Чтение онлайн

 - Все ошибаются, - в голосе Нормана не слышалось ни милосердия, ни сострадания.- Лицо ваше на месте, мистер Блюм, а доверия я к вам с самого начала не испытывал. Так что, я в вас даже не разочарован, поскольку разочаровываться не в чем. И, тем не менее, вы меня очень сильно подвели. Теперь из-за вашей тупости мне придется обращаться за помощью к человеку, которого я меньше всего хотел впутывать в наши дела.

 С этими словами Рихард поднялся, достал из внутреннего кармана пиджака платиновый слайдер Vertu и поискал в памяти номер. На том конце линии ответили быстро.

 - Здравствуй, милая. Не разбудил?
– по резко изменившемуся тону Нормана, Василий понял, что тот разговаривает с кем-то очень ему близким и, позабыв о все еще тихо стенающем Айке, принялся прислушиваться к разговору. Рихард заметил это и отошел подальше.

 - Через час, гостиница Pudong Shangri-La, - сообщил он Василию по окончании разговора.
– Теперь организация нашего путешествия находится в надежных руках.

 Айк издал всхлип и закрыл лицо руками.

 - Я знаю, мистер Блюм, что вы старались, - Рихард произнес это без прежнего презрения - всего лишь с легкой насмешкой, в которой можно было при желании различить даже нотки жалости, - так постарайтесь еще раз.

 - С удовольствием!
– Айк вмиг вскочил на ноги, и его "потерянное лицо" снова озарилось прежним энтузиазмом.

 - Отвезите нас в отель Pudong Shangri-La, это в деловом районе. Только, пожалуйста, не перепутайте адрес. Нас ждут, а я очень не люблю опаздывать.

 23 июня 2009 года

 отель Pudong Shangri-La

 Шанхай, КНР

 В большом зеркале в золотой раме отражался нарочито роскошный декор дамской уборной первого этажа пятизвездочного отеля Pudong Shangri-La. Высокая темноволосая девушка с внешностью фотомодели, одетая строго, но элегантно - темно-серый деловой костюм в едва заметную полоску, светло-лиловая блузка и шейный платок схожего с ней тона - стояла у зеркала и аккуратно подкрашивала глаза. Давалось ей это непросто, потому что руки у нее немного дрожали.

 Закончив с макияжем, девушка еще раз придирчиво осмотрела собственное отражение. Сегодня с утра она надела лодочки на шпильке от Salvatore Ferragamo, и это оказалось, как нельзя кстати. Зато прическа... Быстрым точным движением, она расстегнула серебряную заколку, и длинные темно-каштановые волосы шелковой волной рассыпались у нее по плечам. "Так лучше" - улыбнулась она своему отражению из-под идеально подрезанной челки, - "хотя..." Платок был явно не к месту, она ослабила узел, сняла его и убрала в объемную сумку с логотипом Louis Vuitton. Затем расстегнула верхнюю пуговицу блузки, и немного подумав, - еще одну, вторую сверху.

 "Вот теперь - то, что надо", - она довольно подмигнула собственному отражению и взглянула на часы, весьма лаконичную в строгости дизайна модель Cartier. Встреча была назначена на 10:00. У нее оставалось 90 секунд, чтобы выйти из туалетной комнаты, пройти шесть шагов по коридору, ведущему в лобби, потом еще десять и остановиться точно посередине зала. Она еще раз взглянула на свое отражение, сделала глубокий вдох и решительно толкнула дверь. Ровно через минуту она стояла в центре холла, и когда секундная стрелка на ее часах подошла к отметке "12", она повернулась к массивной вращающейся двери и услышала свое имя:

 - Алексис!

 Последний раз Рихард виделся с ней полтора года назад, когда Алексис переводилась из Бангалора в Шанхай и приезжала для этого в головной офис своей компании в Силиконовую долину. За это время она совсем не изменилась, разве что еще немного похудела, повзрослела и окончательно вошла в роль строгой и неприступной деловой женщины. Алексис выросла у него на глазах, и Рихард отлично понимал, насколько не соответствовал этот искусственный образ ее характеру и ее даже ее внешности. Будучи с детства немного нервной и плаксивой, и, возможно, чуть-чуть избалованной (впрочем, Лора считала, что он ужасно избаловал ее дочь), от природы Алексис обладала покладистым характером, который, как и свои мягкие миловидные черты, она унаследовала от бабушки. С годами - а ей недавно исполнилось тридцать - это сходство все больше усиливалось, и Рихард с замиранием сердца ждал того момента, когда Алексис превратится в точную копию Элеонор. Он знал, что рано или поздно так случится, и потому, пока этого не произошло, предпринимал настойчивые попытки поскорее устроить личную жизнь своей внучки, с которой у той ничего не ладилось.

 Они обменялись довольно формальным поцелуем, и когда ее щека на мгновение соприкоснулась с его, Рихард почувствовал напряжение и даже легкое смятение, которое девушка тщетно пыталась скрыть.

 - Почему ты не предупредил, что будешь в Шанхае?
– она пыталась казаться обиженной, но ее зеленые глаза лучились неподдельной радостью. Только сейчас он понял, как ему не хватало ее улыбки, ее мелодичного голоса и - самое главное - ее светлой позитивной энергетики. Как и бабушка, она была классическим "донором".

 - Хотел сделать тебе сюрприз.

 - А эти двое - тоже часть твоего сюрприза?
– девушка покосилась в сторону стоявших в нескольких шагах от них Айка с Василием.

 Айк понял, что речь зашла о его скромной персоне:

 - Мистер Норман, ну представьте же нам, наконец, нашу очаровательную спасительницу!

 Рихард рассеянно взглянул на Блюма и произнес куда-то поверх его головы:

 - Алексис, моя дочь.

 - Очень красивое имя, - почти по слогам выговорил Айк.
– И главное - какое универсальное- и девочке подходит, и мальчику...

 - Мама хотела мальчика, и имя придумала заранее. А я ее разочаровала, - как и Рихард, по-английски Алексис говорила с заметным американским акцентом.

 - Ой, - воскликнул Айк, - если бы вы только знали, как часто мне приходилось разочаровывать мою мамочку. Она так мечтала, что я стану блестящим адвокатом...

 - Мистер Блюм расскажет нам историю своих неудач в другой раз, - перебил его Рихард, развернулся к Василию и представил его девушке.

 "Смазливый парнишка... И с какой это стати отец таскает его с собой?" - хотя Алексис никогда прежде не замечала, чтобы отец проявлял интерес к симпатичным мальчикам, его молодой русский приятель показался ей подозрительным. И она почувствовала даже что-то похожее на ревность к этому светловолосому юнцу со стильной сапфировой сережкой в правом ухе.

 "Избалованная гламурная стервочка... Уж очень нежные у них отношения с папочкой, может она и не дочка ему вовсе?" - после болезненного разрыва с Полиной все самостоятельные деловые девушки казались Василию стервами. А тот факт, что бывшая подруга ушла от него к 50-летнему бизнесмену, заставлял его всех их автоматически записывать в потенциальные содержанки.

 Алексис передала Рихарду и Василию ключи от номеров, и они договорились встретиться вечером в одном из гостиничных ресторанов - в них в этом пятизвездочном отеле недостатка не было. Девушке нужно было вернуться в офис, который находился неподалеку - в одной из башен делового района. Айку идти было некуда, и он остался сидеть в лобби в надежде, что рано или поздно его вновь пригласят присоединиться к компании.

 ***

 Когда Норман сказал, что отныне организация их путешествия в Тибет была в надежных руках, он был недалек от истины. К концу дня у Алексис было готово разрешение на посещение Тибетского автономного района для туристической группы из пяти человек. Кроме себя и Нормана Василий с удивлением обнаружил в списке имена Айка и какого-то китайца, на что девушка с уже знакомыми ему снисходительными интонациями пояснила, что, по правилам, китаец им требуется как гид, а присутствие в группе дипломата никогда не помешает. Тем более что он еще может выступать и как переводчик.