Чтение онлайн

Кладу в рюкзак несколько вещей для себя.

Полина продолжает: — Я только не могу решить, какие закуски нам нужны. Горячие? Холодные? Или разнообразие?

— Начните с горячих, — советую я. — Твои братья любят поесть. А если дата перенесена, на улице еще холодно. Александр легко съест поднос канапе.

— Типичные итальянцы, — одобрительно говорит она. — Мне нравится, как ты мыслишь.

Я отворачиваюсь, благодарная за то, что это телефонный разговор. Так легче скрыть слезы.

— Он сказал, на какое число переносится мероприятие?

— На следующие выходные.

Почему?

Мне не нужно знать. Это не важно.

— Определенно горячие закуски, но можно добавить стол с сыром и крекерами.

— Прекрасно! Мы все будем здесь, включая Оливера. Ты еще не со всеми познакомилась. Александр намекнул, что наконец введет новых участников из другой группировки. Он тебе рассказывал?

Я киваю, даже зная, что она этого не видит.

— В общих чертах. Я знаю, что он проверял людей из другой организации, но больше мне не говорил.

Айви ворочается, и понижаю голос: — Сказал, почему переносит дату?

— Ничего необычного. Сказал, что есть важные причины.

Важные.

Я киваю.

— Спасибо. Где будет мероприятие?

— На набережной.

— Какой?

— У Ист-Ривер, между Манхеттеном и Бруклином.

Вздыхаю.

Я не могу остаться здесь.

Открываю шкаф, где хранится оружие.

Мой главная обязанность — защитить Айви любой ценой.

— Я убью его на хрен.

— Конечно, убьешь, — ухмыляется Марио Росси, давний друг, сидящий напротив меня с бокалом в руке. Он поднимает его в мою сторону, и его глаза искрятся. — Это ж по-христиански.

Я фыркаю и делаю ответный жест, наслаждаясь утренней синевой перед нами. Мы сидим на балконе Михаила и Арии, только что сузив круг подозреваемых, напавших на Харпер, до небольшой группы.

Позади нас слышится движение, и я оборачиваюсь, чтобы увидеть Михаила с ребенком на руках. Ария, вымотанная заботами о малыше и нашей работой, крепко спит в кресле-качалке рядом.

Не говоря ни слова, он накрывает ее пледом, аккуратно укладывает ребенка в люльку и, не спеша, идет к нам. Выглядит измученным в своей мятой футболке и спортивных штанах, но счастливее, чем я когда-либо его видел.

— Как они так спят? — спрашивает Марио, качая головой. — Как связанный мешок.

— Это называется пеленание, — устало закатывает глаза Михаил. — Это дает им спокойствие и комфорт, имитируя ощущения, которые были в утробе матери.

Мы с Марио фыркаем.

— Посмотрите-ка на нашего мистера Маму.

Михаил показывает ему средний палец, затем поворачивается ко мне.

— Кого мы убиваем?

— Ее брата — за то, что притащил к сестре своих ублюдков друзей и не защитил ее. А потом того, кто напал на нее.

— Конечно, ты его убьешь, — ворчит он, скрещивая руки на груди. — Но помни, это ее брат. У нее будут чувства и прочая хрень.

— Брат, который прекрасно знал, кто его друг и что он делает.

Кто именно из них виноват, мы пока не знаем, но благодаря находкам Арии у нас есть несколько вариантов.

— Рассказывай, — говорит Михаил, проводя рукой по волосам.

Михаил укачивал ребенка, пока мы с Арией рылись в поисках ответов.

— Марио достал нам видео с той вечеринки, куда она пошла, пока ее родители были за границей.

Я достаю ноутбук и показываю Михаилу запись. В верхнем углу экрана Харпер поворачивается к камере с испуганными глазами. В руках коктейль. Даже на старом видео она выглядит потрясающе. Такая невинная с большими глазами и веснушками на носу, что мне хочется прыгнуть в экран и защитить ее.

— Значит, тогда все и случилось, — хрипло говорю я, с трудом сдерживая гнев. — У нас есть список гостей. Оказывается, мероприятие организовали люди Волкова. Поэтому я допросил Петрова и Кузнецова.

— И что они сказали?

— Гости были либо влиятельными, либо богатыми. Волков никогда не притворялся. Он приглашал только тех, кого мог использовать.

Михаил кивает.

— Если бы нападавший был из богатой семьи, ее бы выдали замуж. Но ее обвинили, так что он не представлял для них никакой ценности.

— Логично. Что дальше?

— Мы переносим дату нашего гала-вечера. Это будет идеальная возможность выманить их. Я отправлю персональные приглашения, чтобы они не смогли отказаться.

Михаил кивает.

— Ты уверен, что Харпер согласится?

— Она пойдет. Это рискованно, но я буду рядом.

Марио поднимает бровь.

— Судя по всему, она сама может справиться.

Я рычу, сжимая руки в кулаки.

Марио поднимает свои в примирительном жесте: — Знаю, знаю, ты можешь ее защитить, я в этом уверен. Но просто говорю, что с подходящим оружием она, вероятно, и сама неплохо справится.

Я отворачиваюсь от него и смотрю на Михаила.

— Ее присутствие должно выманить виновных. Мы будем держать ее под наблюдением и обеспечим безопасность. Наши люди будут замаскированы под гостей или обслуживающий персонал, чтобы усилить защиту.

Михаил сжимает губы и кивает, глядя на ночное небо.

— Если бы кто-то причинил боль Арии, я бы потребовал крови и голову на серебряном блюде.

— Безусловно.

Но… я знаю, что он ведет к чему-то.

— Гала-вечер — это наше крупнейшее событие, Александр. Мы не можем устроить хаос и кровопролитие, иначе к нам больше никто не придет.

Мои ноздри раздуваются.

— Ты думаешь, что наша репутация важнее чести моей жены? Важнее возмездия за то, через что она прошла?

— Сядь, брат, — строго говорит Михаил.

Я смотрю вниз и понимаю, что даже не заметил, как поднялся.

Марио качает головой, доставая что-то из кармана.

— Михаил, можно?

Тот проверяет направление ветра и расстояние, затем хмыкает. Через секунду слышен щелчок зажигалки, вспыхивает оранжевый огонек, и в воздухе разливается тяжелый сладкий запах марихуаны.