Чтение онлайн

Затем перешла ко второму, здесь, наоборот, опуская подробности, передала самую суть - что отпечатки пальчиков мсье Гилиема Жаккардье находятся у меня в сумочке.

– Отлично, - сказал Ниро и продолжил, улыбаясь, не сводя с меня глаз:

– Я рад, что мсье Гилием Жаккардье не задел тебя своим обаянием.

– С чего ты взял?
– Я была в растерянности от такого неожиданного замечания.

– А то говорят про него всякое. Ведь правда же? Дескать, рекордсмен он по этому делу?

– Да ты, никак, меня ревнуешь?!
– дошло до меня. Быть этого не может!
– Да ты ли это?
– Я протянула руку к его лицу и шутя пощупала.
– Вроде ты... Вот уж не думала, что ты умеешь ревновать!

– Это не ревность, а проверка женской психологии, знаешь ли.
– На этих словах он развернулся и пошел в кухню.

Ну и любовника я себе завела. Ну разве ж так можно!

Через полчаса, перекусив и переодевшись, мы были уже за работой в кабинете. На огромном столе Ниро раскладывал на первый взгляд несовместимые вещи: лейкопластырь, целлофан, две бутылочки с какими-то порошками, маленькие ножницы и прочие миниатюрные инструменты. Там же уже работал компьютер и к нему был подключен сканер.

– Ну и?..
– Мне не терпелось.

– Доставай свой трофей.

Я положила на стол сумочку, Ниро чем-то вроде большого пинцета извлек на свет пудреницу.

– Отлично, - последовало после осмотра, - теперь давай действовать.

– Давай, я не против. Только что мы будем делать?

Ниро не отвечал, разрезая пластырь на несколько кусочков.

Я не могла угадать его последующие действия и стала развивать свою теорию:

– А знаешь, у меня есть масочка для лица. Так вот, когда она застынет на лице, ее можно снимать как второю кожу, на ней все-все отпечатывается. Я была довольна своей находчивостью.
– Хочешь, поделюсь?

– Когда у меня кончатся все необходимые принадлежности, я непременно обращусь к тебе, - Даже не глянув на меня, он стал теперь вырезать из целлофана кусочки чуть больше лейкопластыря.

– А это зачем?

– Сейчас увидишь. Выбери пузырек с черным порошком.

– Они не ядовиты?

– Нет. Это обыкновенный толченый графит.

– Нашла.

Ниро взял у меня пузырек и зачерпнул из него на кисточку чуть-чуть порошка, поводил кисточкой по бумаге, отчего на ней остался черный след, а затем стал, еле прикасаясь, водить кончиком по поверхности моей пудреницы. Из моей груди вырвался стон.

– Бедный мой "Кристиан Диор", - со вздохом сказала я.

– А я богатый, - иронизировал мой любимый.
– Я тебе другую куплю. Только ты мне ответь, почему такая большая коробка? Там что, запас на три года?

– Ничегошеньки ты не понимаешь! Это же комбинированная!

– Н-да. Если не секрет - это что такое? Что за зверь комбинированная? Кого с кем она комбинирует?

Я сияла от удовольствия. Он все же чего-то не знал!

– Понимаешь, это значит, что в одной коробочке и тональный крем, и пудра одновременно.

– То есть там много чего внутри.

– Да нет, ты не понимаешь, внутри одна пудра и одна пуховка.

– Но...

– Пудра, если ее намочить, становится кремообразная, а когда высохнет, то как сухая пудра.

– Хорошее изобретение...

– Ты мне серьезно новую купишь? Если да, то я вообще-то собиралась поменять фирму.

– Да, и на какую же?
– с усмешкой произнес мой любимый.

– Ничего смешного. На "Гурлян"!

Я хотела развить эту тему, но дальнейший мой монолог был прерван требованием серьезного отношения к делу. Начиналось самое интересное. Ниро точными, скупыми движениями приложил один кусок пластыря на вырисовавшийся отпечаток пальца и, крепко прижав его, через секунду аккуратно отлепил обратно. На белой липкой поверхности пластыря был точно скопирован отпечаток мсье Гилиема Жаккардье, по-моему, указательного пальца. Черный порошок повторял все бороздки и изгибы, данные этому человеку от рождения природой.

– Вот это да!
– не удержалась я.
– Ниро, ты гений!

– Целлофан, - скомандовал он, как хирург требует скальпель.

Я безоговорочно подчинилась. Кусочек целлофана припечатался на липкое изображение. Вот это да! Получился бутерброд - прозрачный целлофан, графит, повторяющий все особенности кожи, и белый пластырь, на котором черный графит прекрасно выделялся. Тонкий слой целлофана нисколько не размыл отпечаток пальца. Было такое впечатление, что его напечатали на белой бумаге!

Точно, мой Ниро - гений!

То же самое он проделал с остальными отпечатками. На верхней крышечке проявились два довольно четких изображения подушечек указательного и среднего пальцев Жаккардье и еще четыре смазанных отпечатка, два из которых были моими. На нижней крышечке красовался хороший оттиск безымянного пальца и мизинца француза.

Дальше еще интереснее, потому что Ниро положил получившиеся целлофановые бутербродики на светящуюся поверхность сканера и...

...закрыв крышку, нажал нужные кнопочки. Машина погудела минуты две, и что-то в ней ухнуло. Потом компьютер выдал какой-то запрос, Ниро дал ему команду, и...

...на экране компьютера стали медленно появляться отпечатки пальцев Гилиема Жаккардье...

– Уф!
– вырвалось у меня.
– Так быстро?

– Не три же дня ждать.

– Конечно.
– Я с восхищением и неким испугом смотрела на своего умнющего любимого. А он, потерев руки от удовольствия, сказал:

– Теперь займемся следующими. Выберем самые четкие.

Он вызвал графический редактор, и весь экран заполнил один из отпечатков.

– Отлично, этот годится!
– Он отрезал от изображения все лишнее и сохранил изображение в файле. Потом проделал то же со всеми остальными. Удовлетворительно, - сказал он свое любимое слово, оглядывая получившуюся коллекцию через десять минут, - пошлем для верности вот эту парочку.

– Куда пошлем?
– От такого моего вопроса Ниро развернулся на девяносто градусов.

– А ты как думаешь, для чего я все это делаю?

Я осознала, что такого вопроса я себе не задавала.

– Как тебе сказать. Мало ли что...
– вывернулась я.

И здесь началось самое захватывающее. Ниро вызвал на экран компьютера эксплорер, который стал набирать телефонный номер провайдера Ниро, чтобы соединиться с Интернетом. Модем кряхтел, щелкал и сбрасывал номер совершенно безжалостно. Так продолжалось некоторое время, но упертость точит камни, и мы своего добились. Со-е-ди-ни-ло.

Эксплорер выдал запрос на вход, потом на пароль, Ниро все это ввел, и открылась стартовая страница провайдера. Ниро ввел какую-то странную комбинацию букв и цифр в адресное поле, и на экране замелькали картинки, какие-то необычные, что я, вроде бы уже давно привыкшая и работающая с компьютером, не могла оторваться от изображения.

Завороженная и удивленная, в какой-то момент ловлю себя на том, что сижу с открытым ртом, еще минута, и у меня слюнка с боку потечет. Девяносто пятый год на дворе. Такого я в Москве еще не видела!