Чтение онлайн

 Отправляясь на шопинг в один из крупнейших торговых центров Гонконга, Василий рассчитывал прикупить себе пару футболок, джинсы, куртку и ботинки, пригодные для прогулок по тибетским высокогорьям, да еще смену белья. Но его американский знакомый предупредил, что оплатит любые покупки в счет обещанной Ван Хохом зарплаты и посоветовал Василию не ограничивать себя в расходах. И тогда Василия понесло: один раз ему уже пообещали щедрое вознаграждение, которое так и осталось пустым звуком, так что теперь следовало воспользоваться моментом и получить причитающееся - ну, хотя бы в виде модного "прикида".

 Василий вышел к большому фонтану в центре торгового комплекса, куда сходились все линии нескольких этажей огромной крытой галереи. Чем-то она напомнила ему знаменитый миланский пассаж, только превосходила его размерами в несколько раз. Василий начал всматриваться в вывески бутиков и нашел несколько знакомых - все по той же миланской галерее. Там он и обновил свой гардероб, в выборе одежды подсознательно подражая Норману - просто потому, что другого примера для подражания у него рядом не было. Американец похвалил его выбор, но сумма счета за покупки Василия заставила его поскучнеть.

 Рихард достал из бумажника золотую кредитную карту и задумчиво постучал ей о прилавок, борясь в душе с практичным немцем, призывавшим сейчас же прекратить сорить деньгами. После недолгой внутренней борьбы немец одержал вверх. Норман спрятал золотой American Express, и достал вместо него другой кусочек пластика - корпоративную кредитную карту церкви саентологии, которой уже расплачивался за проживание Ван Хоха в Риме.

 - Сектанты снова засветили свою кредитку, - объявил Гвидо через полчаса после этой транзакции.

 - В Гонконге?
– Де Анджелис подошел к его рабочему столу и стал всматриваться в столбцы цифр на мониторе.

 - Да, в каком-то торговом центре. Счета из магазинов Armani, Gucci, Prada, D&G.... Что любопытно - все мужские коллекции. Счет в общей сложности на...
– Гвидо сделал быструю калькуляцию на компьютере и даже присвистнул от удивления, - около 15 тысяч евро!

 - Ну что ж, у мальчика хороший вкус, - усмехнулся Де Анджелис. Интуиция подсказывала ему, что ни кто иной, как "византиец" только что немного облегчил корпоративную карту сектантов.

 ***

 - Друзья!
– усевшийся на переднем сиденье SUVа Айк развернулся лицом к своим гостям и на секунду застыл с широко растянутым в улыбке ртом.
– Я так рад видеть вас в Шанхае! Я с нетерпением ждал вас всю эту неделю!- он издал звук, напоминавший нечто среднее между хихиканьем и рыданием, что обычно выражало у Айка Блюма наивысшую степень экзальтации.
– Сейчас мы поедем ко мне домой, вы выспитесь, а завтра с раннего утра мы отправимся в Тибет! Yahooooo!!!
– радостный возглас Айка повис в воздухе. Молчание, царившее в машине, нарушали только звуки гудков, которыми шанхайские автомобилисты прокладывали себе дорогу в городских пробках.

 - Весьма польщены вашим гостеприимством, мистер Блюм, но мы предпочли бы остановиться в отеле, - вежливо заметил Норманн-Ауденхоф, когда затягивать паузу стало уже совершенно неприлично. По постепенно тающей улыбке дипломата Рихард понял, что дал немного воли своему врожденному высокомерию, и потому решил сгладить неловкость.
– Мы просто не хотим стеснять вас, вы и так уже немало сделали для нас.

 - И сделаю еще больше!
– радостная улыбка расцвела на грушевидном лице с новой силой.
– Вы окажете мне огромную честь, если остановитесь у меня. Я живу один, совсем один в огромной пустой казенной квартире, - последняя фраза снова закончилась каким-то странным истеричным всхлипом.
– К тому же, я уже приготовил праздничный ужин...

 Квартира Айка Блюма на поверку оказалась не такой уж огромной - гостиная, объединенная с кухней, две спальни и кабинет. Айк с готовностью уступил обе спальни гостям, устроив себе постель прямо на полу в кабинете. Рихард с едва скрываемой брезгливостью осмотрел место своего будущего ночлега, но, к счастью, выделенные им спальни имели отдельные ванные комнаты, и это обстоятельство, равно, как и соображение, что в этой дыре им придется провести только одну ночь, заставило Рихарда скрепя сердце отказаться от мысли сейчас же ехать в ближайший отель.

 Квартира Блюма располагалась в пятиэтажном сером блочном доме эпохи культурной революции, предназначенном для коммунального проживания иностранных дипломатов. В настоящий момент в доме жили в основном американцы, чье консульство находилось неподалеку - в старом шанхайском районе Пуси, на западном берегу грязной мутной реки, разрезавшей многомиллионный город. По дороге в Шанхай Рихард успел просмотреть какой-то туристический буклет, в котором говорилось, что все достойные отели города располагались в деловом районе на восточном берегу. Так что выходило, что если прямо сейчас отправляться на поиски жилья по соседству, можно было легко заблудиться в хитросплетении путанных улочек исторической части китайского мегаполиса.

 - Я приготовил для вас гунбао цзидин!
– Айк появился из кухни с дымящимся блюдом в руках. Он предусмотрительно прихватил горячую керамическую тарелку полотенцем, но видимо не рассчитал нужную толщину "изоляции" - его рукам стало нестерпимо горячо точно на середине пути - от пышущей жаром плиты до накрытого соломенными салфетками низкого столика.
– Ай!
– завопил Айк.
– Ай! Ай!!!
– и не успели еще гости ничего сообразить, как дымящееся блюдо выскользнуло из покрасневших рук дипломата и шмякнулось на пол гостиной вниз содержимым, громко чавкнув о ковер.

 - Ай-ай-ай! Что я наделал!
– завопил Айк и, истерически заломив руки, бросился вон.

 - Что-то не хочется мне у этого чудилы ни ночевать, ни ужинать, - Василий мрачно рассматривал жирное месиво на ковре, прикрытое керамической тарелкой.
– Еще отравит или квартиру подпалит. Захочет фейерверк в честь нашего прибытия устроить...

 К его удивлению Рихард не разделил его опасений:

 - Он заказал ужин в ближайшем ресторане и сейчас бросился делать новый заказ. Вы на его руки посмотрите - он даже ручку в них держать, как следует, не может. А фейерверка он не устроит, потому что такие, как он, обычно, огня боятся. Или громких звуков.

 Радостная физиономия Айка минут через десять снова нарисовалась в дверном проеме. На этот раз его сопровождал китайский повар в белоснежной куртке, кативший перед собой тележку с китайскими яствами. Китаец заново накрыл стол и расставил блюда. Рихард немного ошибся - повар был не из ближайшего ресторанчика, а из консульской столовой, о чем сообщал висевший у него на груди красный бэдж с фотографией и именем Сунь Ху.

 Сунь Ху оказался мастером своего дела - недаром его взяло на службу правительство Соединенных Штатов. Принесенные им кушанья с незапоминающимися замысловатыми названиями, подкрепленные каким-то сладким фруктовым вином, довольно быстро сняли у гостей напряжение, вызванное неадекватным поведением хозяина. Ужин продлился в лучших китайских традициях - не более часа, поскольку завтра нужно было рано вставать, чтобы отправляться в страну гор и вечных снегов.