Чтение онлайн

– Да. Но только тс-с-с! – она приложила свой палец к его губам. – Ни папе, ни матери об этом ни слова.

– Что я, маленький, что ли? Я и заметил, – продолжал Валя свою мысль, – что, когда появилась эта… он вообще перестал тебя замечать.

– Ты знаешь, из-за меня он даже перестал появляться в нашем классе. Теперь у нас уроки литературы и русский директриса ведет. Она же и к ЕГЭ нас готовит.

– Да я знаю. Он же у нас классный. Раньше иногда оставался после уроков, со мной разговаривал. А теперь перестал. Думаю, тоже из-за того, чтобы я про тебя ничего ему не рассказывал.

– Послушай, – переменила тему Светлана. – А как ты думаешь проучить эту залетную девицу?

– Ну, мало ли способов? Например, узнаем, где она живет, встретим ее вечером и обольем чем-нибудь.

– Не годится! Я знаю, где она живет. В заводской общаге на втором этаже. Там что-то типа гостиницы. Но ничем облить ее не получится, поскольку ее каждый раз провожает Достоевский и заходит с ней внутрь. Ну, или она к нему домой тоже с ним вместе идет.

– Да, это осложняет дело! – совсем по-взрослому рассудил Валя, чем вызвал умиленную улыбку сестры. – Но есть и другой способ.

– Какой?

– Можно ночью, когда она будет спать в своей общаге, подкрасться к ее окну и разбить его. Пусть потом объясняет, почему у нее окно разбито.

Ихменева засмеялась этому детскому предложению, а потом подумала, что в качестве первой и небольшой пакости сгодится и это.

– А ты сможешь?

– Да я из рогатки, знаешь, как метко стреляю! – начал хвастаться Валя, но тут же спохватился: – Не бойся, не промахнусь.

– Договорились! Давай завтра же и сделаем это. Днем я уточню, какое у нее точно окно, вечером проследим, чтобы она вошла внутрь и осталась там, а ночью наступит уже твоя работа.

– Договорились! – обрадовался брат.

– А теперь – катись вниз. Поздно уже, спать давай.

Анна Сугробова пока еще не отдавала себе отчет в том, что Достоевский тоже ей начинает нравиться своей непосредственностью, открытостью. Впрочем, не до конца. Пока она никак не могла заставить его хотя бы случайно проговориться о рукописи Федора Достоевского. И она решила немного изменить тактику.

Достоевский в очередной раз пытался уговорить Сугробову заглянуть к нему домой. Она, как и прежде, отказывалась, но на сей раз как-то довольно вяло. И Достоевский понял, что ее можно «додавить».

– Хорошо, но только с одним условием – ко мне не приставать.

– Анна, вы все-таки меня еще плохо знаете.

– Увы! Но признаюсь честно, я соглашаюсь только потому, что хочется помыться. Все-таки в этой гостинице… или общежитии, черт его знает, удобства в коридоре, а мне такое – не комильфо. Но для начала мне нужно заглянуть в свой номер, взять кое-какие вещи.

– Не проблема! Я с удовольствием составлю вам компанию.

Они так были увлечены беседой, что не замечали, как за ними, крадучись, следили два человека – девушка и мальчик, брат и сестра Ихменевы. Им казалось, что пока все идет по придуманному ими плану.

Вот Сугробова вместе с Достоевским вошли в здание общежития. Ихменевы остановились, отошли немного подальше, на другую сторону тротуара, прижались к стволу толстого дерева, укрывшись в его тени. Впрочем, в наступивших вечерних сумерках их и так не было видно. Они подняли голову и смотрели, когда загорится свет в одной из комнат. Ждать пришлось недолго. И вскоре за задернутыми шторами замелькали тени женской фигуры.

– А Илья Иванович там, что ли? – поинтересовался Валя.

– Скорее всего! Мы же не видели, чтобы он выходил, – ответила сестра.

– Ну да!

Ихменева прикусила губу, чтобы не выдать свое волнение: ей вдруг подумалось, что Достоевский может там на ночь и остаться. Сколько бы она отдала, чтобы сейчас прочитать его мысли.

И, словно бы в подтверждение, свет в комнате Сугробовой вдруг погас. Ихменева вскрикнула от боли, прокусив себе верхнюю губу до крови.

– Ты чего, Свет? – испуганно посмотрел на нее братишка.

– Ничего! Стой и жди команды! – грубо ответила Светлана.

– А сколько ждать?

– Сколько надо.

Но тут вдруг дверь общежития открылась и при неярком свете горевшей внутри лампы они увидели, как на улицу вновь вышли оба – и приезжая, и Достоевский. Ихменева от удивления даже рот открыла. Ничего не понял и Валя.

– Они что, снова решили прогуляться?

– Откуда я знаю, Валя. Ты не зевай. Давай снова пойдем за ними.

Сугробова некоторое время молчала, собираясь с мыслями. Наконец, произнесла:

– Илья, я вынуждена перед вами извиниться.

– За что?

– Я вам изначально соврала.

– Это как?

– Не перебивайте меня, пожалуйста, а то боюсь, что собьюсь с мысли. Мне и так тяжело.

– Хорошо! Простите! Буду нем как рыба.

– Понимаете, я не могла сразу признаться вам в том, что приехала сюда именно ради вас.

Достоевский от удивления даже остановился, открыл было рот, но вспомнил про свое обещание и промолчал. Сугробова улыбкой поблагодарила его за это и продолжила.

– Дело в том, что моя мама работает редактором журнала «Новый мир», и это именно она показала мне вашу рукопись. А я, на самом деле, готовлюсь защищать диссертацию именно по творчеству Достоевского. Ну, и, разумеется, никак не могла пройти мимо произведения, которое весьма близко по сюжетному построению, авторской мысли, наконец, несмотря на ваше некоторое осовременивание быта, все же описание той самой эпохи. Ну, и, конечно же, в довершение ко всему фамилия автора произведения не может не привлечь достоеведа, даже такого начинающего, как я. Насколько я теперь понимаю, фамилия Достоевский все-таки ваша родная, и это слегка меняет ситуацию, но не в этом все же суть. Есть и еще одна важная деталь, о которой я вам пока не скажу, но которая вызвала мой интерес к вам.

– Простите, Аня, но не могу все же не уточнить. Скажите, вас привела сюда в наш городок именно эта важная деталь?

– Да!

– Кстати, а как вы узнали мой адрес?

– Илья, вы вроде бы довольно проницательный человек, а задаете такой, простите, глупый вопрос. Я же вам сказала, что моя мама работает редактором…

– Ну да, да, я все понял. Действительно, вопрос глупый. Я же сам указал свой домашний адрес и телефон. Ну, кстати, могли бы и позвонить, я бы вас встретил.

– Это уже было бы лишнее.

– Послушайте, в таком случае наша с вами встреча отнюдь не была случайной?

– Выходит, что так.

– Да, но изначально с вами встретился я, а потом уже вы приехали ко мне. Ведь это я, не видя вас никогда прежде, нарисовал ваш портрет.

Сугробова поняла, что имеет в виду Достоевский, и пожала плечами.

– Мне вот только интересно, именно вы нарисовали мой портрет или кто-то задолго до вас?

Зато Анин намек не понял Достоевский, переспросил:

– Что вы этим хотите сказать? Вы на что-то намекаете?