибудь в другом конце зала. Так будет спокойнее тем, кто сегодня отвечает за порядок, – как раз после этих слов к месту событий подоспели покойцы. У того, что приветствовал их на входе, куда-то подевалось все радушие и выглядел он устрашающе, когда подошел к Рому и коснулся его локтя.

Эрн криво улыбнулся, но решил последовать совету. Он повернулся к Аяну и напоследок выплюнул:

– Я дождусь, когда Губернатор объявит, что отныне Эрны на вторых ролях. Хочу сам это услышать.

Пошатываясь, он поплелся в другой конец зала, будто не замечая эскорта из двух крепких охранников. Что-то в его походке насторожило Аяна – он понял, что после объявления помолвки Эрн разговор продолжится.

– Отец, Аян не виноват, этот пьянчуга сам его завел, чего он только не говорил… – Мирас стал защищать брата раньше, чем тот сам успел что-либо объяснить. К удивлению сыновей, Сейт отмахнулся – непривычный для него жест.

– Да-да, Сейт, дорогой, я все видела своими глазами! – вдруг решила выступить старуха-родственница. «Кажется, ее зовут Жания» – вспомнил Аян. – Этот мальчишка, Эрн, накинулся на твоих ребят. Интересно, с чего бы это?

– Жания, все хорошо, здесь нечего обсуждать. Пойди собирать сплетни в другом месте, – буркнул Сейт, не поворачиваясь к ней.

Братья переглянулись: такая грубость была совсем не в духе Сейта Монке, вежливого и холодного Министра Покоя. Даже свидетели происшествия начали перешептываться. Жания, что-то обиженно ответив, задрала нос и проплыла в зал, смешно перебирая ногами в узкой юбке. Аян представил, как обрастет подробностями в ее пересказе их с Рому стычка. Но похоже, Сейта не беспокоили будущие сплетни: он взял обоих сыновей под руки и провел за колонны, в небольшую нишу, которую забыли – или не захотели – украсить. По стене спускалась тяжелая бордовая портьера, а вдоль нее стояли маленькие пуфы. Мирас сел на один из них.

– Похоже, в придачу с Ранией дают не полцарства, а кровного врага, – сказал он, поглядывая на отца снизу вверх.

– У Эрна поехала крыша, отец. – Аян пожал плечами. – Чего он добивался – что я откажусь от невесты? Он обратился не в ту инстанцию. – Он растягивал карманы брюк в ожидании хоть какого-нибудь комментария от отца.

Однако, тот не спешил говорить. Сейт был озабочен чем-то, и это явно не касалось инцидента в зале. Наконец, убедившись, что их не слушают (хотя это было маловероятно в людном помещении, наполненном любителями сплетен), он пригнулся и тихо заговорил:

– Аян, на месте Рому ты поступил бы не лучше, мы знаем твой характер. Но сейчас это не важно.

– Вы не утвердили контракт? – с надеждой спросил Аян.

Сейт пригладил волосы на висках и сел рядом с Мирасом.

– Утвердили. И… – Он тяжело вздохнул и поднял взгляд на Аяна. К своему удивлению, тот обнаружил на лице отца робкую улыбку. – Договор заключен, помолвке и браку быть.

Аян нахмурился.

– Тогда что тебя взволновало? Разве ты не ждал, что так и будет? Губернатор ведь сам предложил.

– Да-да, все верно. И все же… у меня были причины сомневаться в его окончательном решении.

Аян непонимающе уставился на отца, а затем перевел взгляд на брата. Мирас, в отличии от него не был удивлен, однако почему-то помрачнел.

Сейт тряхнул головой и улыбнулся, уже во весь рот, чему Аян поразился еще больше. Да что это происходит с его родственниками?

– Что же… Сыновья! – Он поднялся и положил руки на плечи обоим. – Сейчас вы будете представлены Губернатору, а после, Аян, о твоей помолвке с госпожой Ранией узнает весь город!

После этих слов у Аяна засосало под ложечкой. В то время, пока отец разглаживал несуществующие складки на пиджаке Мираса, он выискивал глазами Губернатора. И увидел того возле сцены, однако никакой девушки рядом с ним не было. Что же, значит, его ждет сюрприз.

Губернатор был полноватым мужчиной среднего роста с лысеющей рыжей макушкой, блестящей от пота. Он мало походил на своего отца как по натуре, так и внешне. Одутловатое лицо, покрытое россыпью выпуклых родинок, давно растеряло свои контуры и ничем не выражало статность или твердость характера. Однако, глубоко в золотисто-карих глазах сквозил острый ум, находчивость и что-то еще, отличающее облеченных властью людей.

– Мой будущий зять! Отличный парень, лучшая кандидатура! – Радушно приветствовал Аяна Губернатор, когда семейство Монке, справившись с невидимыми складками в случае Сейта, и участившимся сердцебиением в случае Аяна, наконец подошли к сцене.

Губернатор пожал руки будущим родственникам. Ладонь была пухлой и влажной. Аян незаметно вытер руку о пиджак и заметил, что Мирас сделал то же самое.

– Мы с вашим отцом замечательно все устроили! Какая хорошая выйдет пара, какой замечательный дуэт. И все так удачно, я и не ожидал, просто судьбоносное событие! – Губернатор довольно закивал головой.

– Губернатор, это большая честь для нас – породниться с семьей Шанша, – откланялся Аян.

– Тебя хорошо воспитали, сынок, – одобрительно заметил Губернатор. – Однако, ты должен помнить, что брак – это не честь, а обязанность! Наша обязанность перед Богом и его пророками Шанша и Сулу, в чьей любви и семейном уважении родился Шахрай! Ведь каждая новая жизнь, каждое семя, упавшее в благодатную почву – наша дань предкам! Так, кажется, я начал свою речь слишком рано! Сегодня просто замечательный вечер, столько планов! – Он многозначительно подмигнул и, пока Аян хлопал по спине вдруг подавившегося Мираса, подбоченился и принял деловитый вид. – Думаю, пора завлечь внимание и остальных наших гостей!