Чтение онлайн

— Элле нужны двоюродные братья и сёстры, — говорит Сойер, затем смотрит на Кэша. — А вы с Молли продвинулись в этом вопросе?

Один уголок губ Кэша дёргается вверх.

— Работаем над этим.

У меня сжимается сердце. Мне будет ужасно не хватать всего этого. И я знаю, что Салли тоже.

Но это лишь значит, что мы будем часто приезжать в Хартсвилл. Она любит моих братьев так же, как и я, и я уверен, что она сделает всё возможное, чтобы быть рядом в важные моменты, да и просто так, без повода.

В Техасе полно крупных аэропортов, из которых ежедневно летают рейсы в Нью-Йорк и обратно. Мы справимся.

Нам просто необходимо справиться.

А кто знает? Может, в конце концов, мы с Салли снова окажемся в Хартсвилле. Её родители тоже здесь, и они, конечно, захотят участвовать в воспитании наших будущих детей.

Потому что, конечно, я хочу детей от Салли. Не могу поверить, что только сейчас осознал, насколько это реально.

Нет, не просто реально. Неизбежно. Потому что я сделаю так, чтобы у нас всё получилось.

Я сделаю Салли своей женой.

— Люблю вас, — говорю я. — Спасибо. За понимание. И за то, что терпели меня все эти годы.

Кэш бросает на меня взгляд.

— Ты нам точно задолжал. В свои двадцать ты был просто чокнутым.

— Хорошо, что мне уже за тридцать. — Я перекладываю поводья из правой руки в левую. — У меня есть к вам одна просьба. Поможете мне спросить Салли?

— Ты про предложение? — Дюк хмурит брови.

— Думаю, сначала мне стоит узнать, разрешит ли она мне переехать с ней в Нью-Йорк, и показать ей, что у меня есть ваше благословение. — Я усмехаюсь. — Мы встречаемся всего пару минут.

Райдер качает головой.

— Но дружите уже пару жизней.

— Уайатт прав, — Кэш приподнимает шляпу в мою сторону. — Не будем пугать бедняжку Салли излишней поспешностью. Когда он раскроет ей своё сердце, это должно быть большим романтическим жестом, а не засадой.

— Согласен, — поддакивает Сойер.

Кэш улыбаясь смотрит на меня.

— Повезло тебе, Уайатт, у меня есть пара идей.

Салли

Дробовик и копчёная индейка на гарнир

— Это то самое платье? — спрашиваю, слегка поворачиваясь перед Молли и Уилер.

Уилер присвистывает.

— Детка, это точно оно.

— Если и есть платье, в котором можно признаться в вечной любви своему лучшему другу, то это оно. — Молли радостно хлопает в ладоши, а потом крепко обнимает меня. — Я так счастлива, что ты остаёшься в Хартсвилле. Всё ещё не могу в это поверить. Конечно, я радовалась, когда ты получила работу в университете Итаки, но, честно говоря, надеялась, что ты останешься здесь. Мы тебя очень любим.

— И я вас люблю.

Отступив на шаг, я разглаживаю изящную ткань платья на бёдрах. Оно алое, как пожарная машина, точно в тон моим любимым сапогам Bellamy Brooks. На ощупь мягкое, словно шёлк, и приятно скользит по ногам.

Я улыбаюсь, разглядывая себя в высоком зеркале, стоящем в углу бывшей спальни Молли в Новом доме.

Когда несколько дней назад я официально отказалась от работы в университете Итаки, я решила устроить небольшую спонтанную встречу по случаю Дня друзей, чтобы поделиться этой новостью. Надеюсь, она будет радостной. Мне нужно объясниться перед всеми.

Мне также хочется, чтобы Уайат увидел, насколько серьёзно я отношусь к нашим отношениям. Своим решением остаться я хочу показать, как сильно я его люблю и как горжусь тем, что мы строим здесь, в Хартсвилле.

Честно говоря, я тысячу раз сомневалась, хорошая ли это идея. А вдруг отец устроит скандал? А вдруг я опозорюсь? Или, что ещё хуже, опозорю Уайатта?

Молли убедила меня рискнуть. Она была первой, кому я рассказала об увольнении, сразу после разговора с куратором. Когда я упомянула о том, что хочу сделать этот и без того смелый шаг ещё более грандиозным, она сразу поддержала меня.

— Кэш терпеть не может драму, — сказала она. — Но Уайатт? Этот парень согласился изображать твоего парня, хотя знал, что не сможет держать себя в руках. Он живёт ради таких вещей. Так что, если ты хочешь заявить о своих чувствах громко, делай это! Люби своего мужчину открыто, подруга. Живи так, как хочется.

Вот так я и оказалась в этом платье — эффектном, сияющем, которое я одолжила из гардероба Молли. Оно особенное и придаёт мне именно ту уверенность, которая сейчас так нужна.

— Ты потрясающе выглядишь, — говорит Молли. — И, кстати, не выглядишь слишком нервной.

— Вот это удивительно, потому что мне так страшно, что кажется, будто сейчас стошнит. Но обещаю, что постараюсь не испортить твоё платье, Молли.

Она только улыбается и заправляет мне прядь волос за ухо.

— О платье не переживай. Лучше беспокойся о том, как Уайатт разберёт тебя по кусочкам, когда заберёт домой.

— Этот парень просто дикий в постели, да? — мечтательно спрашивает Уилер.

Молли всё так же улыбается.

— Ну так, собственно, об этом и просила мисс Салли — веселья с дикими ковбоями. И посмотри, что вышло! Ты сказала вселенной, чего хочешь, и вот оно, пожалуйста.

— Только ты забываешь, что я двадцать лет хотела Уайатта, но даже пальцем его не тронула. Я была уверена, что ему никогда не понравится такая, как я. Более того, я боялась, что потеряю его, если мы вдруг станем больше, чем друзья.

— Но ты набралась смелости и всё-таки рискнула. — Молли щёлкает пальцами. — И вот что вышло.

— Да. — Меня захлёстывает волна восторга, радости, предвкушения и почти нереальности происходящего. — Такое ощущение, что я попала в какую-то другую реальность. Будто всё вокруг — один сплошной хаос. Я вообще не знаю, что делать с работой. Да, я почти живу у Уайатта, но мы даже не обсуждали, чтобы съехаться официально...

— Он хочет, чтобы ты переехала, — твёрдо говорит Уилер. — Ты же знаешь, что хочет.

Молли так же уверенно кивает.

— Все знают, что Уайатт Риверс готов был надеть тебе кольцо ещё вчера.

Я хочу возразить, отмахнуться от их слов.

Но вместо этого просто улыбаюсь. Они правы.

Всё это кажется таким... правильным.

— В общем, у меня был план — чёткий, разумный, хороший план. А теперь никакого плана нет, кроме одного: строить здесь жизнь с Уайаттом.

Уилер пожимает плечами.