Чтение онлайн

— Что ты делаешь? — изумилась девушка.

Я лукаво усмехнулась.

— Хочешь фокус покажу?

Да, я умею вскрывать замки. Брат в детстве научил. Вот уж не думала, что подобное искусство когда-то пригодится…

Я ловко вставила шпильку в замок, склонилась ближе, прислушиваясь к легкому щелчку. Сердце билось как сумасшедшее — всё-таки взлом замка в чужом доме, даже если он когда-то был твоим, сильно щекотал нервы.

— Откуда ты умеешь взламывать замки? — Мариша трепетала от восторга и любопытства.

— Считай, что это один из моих скрытых талантов, — улыбнулась я, чувствуя, как шпилька наконец поддалась.

Щелчок. Дверь с лёгким скрипом приоткрылась. Мариша ахнула, её глаза округлились от изумления.

— Варварушка, ты просто волшебница!

— Да уж, — усмехнулась я. — Главное, чтобы это «волшебство» не привлекло лишнего внимания.

Мы вошли в спальню. Полумрак окутывал комнату пеленой. Тонкие лучи света от единственной свечи, которую Мариша поспешно зажгла, танцевали на стенах. Здесь всё оставалось нетронутым, как я понимаю, еще с того трагичного события, потому что на полу я нашла белоснежные свадебные туфельки. Изящная мебель, старинный шкаф, изголовье кровати, обитое бархатом — всё это подчеркивало тонкий вкус Натальи, а запах ее духов все еще витал в воздухе.

— Всё такое… мрачное, — прошептала Мариша.

— Не думай об этом. Давай искать, — я оторвалась от созерцания, напоминая себе, что времени в обрез.

Подошла к секретеру, сердце в груди стучало как молот. Мои руки слегка дрожали, когда я открывала верхний ящик. Внутри — пачки писем. Я начала перебирать их, бегло проверяя даты. Всё старое, ничего подходящего.

— Нет, не то… — пробормотала я. Пальцы быстро перебирали бумаги, словно сами знали, что искать. Наконец взгляд упал на маленький рычажок в задней части ящика.

— Вот это интересно… — шепнула.

Нажала на рычажок, и вдруг в стенке секретера открылось потайное отделение. Внутри лежал всего один конверт. Сердце застучало ещё быстрее.

— Думаю, это оно, — прошептала я. Душа отчего-то трепетала, когда я развернула письмо.

— Что там? — Мариша подошла ближе, её глаза блестели от волнения.

Я начала читать.

"Моя Наташенька! Свет очей моих… Я не могу выразить, насколько счастлив, что скоро всё закончится. Этот брак по расчёту — не для тебя. Ты создана для любви, для свободы, для счастья рядом с тем, кто будет носить тебя на руках.

Я буду ждать тебя в полдень на дороге за лесом, что возле вашего поместья. Мы уедем далеко-далеко, где никто нас не найдёт. Клятвы, данные тебе при наших редких, но желанных встречах, я сдержу. Я никогда не предам тебя, моя единственная.

Верь мне, моя прекрасная Натали! Вместе мы справимся. Ты освободишься из лап этого гнусного расчёта, я заберу тебя, и мы начнём новую жизнь.

Твой навеки — Кирилл."

Я оторвалась от письма, ошеломлённая очередной новостью. Значит, Наталья собиралась сбежать? Она не хотела этого брака? И если бы не трагическая случайность, она была бы счастлива с этим молодым человеком…

Или же это не случайность?

— Варварушка… — Мариша тронула меня за плечо, и я вздрогнула. — Что это значит?

— Это… — начала я, но слова застряли в горле. — Это значит, что всё совсем не так, как кажется.

Мы переглянулись.

Кажется, письмо только добавило загадок.

Мы с Маришей ещё раз внимательно осмотрели комнату. Моя интуиция подсказывала, что здесь может быть что-то ещё. Я медленно окинула взглядом кровать, тумбочки, шкафы. Всё выглядело пыльным, застывшим во времени, словно с момента трагедии сюда действительно никто не заходил.

И вдруг мой взгляд зацепился за едва видимый уголок книги, выглядывающий из-под кровати.

— Что это? — пробормотала я, наклоняясь.

Мариша замерла, следя за моими движениями. Я осторожно вытащила книгу и стряхнула с неё пыль. Переплет выглядел старым, потертым, но крепким. Когда я открыла её, то замерла в ошеломлении: это был дневник Натальи.

— Варварушка, это… — прошептала Мариша, но я подняла руку, прося её молчать.

Я села на кровать, развернула книгу и наугад прочла одну из записей. Чернила чуть потускнели, но текст был разборчивым:

"Папенька опять выпил. Ох, как он кричал! А всё потому, что снова проиграл в покер. Матушка ушла спать, а я не могла. Как же хочется поскорее сбежать из этого дома! Только за Борисова не хочу. Он высокомерен, как павлин, хоть его и считают неотразимо красивым. Я за Кирилла хочу. Но папенька никогда не разрешит, потому что Кирюша — купеческий сын. Мы виделись с ним вчера в нашем леску за поместьем. Мне кажется, он собирался меня поцеловать. Но… не решился."

Я оторвалась от чтения, почувствовав, как кровь приливает к щекам от волнения. Всё сходилось: Наталья не хотела выходить замуж за Александра, её сердце принадлежало другому. А её отец… этот человек, похоже, был не только тираном, но и заядлым игроком.

Мариша настойчиво вырвала меня из раздумий.

— Варварушка, нам нужно идти, — прошептала она. — Боюсь, уже слишком много времени прошло.

Я кивнула, захлопнула дневник и крепко прижала его к себе. Это была ценная находка, но больше находиться в комнате было опасно. Мы направились к выходу, но запереть дверь снаружи оказалось невозможно.

— Похоже, тут никого не было со дня свадьбы, — пробормотала я, выходя из комнаты. — Иначе как объяснить, что такие важные записи никто не нашел? Или отец ни о чем не догадывался?

Мариша нахмурилась, но ничего не сказала. Мы ускорили шаг. Если отец Натальи действительно проводил время в игорных домах, ему, возможно, было просто не до семейных дел. Тем более не до любовных интрижек дочери.

С дневником и письмом в руках мы поспешили по коридору. Слуги, которые мельком нас видели, смотрели с опаской. Они молчали, но я была уверена, что рано или поздно разговоры начнутся. А ещё эта открытая дверь… Уверена, отец Натальи скоро узнает о нашем визите.

Можно ожидать скоро прибытия господина Суворова в дом к Александру…

Мы выбрались из дома так же бесшумно, как и вошли. Лёгкий ночной ветер обдавал лицо прохладой, а звёзды, казалось, светили ярче, чем раньше. Добрыня уже ждал нас с готовыми санями.

— Быстрее, барышни, — буркнул он, взмахнув поводьями.

Лошади рванули вперёд, оставляя позади мрачный силуэт поместья. Я крепче прижала к груди найденные сокровища — письмо и дневник. Мой разум кипел от вопросов.

"Наталья собиралась сбежать. Почему же она погибла? Что скажет отец, узнав, что я взяла эти вещи?"