Чтение онлайн

– И все?

– Ну да!

– Не густо.

– Но тут есть небольшая деталь. – Глаша чуть прищурила глаза. – Видят этот свет только те, у кого в доме скоро должно произойти несчастье. Старик, будучи не в силах конкурировать с новыми технологиями противопожарного слежения, переквалифицировался, и теперь предупреждает людей о надвигающейся беде.

– И вы вдруг увидели этот свет? – подался вперед Гирс.

– Да. Отблеск фонаря видел Карп Палыч, Маша и я. Каждую ночь – кто-нибудь из нас. Началось это сразу после приезда Алексея. И вот не так давно мы не выдержали и рассказали ему эту историю.

– Он вам поверил?

– Он поднял нас на смех. И сам, сколько ни вглядывался с балкона в силуэт башни – призрака не видел никогда. Тем не менее, с тех пор он не упускал случая подразнить нас, пугая тем, что позовет Старого Брандмейстера в гости.

– Позвал?

Глаша стала вдруг невеселой, поставила чашечку на стол и откинулась на спинку кресла.

– Не думаю. Но факт остается фактом – призрак появился в доме. Мы видели его, два раза.

– Где?

– В подвале, в старом коридоре. Первый раз его повстречал Карп Палыч. Его это потрясло настолько, что пришлось даже вызывать «Скорую помощь», нам самим не удавалось никак сбить ему давление. Неделю спустя, с призраком в том же коридоре столкнулись мы с Машей.

И как он выглядел? – голос инспектора подозрительно охрип.

– Обыкновенно! Белое бесформенное существо со старой брандмейстерской каской на голове. В руке оно держало шестигранный угольный фонарь. Свет падал вокруг неясными пятнами, двигалось все это быстро и бесшумно.

– Когда это произошло?

– Недели три с небольшим назад, в прошлое полнолуние. Кстати, сейчас Луна опять полная!

Толик всхрапнул во сне и перевернулся на правый бок, расположившись круглым задом к Даниилу и Глафире. Его волшебная фуражка сама собой переехала на левое ухо и там замерла.

– Можем мы осмотреть подвал? – шепотом спросил инспектор, оторвав взгляд от спины спящего друга.

– Сейчас? – так же шепотом спросила Глафира, ее глаза обрадованно расширились.

– А что? Самое подходящее время. Полнолуние, опять же, как вы сами сказали…

– Не испугаетесь, господин инспектор?

– А я возьму группу поддержки. – подмигнул ей Даниил. – Машу, Карпа Палыча и отца Косьму.

В наступившей гробовой тишине стало слышно, как звенит лампочка в люстре и стучится большая тяжелая муха в стекло окна.

– А можно меня вычеркнуть? – озабоченно спросил поп. – Мне по сану не положено.

– И меня! – пискнула Маша.

– И меня. – испуганно простонал Карп.

– Все понятно! – улыбнулся Даниил. – Иду один.

– Еще чего! – возмутилась Глафира и поднялась на ноги. – Не смейте лишать меня такого развлечения, инспектор! Я вам этого никогда не прощу…

В подвале было очень тихо и сухо. Шаги отражались от каменного пола и отдавались шелестящим эхом за многочисленными поворотами широкого коридора.

– Лабиринт какой-то! – пробормотал Даниил.

– Совершенно верно! Это часть подземного монастырского лабиринта. Наиболее хорошо сохранившаяся его часть. Дальше – более старая кладка, а под левым крылом здания фрагментарно сохранился переход четырнадцатого века. По нему братия с риском для жизни попадала к реке за городскую стену, во время осады врагов, или эпидемий, когда другие выходы из города были закрыты. Там сейчас ведутся раскопки. Карп Палыч и Алексей каждый день проводили под землей по несколько часов.

– Клад ищут?

– Для историков каждый разбитый черепок – клад.

Даниил с интересом разглядывал большие ровные каменные плиты, из которых были сложены серые стены лабиринта. По низкому закопченному потолку змейкой бежал электрический провод, периодически отпочковывающийся в сторону небольшой электрической лампочкой. Свет был тусклым и быстро растворялся в серой шероховатости стен.

Глафира крепко держала инспектора за руку, будто опасаясь, что он, как непослушный маленький мальчик потеряется в каком-нибудь черном боковом коридоре. Она уверенно шла вперед, позвякивая связкой ключей в кармане.

Еще через четыре поворота коридор в очередной раз раздвоился. Глаша повернула направо и остановилась у низкой тяжелой двери.

– Это хранилище. – она быстро нашла нужный ключ и отворила комнату.

Они зашли.

– Ого!

Помещение было безгранично. Со всех сторон, по центру и под неправильными углами весь зал был уставлен трехъярусными деревянными стеллажами.

Все пространство полок было занято различными предметами. К каждому из них была прикручена проволочка с бумажной или картонной биркой. Даниил взял в руки небольшой мешочек, такой древний, что края его обратились в пыль. Чуть тряхнул ладонь. Послышалось глухое звяканье.

– «Монеты Новгородские. Предположительно 16 век. Найдены в 1975 г. в северном секторе». – прочитал инспектор табличку.

Потом его внимание привлек бесформенный осколок металлического предмета, лежащий в самом низу, почти у пола. Чернила на его бирке практически выцвели.

– «Какая-то железка. Найдена в 1924 году красноармейцем Пыховым.» – прочитал Даниил и засмеялся.

– Да! – весело откликнулась Глафира. – Здесь таких курьезов великое множество.

Даниил прошел вдоль стеллажей, с интересом разглядывая старые кувшины, лохани, деревянные и оловянные ложки, фрагменты мечей и украшений.

– Кладбище истории.

– Скорее, больничное отделение. Скоро многие вещи займут свои места в Музее.

– Хочется верить… А это что?

Инспектор с удивление уставился на пустые стеллажи у самого входа. Часть полок была разобрана каким-то варварским способом – будто бы их рубили топором.

– А-аа… Это… – помрачнела Глаша. – Это вечное напоминание о трагедии, которая произошла здесь в период перестройки.

– Убили кого-то?

– Можно сказать и так. Растерзали на глазах у невинных людей. Всю территорию монастыря вдруг неожиданно передали торговому отделу. Пришли молодцы с какими-то бумагами, вышвырнули Карпа Палыча и его коллег на улицу и опечатали здание. На следующий день начали освобождать помещение под торговые склады… Выносили вещи и жгли на заднем дворе – книги, иконы, посуду… А стеллажи рубили топорами.

– И что?

– Спасибо, местные жители помогли. Ворвались сюда и устроили драку. Выгнали захватчиков. Они тогда еще пообещали весь старый город спалить… Потом все дежурили на улицах и в монастыре почти три недели, спали в коридорах и в сарае на матрасах и раскладушках. Карп Палыч, тогда молодой еще, в Москву ездил. Настоятель храма всех на ноги поднял… Отстояли! Министр приезжал, народ собирал, говорил долго. Здания вернули музею, но уничтоженные ценности восполнить невозможно. Карп тогда болел долго – в больнице лежал, думали, сердце не выдержит.