Чтение онлайн

Тролль без лишних слов вынул из сумки, висящей за плечом, сторожевой вард и воткнул острым концом в древесину. Его губы беззвучно зашевелились, произнося заклятие.

– Туман Глухоты, – процедил он спустя минуту.

Лицо тролля выражало напряжение. На лбу вздулась жила, под кожей ходили желваки. Закрыв глаза, он застыл над вардом и шептал заклятия.

Туманом Глухоты тролли величают довольно сложную заглушку, мешающую работать шаманам в астрале. Её создают водяные духи, распространяющие вокруг ауру из собственной энергии, покрывающую местность. Не к добру был дождик, не к добру. Заглушку ставят обычно колдуны для маскировки. И, естественно, старшие и старейшие лоа, не желающие обнаруживать своё присутствие и имеющие свиту, способную на подобные фокусы.

– Вард следит вон до того дерева, – Бал-Ар кивком указал на растущий неподалёку ясень. – Раньше «видел» бы аж до того поваленного клёна.

В два раза зона слежения сократилась. Твою же дивизию, надо ждать неприятностей. Сами по себе заглушки не образуются.

Тролли ребята тертые, сразу смекнули, чем пахнет. Они всю дорогу не выпускали из рук оружие, а нынче достали по метательному топору, прислушиваясь и приглядываясь к окружающему лесу, необычно притихшему, словно при матёром хищнике, вышедшем на охоту.

Затянутое тучами тёмно-серое небо чуть ли не доставало до верхушек деревьев. Плотный покров свинцовых туч не давал последним лучам садящегося солнца проникать к земле, создавая густой полумрак. Идеальная погода для злых духов, не терпящих солнечный свет. На фоне промозглой серости лоа затеряться раз плюнуть, выдавая свойственный им потусторонний холод за обыкновенное осеннее похолодание. Зима через денёк-другой ведь начнётся.

Акела, стоящий на возвышающемся над водой корне нашего дуба, вздыбил шерсть на загривке и оскалился. Чует неладное. И мы тоже. Тролли перестали говорить, дышат неслышно, обратившись в слух.

Дождь затопил следы отряда Улук-Зула, усложнив нам задачу. Теперь заглушка. Складывается впечатление, некто очень не хочет, чтобы мы нашли преследователей сэкки. Да и саму ведьму. Туман Глухоты днём она вряд ли организовала бы, не её стиль. Она существо ночное, ей по душе темнота. К тому же, у меня сомнения насчёт её способности накрыть заглушкой лес. Слаба она чересчур, а тут вдруг начинает разбрасываться драгоценной в её положении духовной энергией до заката. Днём злые духи, а она минимум наполовину лоа, слабее, чем ночью, потому большинство злых духов до сумерек спят. Айгаты у них на солнечном свету тратится больше, экономии никакой.

Нет, она сейчас дрыхнет. Тот, кто повесил заглушку, без труда переносит дневное время. А кто у нас на это способен? Правильно, либо старейшие духи, либо колдуны. Участие первых маловероятно, не вижу причин им себя проявлять. Шаман же вполне мог нам устроить пакость. Почему? Напрашивается очевидный ответ. Мы идём за преследователями сэкки, убивать её идём. Значит, противостоит нам тот, кто помогает ведьме.

Он следит за араньей и засёк сначала группу Улук-Зула, движущуюся к Лысому Холму. О битве он прекрасно осведомлён, раз сэкка в сфере его интересов. Знает, она в плачевном состоянии, хорошего боя не выдержит. Поскольку она настолько потрёпана, то противники в силах изгнать её в Серые Пределы. Следующей схватки с ними она, вероятно, не выдержит, и надо бы девочке помочь. Вот и помогает.

Особенно меня интересует, зачем ему понадобилось создавать заглушку. Дождь вызвал бы, след Улук-Зула мы потеряли бы и прекратили идти за отрядом. Туман Глухоты нужен для засад и ухода от врагов. Колдуна мы не успели обнаружить, маскируется, гад, отлично, и для отвлечения от своей скромной персоны использовать заклятье ему нет резона.

Заглушка у колдуна знатная. Способности морлока, не последнего в племени, свела на нет. Наш враг по силе полноценный шаман, ученику Туман Глухоты сотворить не под силу.

– Алисия, – негромко сказал я. – Вооружайся и готовься отразить нападение.

На создание чар времени не хватит, в любой момент нас могут атаковать.

В корзине зашуршало. Надеюсь, самогоном аэромантка натёрлась и спешит одеться и найти кинжал. Я бы не тратил драгоценные секунды на одевание и искал Секущий Ветер. В бою он самое то.

– Может, мне Тюрьму Четырёх Ветров поставить? – донеслось из плетёного укрытия девушки.

– Это лишнее. Против нас не сэкка, – я стоял на ветви, сжимая неизменное паладинское копьё, и всматривался в серую мглу начинающейся мороси.

Послышался протяжный низкий звук. То ли вой, то ли рёв, не разобрать. Ничего похожего я не слышал. Он шёл, казалось, отовсюду, будто завывания взывающего к духам шамана. Однако, шаманы так не ревут. Во всяком случае, мне о подобных обрядах неизвестно.

Через некоторое время из сгущающейся полутьмы показалась сутулая фигура, осторожно передвигающаяся под дальними деревьями на границе видимости. Очертания обрисовывались чётче с каждым её шагом. Она походила на высокого мощнотелого тролля с длинным копьём в толстой руке. В набедренной повязке и ноговицах, крепящихся к широкому ремню, без рубахи, он шёл по колено в воде. С пояса у него свисал пучок кривящихся в последнем приступе боли голов, привязанных за волосы.

Я узнал его, как и синекожие нашего отряда. Спиралевидные белесые татуировки змеились по широкой груди и плечам, переплетаясь с узорами шрамов и свежими порезами, недавно переставшими кровоточить. Мускулистую шею охватывали костяные охотничьи ожерелья.

Звук исходил от него. Не вой и не рёв. Плач великого охотника Улук-Зула, по щекам которого от глаз пролегли кровавые дорожки.

Пройдя половину расстояния до нас, синекожий умолк, обернулся, точно опасаясь погони, и повалился в воду. Погрузившись в муть с головой, он по-прежнему держался за копьё, воткнутое в жижу.

Ловушка, или он всё ещё тот самый тролль, сын вождя улиточников, раненый и нуждающийся в нашей помощи? Проклятье, ни я, ни Акела не можем понять из-за Тумана Глухоты, кто это на самом деле. Принявшая облик Улук-Зула сэкка выглядела бы правдоподобнее, без кровавых слёз и прочих атрибутов паранормального воздействия. Она, к тому же, принялась бы звать нас его голосом, мол, помогите да поближе подойдите, чтоб опереться на вас можно было. Нет, не оборотень, слишком грубая подмена, наталкивающая на мысль о полном реализме.

Одержимый? Вероятно. А может, и просто покалеченный вражеской магией и утративший рассудок инвалид. В заглушке не разберёшь.

– Алисия, при малейшей угрозе выставляй ветряной барьер. Бал-Ар, гляди в оба. Остальные следите за местностью.

В заглушке полагаться на магию нельзя, да и органы чувств сбоят, однако, не так сильно, как средства магического обнаружения.

Ученик шамана ответил коротким кивком. Высунувшаяся из корзины девушка соглашаться с моим распоряжением не спешила.