Ученица пироманта
Шрифт:
— Что за чушь… — пролепетала Мораг, но длинные ногти эльфийки впились в ее плечо, заставив ощутить давление даже через жилет. Если бы не его надежная защита, Аэрин расцарапала бы ее до крови — в этом уже не оставалось сомнений.
— Я вижу, КАКИМИ глазами влюбленной коровы ты на него смотришь! Но даже и мечтать о нем не смей, пигалица, иначе я выцарапаю тебе глаза без долгих раздумий!
— Аэрин, Нейл, что вы здесь делаете? — раздался голос Юэна, вошедшего в коридор, и Мораг стала свидетельницей самой невообразимой трансформации, во время которой лицо эльфийки буквально за одну секунду резко разгладилось и приняло прежнее, немного блаженное выражение.
— Милый, мы с Нейлом поболтали совсем немного. Он пообещал мне, что будет о тебе заботиться в мое отсутствие. Это так мило с его стороны!
Аэрин, наконец, разжала свою ястребиную хватку на ее плече, и грациозно переместилась к Юэну, где тут же повисла на крепком мужском плече.
— Эм… — невнятно промычала Мораг в ответ, но ее уже никто не слушал — влюбленные голубки выпорхнули за поворот коридора.
— Святая дева, этот день когда-нибудь закончиться? — устало пробормотала себе под нос ведьма. Пожалуй, уже пережитых стрессов за столь короткий промежуток времени ей хватило с головой. Она взбежала по лестнице, словно за ней гналась стая диких вепрей, и только закрыв за собой двери своей спальни вновь ощутила иллюзию безопасности. А ведь когда Мораг только поселилась в этом доме, то наивно полагала, что большую часть проблем ей принесет общение с Руеридхом. Могла ли она ошибиться более?
Но как же ей надоело это непроходящее чувство собственной беспомощности! Вместо того, чтобы улечься на кровати, как и планировала, девушка принялась нервно расхаживать по комнате кругами, и после каждого разворота у стены негодование внутри нее разгоралось все с большей силой.
— Да как она вообще посмела мне угрожать! Сначала оборотень на рынке, теперь эта эльфийка… Как будто каждый из них вправе запугивать меня! Да я еще им всем покажу, на что способна! Я — ведьма, и мои силы оценил сам Руеридх! Норри прав: нужно сконцентрироваться на развитии своего дара, а то я что-то совсем расклеилась… Пусть Юэн со своей гадиной живет припеваючи хоть до скончания веков, если таков его выбор. Мне то что с этого? Я сестру должна вернуть, а не страдать от любви неразделенной...
Мораг резко остановилась возле кровати и подняла ладони к лицу, рассматривая их, словно впервые в жизни.
— Я могу колдовать, но из-за страха практически не пытаюсь этого делать. А ведь это — ключ ко всему…
Она прикрыла глаза и прислушалась к себе. Затем представила перед собой, словно вживую, во всех деталях, горшок с цветами на подоконнике. В нем росли ярко-синие пестрые фиалки, которые по ее мнению совершенно не вписывались в интерьер комнаты. Желтый оттенок подошел бы сюда куда лучше. Мораг уцепилась за этот образ в своем воображении и принялась детализировать его, пока стебли и лепестки не заискрились от скопившегося напряжения. Ведьма резко распахнула глаза и уставилась на подоконник. Фиалка больше не была фиолетовой: ее маленькие цветки выглядели точно также, как она только что и представляла в своей голове — невообразимо яркие и желтые. Кончики пальцев покалывало от недавнего выброса магии, но все остальные эмоции затмило чувство ликования.
— У меня получилось! Святая дева, я это сделала!
Мораг запрыгала по комнате, не зная куда себя деть от счастья, поэтому не заметила, как за ее спиной материализовался бес и довольно, словно сытый кот, ухмыльнулся. Все шло согласно его плану, как и предполагалось.
Глава 19
После отбытия Аэрин течение жизни в их доме достаточно быстро вернулось в прежнее размеренное русло. Мораг недолго ломала голову над загадкой внезапного появления и еще более резкого исчезновения эльфийки, так как уже не раз видела в действии магические порталы и знала, что ими одинаково свободно пользовались как Руеридх, так и Юэн, которому ничего не стоило провести сквозь него свою возлюбленную. В конце концов, ей не было никакого дела до чужой личной жизни или, по крайней мере, она старательно хотела убедить в этом саму себя. Втайне ото всех ведьма стала запираться в своей комнате и пыталась колдовать уже на постоянной основе. Норри ее занятия активно поощрял, без устали подбадривая во всех начинаниях, отчего даже неизбежные неудачи воспринимались не так болезненно, ведь Мораг в принципе не была избалована похвалой, а в отсутствии сестры потребность в поддержке возросла во много крат. Юэна она теперь старалась по мере возможности избегать, и, сама того не замечая, все больше сближалась с бесом.
Все изменилось одним туманным поздним вечером.
Последние несколько дней перед отходом ко сну Мораг стала придерживаться весьма странного ритуала: замирала за занавесками своего окна на втором этаже и не меньше получаса выстаивала в неподвижной позе, напряженно всматриваясь в лесную чащу в надежде вновь увидеть таинственную фигуру в черном плаще. Несмотря на обещания Юэна, Руеридх по-прежнему не объявлялся в доме, и ведьме уже просто надоело донимать назойливыми расспросами его помощника. Идея выследить его самостоятельно привлекала ее отныне несоизмеримо больше.
В этот раз она также не изменила укоренившейся привычке. Завершив насыщенный рабочий день в саду колдуна серией безуспешных попыток обратить злосчастный горшок с желтыми фиалками в настоящее дерево, Мораг настолько устала, что практически засыпала на ходу. Девушка широко зевнула, с трудом заставив себя раздеться, и в одной рубахе длиной практически до колен направилась к окну, честно говоря, абсолютно ни на что не рассчитывая. Прислонилась лбом к стене и чуть отодвинула в сторону штору, чтобы пропустить тонкий луч лунного света в комнату, а самой выглянуть на улицу. По кромке леса стелился густой туман, легкий ветерок шевелил остроконечные верхушки деревьев и мирную тишину ночи нарушал лишь размеренный стрекот затаившихся в траве сверчков. Мораг широко зевнула и даже не прикрыла рот ладонью, настолько ей было сейчас все лень. Впервые за все время захотелось пренебречь собственными принципами и, легкомысленно забив на дежурство, отправиться в кровать. Ее рука уже отпустила край занавески, когда внезапно за окном промелькнула тень. Ведьма нахмурила брови, прильнула к стеклу ближе и снова немного отодвинула ткань шторы в сторону. Сначала она не могла различить, что именно видит, но уже через минуту два темных пятна отделились от плотных рядов деревьев и начали свое движение по дороге от леса к дому. Мораг приоткрыла рот от удивления, когда узнала в высокой тени фигуру Руеридха, рядом с которым семенил, судя по небольшому росту, или ребенок, или карлик. В памяти тут же воскресли все старые страшилки и слухи, которыми молва окутала само имя колдуна, и девушка впервые подумала: а почему, собственно, она так быстро доверилась ему? Детоубийца, людоед… Все эти обвинения могли оказаться правдой! В конце концов, они практически не виделись — Руеридх постоянно где-то отсутствовал, а, значит, скорее всего, как раз посвящал все свое время именно темным ритуалам! Святая дева, какой же наивной дурочкой она была, решив, что это существо сможет научить ее магии!
Мораг резко отпрянула от окна, осознав что необходимо действовать максимально быстро и собрано. Если не ради себя, то хотя бы ради невинного ребенка, который в случае ее бездействия мог стать очередной несчастной жертвой пироманта. Она не стала тратить время на переодевания, лишь накинула сверху кожаный жилет, и выскользнула в коридор прежде, чем Руеридх вошел в дом. Когда зловеще заскрипели двери, ведущие на улицу, Мораг уже заняла выжидающую позицию у лестницы, спрятавшись за поворотом стены. Сердце отбивало в груди гулкие тяжелые удары, ладони взмокли от страха, но пойти на попятную она не могла — просто не имела на это морального права. Нужно было проследить, куда именно колдун уведет ребенка.
— Помни, что я говорил — шуметь нельзя, — с первого этажа послышался глухой голос из-за маски. Святая дева, Руеридх запугивал несчастное дитя прямо на ее глазах! Мораг тяжело сглотнула, боясь пошевелить и пальцем. Ей почему-то вспомнился подслушанный рассказ Юэна о шрамах. Она, конечно, не спрашивала никогда парня, как долго продолжалась его служба колдуну, но что, если с самого детства? Что, если именно Руеридх сотворил с ним такое? Сложно было представить, как после подобного кто-то продолжает работать на изувера, но что вообще она знала о роде их связи? Пиромант мог шантажировать Юэна или же удерживать своей магией насильно… Чем больше ведьма развивала эту мысль, тем больше погружалась в паническое состояние. А Руеридх, тем временем, уже вел своего племянника к своей запретной комнате. И хоть Мораг успела узнать, что ничего необычного в ней не было, кольцо ужаса против воли сдавило грудь изнутри. Колдун мог испепелить свою жертву одним взглядом! Она не могла позволить ловушке захлопнуться за ничего не подозревающей невинной жертвой!
— Нет!! Не смейте!! — громко закричала, срываясь с укрытия, и, не разбирая дороги, побежала по ступенькам вниз.
Руеридх замер на месте и крепче сжал свою ладонь в массивной перчатке на плече малыша. Спустившись на первый этаж, Мораг, наконец, смогла рассмотреть ребенка вблизи: им оказался маленький мальчик лет пяти по виду. И что самое страшное — сам не ведая в своей наивности, что творит, он боязливо прижался к колдуну, словно считал его своим защитником и именно в Мораг увидел угрозу. Огонь в настенных лампах вспыхнул в одно мгновение, заставив зажмуриться от неожиданной вспышки, и ведьма, наконец, увидела, что густая копна волос на голове мальчика была ярко-рыжего цвета. Эмоции Руеридха надежно скрывала тень глубокого капюшона, но она практически на физическом уровне ощутила исходящий от него сейчас гнев.
??????????????????????????
— Что случилось, Нейл? — во вкрадчивом голосе колдуна явно читалось предупреждение, но отступать было слишком поздно.
— Я не позволю вам причинить вред этому бедному несчастному ребенку! Отпустите его сейчас же или я за себя не отвечаю!
Она сама не верила в то, что угрожает могущественному пироманту, но несмотря на дрожь в коленках, выставленных на всеобщее обозрение из-за отсутствия штанов, продолжила:
— Не забывайте, что я тоже владею магией. И все это время я тренировался сам, так как оказалось, что на ваши пустые обещания положиться нельзя! Поэтому вы ничего ему не сделаете.