Чтение онлайн

Трудно было даже помыслить в те дни о том, что может возникнуть единение народа. Центром организации нового, действительно народного ополчения стал Нижний Новгород – один из самых богатых и многолюдных городов Среднего Поволжья. Движение в Нижнем Новгороде в пользу образования нового ополчения, начавшегося осенью 1611 г., выдвинуло замечательного организатора народных сил Кузьму Минина, земского (посадского) старосту, «ремеством говядарь», про которого говорили, что он «муж рода не славного, но смыслом [51] мудр». Военачальником был выбран Дмитрий Пожарский, князь, выделявшийся своей непримиримостью к врагам и полководческими способностями. Он, как говорили тогда, был «муж честен, кому ратное дело за обычай, который в таком деле искусен и который в измене не явился». Между ними был заключен союз. Именно эти люди вошли в историю как крупнейшие политические и военные деятели. Зародившееся в Нижнем Новгороде ополчение, постепенно становилось общенародным делом [52] , ближайшей целью которого стало освобождение страны от иноземных захватчиков. Об этом ясно говорили грамоты, рассылавшиеся из Нижнего Новгорода: «Бытии всем нам православным христианам в любви и в соединении, и прежнего междоусобства не всчинати, и Московское государство от врагов наших, от польских и от литовских людей, очищати неослабно до смерти своей, и грабежей налогу православному христианству отнюдь не чинити, и своим произволом на Московское государство государя без совету всей земли не обирати».

Однако общая обстановка не позволила немедленно начать поход на Москву. В конце марта в Ярославль прибыли основные силы нижегородского ополчения. Эта остановка, длившаяся четыре месяца, имела большое значение. В Ярославле была закончена организация военных сил ополчения, и был образован временный «Совет всея земли» [53] , нечто вроде Земского собора. В отличие от первого, второй состав ополчения охватывал все основные слои населения. Военное его ядро составляло организованное и вооруженное мелкое дворянство. Надо отдать должное руководителям ополчения в том, что ими своевременно была предпринята политическая и материальная подготовка похода. Так, со шведами, захватившими Новгород и настаивавшими на признании московским царем шведского королевича Карла-Филиппа (брата Густава-Адольфа), вожди ополчения начали мирные переговоры. Их дальновидная политика смогла на какое-то время ослабить действия шведов, что было очень важно для борьбы с главным противником. Пребывание ополчения в Ярославле дало возможность собрать силы и обеспечить их всем необходимым – продовольствием, вооружением, порохом. Именно в Ярославле была проведена политическая и материальная подготовка похода к Москве.

Обращает на себя внимание выбор момента для совершения похода на Москву. Стало известно, что поляки направили на помощь гарнизону, засевшему в Москве, крупный отряд во главе с гетманом Ходкевичем. Известие об этом заставило К. Минина и Д. Пожарского срочно двинуться с ополчением на Москву. 27 июля главные силы ополчения, примерно 10 тыс. чел. [54] , выступили из Ярославля и 20 августа уже стояли под Москвой. Следует подчеркнуть, что источники свидетельствуют о том, что поход был блестяще организован и отличался порядком и дисциплиной. Впереди следовал отряд Туренина. Еще до выступления главных сил из Ярославля под Москвой уже стоял передовой отряд ополчения под начальством Дмитриева и Левашева. Затем туда же был послан и второй отряд Лопаты-Пожарского численностью в 700 всадников.

Ополчение, прибыв к Москве, расположилось вдоль стен «Белого города» – от Петровских ворот до Москва-реки. Главные силы стояли у Арбатских ворот. 2500 казаков Трубецкого [55] располагались в Замоскворечье, в районе Крымского двора. Гетман Ходкевич расположил свое войско, состоявшее из поляков, литовцев и различных наемников, в том числе немецких, станом на Поклонной горе. Войско Ходкевича насчитывало не менее 12 тыс. чел. [56]

Сражение 22 августа началось наступлением противника, который переправился с утра через Москва-реку возле Новодевичьего монастыря, подошел к Чертольским воротам [57] и атаковал ополчение. Преимуществами Ходкевича являлись его кавалерийские, хорошо вооруженные части, которым не могла противостоять неопытная конница народного ополчения. Ведя бой в пределах Земляного города [58] среди сгоревших улиц, Пожарский приказа спешить конницу и биться пешими. Особенно жаркий и продолжительный бой разгорелся на левом фланге ополчения, на берегу Москва-реки, близ Алексеевской башни. Трубецкой бездействовал. Тогда казачьи сотни, посланные Пожарским Трубецкому, увидев трудное положение ополченцев, сами пошли к ним на помощь, не спрашивая разрешения начальников. К ним также самостоятельно присоединились некоторые атаманы Трубецкого. Они кричали Трубецкому, что «в вашей нелюбви к Московскому государству и ратным людям пагуба становится». Сражение длилось 7 часов. К концу дня Ходкевич с большим уроном был отброшен и отошел на Воробьевы горы. На месте сражения было подобрано и закопано больше тысячи трупов. В ночь с 22 на 23 августа Ходкевичу удалось при помощи одного изменника перебросить до 600 чел. в Кремль для усиления польского гарнизона. 23 августа войско Ходкевича заняло Донской монастырь. В этот же день была отбита вылазка противника из Китай-города. 24 августа произошло второе большое сражение. В связи с занятием Донского монастыря значительная часть ополчения переправилась на правый берег Москва-реки – в Замоскворечье. Утром Ходкевич из Донского монастыря повел свое войско в Замоскворечье, где и развернулось сражение. После пятичасового боя отряды ополченцев начали отходить. Между тем, Трубецкой продолжал бездействовать, даже отошел несколько назад, что позволило полякам занять очень важное место у церкви Климента. Тогда Авраамий Палицын отправился в казацкие таборы и добился согласия казаков принять участие в сражении, пообещав отдать драгоценную монастырскую казну. Одновременная атака казаков и ратников народного ополчения на польский острожек у церкви Климента закончилась полным успехом, и почти весь гарнизон был перебит. Опасность прорыва в Кремль со стороны Замоскворечья была предотвращена.

В этот же день Минин обратился к Пожарскому с просьбой дать на подмогу людей. Тот ответил: «Емли ково хощеши». Минин с ополченцами переправился через Москва-реку и напал с фланга на польские конные и пешие роты. Неожиданное нападение вызвало среди поляков растерянность и панику, они не выдержали и побежали к своему лагерю. Успешный натиск Минина стал сигналом к общему наступлению: «пошли тиском» к польскому лагерю. Теснимый ополченцами, Ходкевич «в великой ужасти» отошел к Донскому монастырю, где его отряд стоял всю ночь, не слезая с коней. На следующий день Ходкевич не решился на возобновление попытки прорваться в Кремль. Вскоре он отошел от Москвы – «срама же ради своего прямо в Литву поидоша».

С уходом Ходкевича участь польского гарнизона в Москве была решена. Победы Минина и Пожарского в сражении с лучшими польскими войсками высоко подняла авторитет вождей ополчения. Трубецкому не оставалось другого выхода, как присоединиться к ополчению. Поляки, сидевшие за стенами Китай-города и Кремля, оказались в замкнутом кольце осады. В конце сентября Пожарский предложил полякам сложить оружие. «Вам самим известно, что Карл Ходкевич приходил со всем полевым войском,… много было тогда польского и литовского войска; никогда прежде не бывало столько ваших людей, а теперь вы сами видели, как гетман пришел и с бесчестием и страхом он ушел от вас, а тогда еще не все наши войска прибыли». Польские шляхтичи продолжали упорствовать, считая, что простые русские люди не в состоянии сражаться с профессиональными воинами.

22 октября штурмом была взята Китайгородская стена. Остатки польских войск отступили в Кремль. Однако они не могли больше сопротивляться и несколько дней спустя, сдались вождям ополчения.

22 октября 1612 г. при сражении русских с поляками в Москве список Чудотворной Казанской иконы Богородицы находился у князя Д. Пожарского. Молитвами и заступлением Пречистой Владычицы по вере вождя русских воинов к чудотворной Ее иконе Московское государство было очищено от поляков. После избрания на престол царь Михаил Федорович в память сего события установил праздновать в Москве память Иконы Казанской Божией Матери два раза в год – в день обретения иконы 8 июля и в день освобождения Москвы – 22 октября, с учреждением крестных ходов из Успенского собора во Введенскую церковь, где князем Пожарским была поставлена эта икона, украшенная множеством драгоценностей.

26 октября 1612 г. ополченцы вступили в Кремль. Москва была освобождена силами народного ополчения, что явилось новым замечательным проявлением старой традиции русского народа – всеми силами защищать свою столицу. Польский историк XVII в. Кобержицкий писал о победе ополчения: «Поляки понесли такую значительную потерю, что ее ничем нельзя было вознаградить. Колесо фортуны повернулось, и надежда овладеть целым Московским государством рушилась невозвратно». История показала, что и на этот раз спасительными для общества оказались национальные и православные скрепы, и враждующие силы соединились, прежде всего, во имя национальной, религиозной и простой гражданской безопасности, которой угрожали ляхи и казаки.

Смута в русском государстве начинает затихать с того времени, когда все силы общества, увидев свою страну на краю гибели, объединились, а земские чины, собравшиеся в Москве в начале 1613 г., избрали на престол родоначальника новой династии, царя Михаила Романова, связанного родством, хотя и не прямым, с угасшей династией [59] .

От подвига К. Минина и Д. Пожарского тянется историческая нить к Отечественной войне 1812 г., а от нее – к Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.

Въезд Императора Александра I в Париж

Война и мир возникли одновременно с появлением человеческого общества. Война – как самое решительное средство борьбы за существование. Мир – как возможность самосохранения людей между суровыми битвами. Специалисты подсчитали, что за 55 веков своего существования (а отчет велся со времени появления письменности) человечество пережило около 15 тысяч войн. В этих войнах были понесены утраты в 3,6 млрд человеческих жизней, не считая гибели материальных ценностей, разрушения городов, исчезновения государств и целых народов. На этот период пришлось лишь 300 мирных лет. Всего три века. Но они существовали [60] .