Чтение онлайн

– Может, мне с ней поговорить? – нерешительно предложил шеф.

– Не надо, – ответил я, подумав. – Мы можем нарушить чистоту моего эксперимента.

– А Степа? Он в курсе?

– А то. Он в первую очередь в курсе. Уже купил все, что нужно, и сейчас готовится к тому, чтобы все выглядело правдоподобно и эффектно… Ну а когда все закончится…

Концовку моего плана шеф дослушал без реплик и вопросов. После чего посмотрел на меня уважительно и внимательно и сказал:

– А ты молодец, Русаков. Креативно мыслишь.

Моим первым журналистским расследованием было дело, касающееся хищений в департаменте градостроительной политики Москвы, в частности, по программе «Народный гараж» и нецелевому расходованию средств некоторыми весьма крупными чиновниками департамента. Начальственные ребята израсходовали на разные нужды, не связанные с указанной программой, около ста тридцати миллионов рублей. И нужды эти во многом были личного характера. Ведь как говорят, быть у воды и не замочиться – так у нас в России не бывает. Вот ребята и «замочились», причем по самое горло. В возбуждении уголовного дела против них есть и моя заслуга. Но мне самому участие в расследовании хищений принесло кое-какие полезные знакомства среди ментов и прокурорских. После реорганизации милиции в полицию парочка моих знакомых оперов стали обзываться полицейскими, но этот факт не изменил моего доброго расположения к ним, а главное – их доброго расположения ко мне. Чем я и решил воспользоваться.

Один из моих знакомых служил в Западном административном округе, аккурат в Раменках. Ему я и позвонил…

– Привет, Игорь.

– А-а, Старый, привет. Сколько лет, сколько зим! Слушай, богатым будешь. Только сейчас с Аркашкой о тебе вспоминали! – Голос Игоря был радостным, а это значило, что мой звонок был ему не в тягость. Стало быть, и я не стану ему в тягость…

– Ну и чего вы там обо мне говорили? – поинтересовался я.

– Да вот вспомнили про твою программу «Кто убил Санина?», – ответил Игорь. – Классная получилась программка. И ты в ней – прямо герой… А еще говорили, что из тебя получился бы неплохой опер. Мыслишь ты смело, неординарно. Пожалуй, до капитана запросто дослужился бы.

– А до майора, что, не дослужился бы? – придал я голосу некоторую обиженность.

– Ну, знаешь, среди майоров мыслящие неординарно встречаются уже редко, – засмеялся Игорь.

– Но ты же – майор! – возразил я.

– Майор, – согласился Игорь. – Но я как раз и есть то самое исключение из правил… Ладно, чего звонишь-то? Ведь без причины ты бы не стал звонить, верно?

– Верно, не стал бы, – ответил я. – Зачем зря отрывать занятого человека от выполнения служебных обязанностей? Только вот причины могут быть разными. Например, причиной может быть предложение увидеться и вместе бухнуть…

– Я пока в завязке, – сказал Игорь, и в его голосе я уловил неизбывную печаль. – Если не сдержусь, то сразу кое для кого стану врагом народа «номер один».

– «Кое-кто» – это супруга? – догадался я.

– Верно мыслишь. Говорю же, опер из тебя получился бы совсем неплохой.

– Ладно, не буду звать тебя бухать, – придал я своему голосу царственную благосклонность. – Но одно дельце к тебе все же имеется.

– Хорошо, давай говори.

– Не по телефону.

– Даже так? – немного удивился Игорь.

– Ага, так.

– Ну, давай тогда через часик… – предложил Игорь. – Плюс-минус пятнадцать минут.

– Где? – спросил я.

– А ты сам сейчас где?

– На работе. Домой собираюсь…

– Хорошо, я через час к тебе подъеду, все равно у меня дела в центре.

– Кстати, о делах, – произнес я как бы между прочим. – Дело об отравлении завлаба Рудольфа Михайловича Фокина из Института неврологии имени Божевникова не вы ведете?

– Поначалу нас прикрепили к местной полиции, но потом дело взял Следственный комитет. Он этим Фокиным теперь и занимается. – Игорь чуть помолчал и добавил: – А ты что, новое журналистское расследование задумал учинить? Типа «Честный детектив»?

– Ну почему же «задумал»? Уже учинил. Только у меня свое направление и тематика передач, и ее я выбираю сам, не спрашивая разрешения, и не тогда, когда дело уже раскрыто или вот-вот будет раскрыто…

– И как? – поинтересовался Игорь. – Есть успехи в твоем расследовании?

– Успехи? Ну, кое-какие успехи имеются, – осторожно ответил я.

– А твоя просьба о встрече… – Игорь выдержал нужную паузу. – Она не связана каким-нибудь боком с этим твоим расследованием?

– Связана, – подтвердил я. – Но косвенно…

– Понял. Ладно, жди… А может, пойдешь все же к нам в опера? Могу за тебя словечко замолвить. Чего такой талант пропадает, а?

– Вот когда выгонят с телевидения, тогда я сразу к вам.

Чего я никак не ждал, так это звонка от Ирины. Только-только закончил говорить с Игорем, как позвонила она:

– Привет. Это я.

– Привет, – ответил я. – Это ты, точно.

– Ты пропал, не звонишь…

– А должен был?

– Ну это тебе решать, что ты должен, а что нет, – заметила она.

– Вот именно, мне, – сказал я и замер. Сейчас она бросит трубку, и на наших с ней отношениях будет поставлена жирная точка. Да и были ли они, отношения?

Но Ирина просто молчала. Очевидно, она тоже понимала, что, положи она сейчас трубку, это будет означать конец всему тому, что так и не успело начаться…

– Ну что ты злишься? – первой нарушила она обоюдное молчание.

– Я не злюсь, – ответил я.

– Злишься. Это оттого, что я с тобой в прошлый раз холодно поговорила? Ну так и ты со мной был не слишком ласков, помнишь? – Я молчал, и ей пришлось продолжить: – Не хочешь повидаться? Может, придешь ко мне?

– Когда? – спросил я, и мелкие мурашки пробежали у меня по телу.

– Сейчас, – просто сказала Ирина. – Мамы нет и сегодня не будет. Мы могли бы… поужинать вместе и устроить романтический вечер…

– Сейчас не могу, – проклиная себя и все на свете (дурак, дурак!), был вынужден ответить я. – У меня через час назначена важная встреча, я сам о ней просил и не прийти на нее не могу…

Снова повисло долгое молчание. На этот раз какое-то гнетущее, что ли…

– А отменить эту твою встречу как-нибудь нельзя? – осторожно спросила Ирина.

– Нет. От этой встречи слишком многое зависит.

– И то, что зависит от этой твоей встречи, важнее меня? – уже с явной обидой проговорила она. – А ты знаешь, что после твоего отказа я тебе больше никогда не позвоню? Никогда, слышишь? И не отвечу на твой звонок. Если он, конечно, случится…

– Может, мы увидимся позже, когда я улажу свои дела? – ухватился я за соломинку, как утопающий. – Я не могу бросить их на полпути, понимаешь? Это очень важно…

– Понимаю. И вот что я тебе отвечу: забудь мой номер телефона. А лучше сотри. Я, например, сейчас твой сотру.