Чтение онлайн

– Негодяй собирается сбежать. И почему эти идиоты вечно поднимают такой шум, мать их? – проворчал Ван-Ин.

Скаглионе вел машину одной рукой. Было пятнадцать минут шестого. Энзо надеялся, что валлон уже все закончил. Он на полном ходу выехал на Филиппенсток-стрит, а потом повернул на Влэминг-стрит. Визг его покрышек далеко разносился по пустынным улицам. Подъехав к городскому театру, Скаглионе нажал на пульт, чтобы активировать взрывное устройство, но ничего не произошло. Он нажал еще раз, но взрыва не последовало. «Проклятье», – проворчал он и что есть силы нажал на газ.

Рыночную площадь окружили лентой. Повсюду стояли полицейские машины. Голубой свет мигалок заливал площадь. Майор Адам, начальник антитеррористической специальной интервенционной команды, расквартированной в Брюгге, стоял напротив башни Белфорт между двумя киосками с фастфудом. Худой консьерж в старомодном халате открыл огромные двери башни. Он очень сильно нервничал. Двенадцать членов элитной команды прикрывали Адама. На них были военные шлемы и бронежилеты. Они стояли, выставив наготове автоматы «узи». Беспомощный консьерж с ужасом смотрел на все это. Ему казалось, что он попал на съемки боевика.

Меньше чем за час полицейские обыскали холл, но не нашли никаких следов взрывчатки или взрывных устройств. Работники службы безопасности определили, что в Белфорте нет никаких следов взлома. К тому же, если бы кто-то проник туда, то сработала бы сигнализация.

Сразу же после того, как Ван-Ин позвонил Вандевельде, губернатор воспользовался планом поведения в чрезвычайной ситуации и распорядился, чтобы жителей домов, расположенных рядом с башней, эвакуировали в парк Будевин и дали им убежище в главном зале. Об этом каким-то чудесным образом узнали телевизионщики и приехали, чтобы снять весь этот хаос.

Пока Ван-Ин делал все необходимые звонки, он продолжал следить за БМВ Скаглионе, но потом он понял, что совмещать экстренную эвакуацию людей и преследование опасного преступника невозможно, и поехал в центр Брюгге.

– Почему ты не сообщил о Скаглионе местным полицейским? – спросила Ханнелоре. – Ты мог хотя бы назвать им номер его машины, не вдаваясь в детали.

– Нам удалось предотвратить теракт, не так ли? – не отвечая на ее вопрос, весело рассмеявшись, заметил Ван-Ин. – Не беспокойся, Ханне. Все идет даже лучше, чем я ожидал.

– Питер Ван-Ин, я требую объяснений, – возмутилась Ханнелоре. – Сейчас же расскажи мне все, что ты задумал!

– Если мы позволим Скаглионе действовать по его плану, он будет нам куда полезнее, чем если бы его арестовали, – со смехом ответил Ван-Ин.

– Почему?

– Прости, дорогая, но на данном этапе я ничего не могу тебе рассказать.

– Кажется, я это уже где-то слышала, – язвительным тоном произнесла она. – А что, если бомба взорвется без участия Скаглионе?

– Ну, значит, будем считать, что удача от нас отвернулась. Ты что-нибудь слышишь?

К половине седьмого саперы в специальных костюмах обыскали башню вдоль и поперек, но не нашли никаких взрывных устройств. Казалось, искать дальше было бессмысленно, но саперы упорно продолжали поиски. Полицейские, работники службы безопасности и члены специальной интервенционной команды заполонили все улицы, примыкающие к башне Белфорт. Ван-Ин и Ханнелоре сидели в машине, припаркованной на углу Влэминг-стрит.

Без пяти восемь саперы наконец нашли взрывное устройство. Ван-Ин говорил с ними по рации.

– Этой взрывчатки хватило бы, чтобы взорвать к чертовой матери всю башню, – сообщил сапер.

– А что там с детонаторами? Вам удалось их отсоединить?

Невидимый собеседник Ван-Ина помолчал с минуту, а потом хрипло расхохотался:

– Этот идиот неправильно подсоединил провода. Он или новичок, или дальтоник. Он соединил голубой и красные провода. Даже если бы вы ударили по взрывному устройству кувалдой, ничего бы не произошло. Так что можете объявить, что все закончилось и операцию можно сворачивать. Все могут со спокойной совестью расходиться по домам.

Скаглионе двигался по автостраде со скоростью сто двадцать миль в час. Полчаса назад он выбросил в окно пульт управления. Когда Энзо подъезжал к Брюсселю, он немного снизил скорость. За ним никто не следил, и потому в спешке не было никакой необходимости. Энзо проехал через Вильворде и остановился в Завентене, недалеко от аэропорта. Через час он уже сидел в кафе Южного вокзала Брюсселя и пил капучино. Он позвонил в полицию Брюгге и назвал им адрес Николаи.

После этого Скаглионе позвонил герру Витце. Этот разговор занял у него куда больше времени, чем звонок в полицию.

– Операция провалилась, – мрачным тоном сообщил герру Витце Скаглионе. – Этот чертов валлон все испортил.

– Успокойтесь, герр Скаглионе, – возразил ему Витце. – Может быть, это даже и к лучшему.

– Может быть, для вас это и лучше. Но я хочу получить свои деньги за работу. Я не смогу больше оставаться в Бельгии. У меня теперь нет дома. К тому же полиция меня вычислила и идет за мной по пятам, – требовательным тоном возразил Скаглионе.

Витце улыбнулся, достал из ящика стола серебряный портсигар, вынул оттуда дорогую сигару и закурил.

– Я заплачу вам сто тысяч марок, если вы доведете дело до конца, – тоном, каким разговаривают с лучшими друзьями, а не с наемниками произнес он.

Скаглионе сразу же согласился. Сто тысяч марок для него – просто огромная сумма.

– Хорошо, я завершу работу, но при одном условии, – решительно сказал Энзо. – Я покончу с ними тем способом, которым захочу.

– Как вам угодно. Это ваше личное дело, – согласился Витце. – Польдерный проект был с самого начала обречен на провал. Слава богу, что Фиддл об этом уже никогда не узнает.

– И еще я хочу, чтобы мне сделали новые документы и купили дом на Сицилии, – сказал Скаглионе.

– Считайте, что ваше желание исполнено. Я уже разработал план вашего побега из страны. Вы сможете добраться до Италии через Швейцарию. Увидимся через сорок восемь часов. Позвоните мне завтра. Этот план не должен провалиться.

Еще некоторое время Витце задумчиво курил. Настольная лампа освещала комнату мягким желтым светом. У Ляйтнера появилась новая идея. Он собирался перестроить Дубровник, как только в Югославии окончательно стихнут военные действия. Туристы по своей натуре очень капризны. Если их план удастся и разбомбленный Дубровник восстанет из пепла, словно феникс… Тогда в него… Тогда хлынут миллионы туристов. И они с Ляйтнером станут миллионерами. Миллионы туристов означают миллионы марок. Витце улыбнулся своему только что придуманному каламбуру. «Запад находится на последнем издыхании, – подумал Витце. – Будущее за Востоком».