Чтение онлайн

Мариша, заметив моё напряжение, тихо спросила:

— Варварушка, ты уверена, что это письмо и дневник помогут?

Я обернулась к ней, стараясь не выдавать своих тревог.

— Это только начало, — сказала твёрдо. — Но мы найдём правду. Даже если придётся перевернуть весь этот мир.

Мариша кивнула, и в её глазах мелькнуло что-то похожее на восхищение.

Сани покачивались, а я смотрела на звёзды, мысленно задавая себе один и тот же вопрос: "Кто действительно был виноват в смерти Натальи?"

А поместье Борисовых встретило меня… не очень дружелюбно, потому что Александр стоял в холле — пьяный и страшно сердитый.

— Где ты была??? — рявкнул он, сверля меня взглядом и категорически не замечая Маришу. Та испуганно попятилась — настолько муж казался страшным и опасным, но я поймала ее за руку и шепнула, чтобы она уходила к гостям. Девушка кивнула и умчалась, а я выдержала взгляд Александра достойно.

— Я гуляла. Вы же сами выпроводили меня с приема. Не сидеть же мне на Новогодие в комнате?

— А должна была сидеть! — процедил Александр угрожающе. Похоже, выпитое серьезно укрепило его самоуверенность. Он вдруг схватил меня за руку и силком потащил в кабинет, и его железная хватка оказалась невероятно сильной…

Ну что ж, будем надеяться, что те приемы дзюдо, которые все еще хранятся в памяти, помогут мне, если что.

Да, я немного ходила на приемы самообороны лет пять назад.

Лишь бы силы в тоненьких Варвариных руках хватило…

Александр резко закрыл дверь за нами, и в следующее мгновение я оказалась прижата к стене. Его хватка на моих запястьях была грубой, почти болезненной. От него пахло спиртным, и этот запах бил в нос, вызывая мгновенное отвращение.

— Отпусти меня, — процедила сквозь сжатые зубы, глядя ему прямо в глаза. — Я тебе не тряпка, чтобы хватать меня, как тебе вздумается.

— Нет, дорогая жена, — усмехнулся он презрительно, не ослабляя хватки. — Ты как раз-таки тряпка. Тряпка под моими ногами. Ты живёшь здесь только для того, чтобы сыграть нужную роль. Ты ведь сама этого хотела. Убив свою сестру, ты рвалась именно сюда, под моё крыло…

Его слова заставили меня задохнуться от ярости.

— Я не убивала Наталью, — отрезала я. — Хватит повторять эту ложь! И крылья свои сбрось, архангел недоделанный!

Александр наклонился ближе, его глаза запылали ненавистью.

— Тебя видели на вершине той лестницы, откуда она упала, — прошипел он. — Все слишком очевидно.

— Это клевета! — голос мой дрогнул от желания врезать ему куда-нибудь, но я изо всех сил старалась сохранить твёрдость. Внутри меня было непоколебимое чувство, что Варвара невиновна. Да, логически можно было бы предположить, что я не могу быть в этом уверена. Но мне казалось, что мы с ней будто одно целое, и я точно знаю о ее мотивах.

Пальцы Александра впились в моё запястье, и я вздрогнула от боли. Он рывком притянул меня ближе, настолько близко, что его горячее дыхание обожгло моё лицо.

— Я женился на тебе, чтобы исполнить свой долг перед родителями, — раздражённо бросил он, его голос прозвучал еще тише, но не стал менее угрожающим. — А ты, змея подколодная, решила испортить мне жизнь. Как ты посмела ослушаться? Пришла на праздник, куда я тебе запретил являться. Танцевала с этим хлыщом, Григорием! Думаешь, тебе это сойдёт с рук?

Я с трудом вырвала руки из его хватки, чувствуя, что останутся синяки.

— Твоей марионеткой я никогда не была и не стану, — твёрдо ответила я, глядя ему прямо в глаза. — Ты ошибаешься, если думаешь, что брак даёт тебе права распоряжаться мной. Я разберусь с этими мерзкими обвинениями, а потом уйду. И тебе придётся с этим смириться, Александр!

Лицо мужа исказилось от ярости. Его щеки вспыхнули гневным румянцем, который только подчеркнул его безумный взгляд. Он снова схватил меня, на этот раз за плечи. Его пальцы впились в мою кожу так, что я застонала от боли.

— Ты никуда не уйдёшь! — прорычал он, потрясая меня как куклу. — Ты не понимаешь, что поставлено на карту. Между нашими семьями была сделка. Если ты нарушишь её, ты навредишь и своим родным!

— Пусть! — в ярости выпалила я. — Мне плевать на этих бездушных людей. Пусть они поплатятся за всё, что натворили. И ты вместе с ними!

Его глаза расширились.

— Ты сумасшедшая, — прошептал он, и выражение лица резко изменилось.

Я увидела, как он замер, как его руки медленно ослабили хватку. Я напряглась, ожидая удара. Но вместо этого он вдруг сделал нечто совершенно неожиданное…

Александр…

Александр сидел за столом, сжимая в руках бокал с вином. Он не замечал, как его пальцы побелели от напряжения. Гул голосов гостей казался ему раздражающим шумом, а мерцающие свечи в хрустальной люстре, которые ещё недавно вызывали у него гордость, теперь казались слишком яркими и утомительными.

Гости украдкой посматривали на него, некоторые с насмешками, некоторые с неприкрытым недоумением. Он чувствовал, как каждая такая улыбка сжигает его изнутри. Это заставляло его всё сильнее сжимать бокал и наполнять его снова и снова.

Он почти не слушал кузину Елизавету, которая то и дело пыталась привлечь его внимание своим щебетанием. Её высокий голос, который раньше казался ему забавным, теперь вызывал только раздражение.

Но главным источником его злости была она. Варвара. Его жена.

Она не только пришла на этот вечер, проигнорировав его прямой запрет, но и сделала это так, будто у нее были все права. Она посмела войти в зал в платье, которое сидело на ней так идеально, что каждый её шаг притягивал взгляды. Её рыжие волосы, ниспадающие мягкими волнами, казались огнем в свете свечей. Веснушки на её лице, которые он раньше считал недостатком, вдруг показались ему… привлекательными.

Проклятье, что произошло???

Александр с грохотом поставил бокал на стол, так что несколько гостей обернулись в его сторону. Но ему было уже всё равно. Он чувствовал, как его переполняет ярость. Варвара унизила его сегодня. Она смела танцевать с этим хлыщом Григорием, показывая всем, что её муж — ничто.

Григорий, черт бы его побрал… Этот парень ещё недавно валялся в постели, на грани жизни и смерти, а теперь скачет по залу, как необъезженный конь. Тьфу!

Но хуже всего было то, что он, Александр Борисов, вдруг понял, что ему стало не всё равно. Дерзость Варвары, её упорство и самоуверенность — всё это выводило его из себя и… будоражило.