Чтение онлайн

— Ты что, рецепт не записал? — у меня в груди все похолодело. — И даже не запомнил?

— Мне казалось, что я запомнил, но я же не знал, что потом буду тебе показывать, — развел юноша руками.

— А зачем тогда обещал, раз не знал?

— Ты была такая грустная, боялся, что заплачешь. Женских слез я бы не перенес… ай! Лизи! Прекрати меня бить! Спасите, кто-нибудь!

Я не вкладывала всей силы в свои удары и тыкала Джека скорее по привычке. Даже не стала бросаться за ним в погоню по лаборатории, чтобы не сшибить чего-нибудь драгоценного. Но мое разочарование было тяжело измерить. И длилось оно ровно до тех пор, пока в самом дальнем углу я не увидела старый ржавый меч, а рядом с ним — потрясающе интересные колбочки, наполненные коричневатой жидкостью и гвоздями.

— Что это?

— Мой меч.

— Твой меч?

— Да. Один из родовых клинков, — юноша вздохнул и пояснил. — Понимаешь, титул и земли получает только старший сын. Остальные дети — только то, что может дать им отец. Моим старшим братьям достались кому конь, кому доспехи и оружие. Мне, как младшему, — эта рухлядь, — голос его был поистине печальным. — Без вооружения я не смог стать рыцарем и служить в гвардии. Отец с детства определили меня в ученики к своему другу — господину Тарму. Сказал, что должность королевского алхимика почетная. А недавно я подумал, что меч можно попробовать привести в рабочий вид. Наставнику идея понравилась.

— Так это горючая вода? — я с благоговением уставилась на коричневатую жидкость. При близком рассмотрении было понятно, что ножки гвоздей в ней необычайно тонкие, а на дне — серый осадок. — Я читала о ней. Она растворяет железо… и ржавчину.

— Ага, — хмыкнул горе-алхимик. — Только вот мы так и не придумали, как смыть только ржавчину, а железо оставить целым. А опыты на своем единственном мече я проводить не дам!

— Да я где-то читала про подобный рецепт в книгах у госпожи. Кузнецы Карста использовали его…

— Постой, у твоей наставницы? В книгах? Такого рецепта нет даже у нас, откуда же у нее?

Я прикусила язык. Книги были сами по себе очень редкими и дорогими. Обычно Хексия никому не рассказывала про свою маленькую библиотеку, но я никогда не задумывалась, почему. А действительно, откуда у нее могли быть настолько редкие книги? Да еще и на карстском, который она знала и которому меня учила? Алхимики Карста превосходили наших, но я пользовалась их знаниями, будто это было обычным делом. Наставница была волшебницей, поэтому ничего в ней больше не могло меня удивить.

Но теперь в голове словно что-то щелкнуло. Пусть колдунья, но действительно, откуда книги? А еще в Карсте у нее была подруга. Хексия никогда не рассказывала о своей жизни до меня. Неужели она была алхимиком в Карсте? Если учесть, какие серьезные книги она оттуда прихватила, то зачем ей было перебираться в Ардарию, чтобы косметику готовить? Да еще и этот договор с Исой. Могла ли она знать колдуна до того, как он появился в замке?

— Лизи, — отвлек меня от своих размышлений Джек. Он был действительно взволнован. — Так ты правда знаешь, как очистить клинок?

— Возможно. Но что я буду рассказывать тебе чужие секреты? — повторила его же слова.

— Лизи, стой, — юноша преградил мне путь. Глаза его сейчас сияли яростной надеждой, и я поняла, что в своей душе он всегда был рыцарем, а не алхимиком. — Ты должна мне помочь.

— Не называй меня Лизи, — тихо попросила, чувствуя, как этот взгляд ломает мою решимость.

— Алоиза, — страстно, серьезно позвал рыжий. — Помоги мне, пожалуйста.

«Хексия, можно я попробую еще, пожалуйста?» — рыдала я, застигнутая на месте преступления. Встала ночью, схватила самую интересную книгу, развела огонь и принялась повторять рецепт. Да только получившаяся в результате неумелых действий жидкость сильно обожгла кожу рук. И наставница обнаружила меня с рассветом, всю в красных пятнах, в испорченной сорочке. При этом плакала я больше от собственной неудачи, чем от боли.

Она, растрепанная, сердитая, с нахмуренными бровями, губами, сжатыми в тонкую линию, стояла, уперев руки в боки. «Алоиза! — вскричала она, хватая меня за руки, засовывая их в чан с водой. — Горе ты луковое! И что тебе в комнате не спалось? Разве можно быть такой безответственной? Ты могла устроить пожар, что-нибудь взорвать или чем-то надышаться! Посмотри, стол прожгла! Сорочку свою! Руки! А котелок в каком состоянии? — мне сначала дали сильный подзатыльник, а потом крепко прижали к груди. Хексия заглянула мне прямо в лицо. — Ты сильно напугала меня. И расстроила. Алоиза, обещай мне, что никогда! Никогда не будешь без меня экспериментировать! Ну же! — строгая наставница потрясла меня, а потом ожесточенно принялась вытирать зудящую кожу собственной юбкой. — Обещай!» «Обеща-а-аю», — захныкала я.

С тех пор Хексия следила за мной еще пристальнее, еще строже наказывала за шалости. Она говорила, что это для моего же блага. Но я подчинилась ей не поэтому. Для меня ее неодобрение было гораздо хуже невозможности сделать что-нибудь стоящее. Тем более что Хексия и сама мне все показывала, и разрешала читать, что я хотела.

— Госпожа запретила мне заниматься сложной алхимией без нее, — честно призналась Джеку и понурилась.

— Ну и что? Ты вечно будешь слушаться? Тебе же хочется!

Мне хотелось. Руки чесались создать что-то действительно полезное.

— Ты опытный взрослый алхимик, ничего страшного не случится. Я найду все необходимое, а пробовать будем прямо здесь, — искушал он меня. Наклонился, заглянул прямо в лицо. И я поддалась этим карим глазам с лукавыми искорками.

— Ну хорошо.

Какое-то облегчение затопило меня оттого, что я наконец-то решилась нарушить то давнее обещание. Я предвкушала, как, словно по волшебству, ржавчина покинет старинный меч, и он обретет новую жизнь. Если я найду рецепт, конечно.

Но Джек пришел в неописуемый восторг. Весь начал будто светиться. Галантно поцеловал мне руку, которую я не успела выдернуть. А потом и вовсе в грациозном поклоне упал на одно колено и начал опять, как балаганный актер:

— О леди Лизи, чья несравненная красота не уступает лишь твоему доброму сердцу!

— Ты мне только утром говорил, что моему лицу даже умывание не поможет, — оторопело произнесла я, пытаясь побороть в душе очень странное чувство. А чувствовала я себя принцессой, перед которой бухнулся на колени влюбленный кавалер. Никогда о таком не думала. А теперь даже сердце начало сильнее биться, выдавая волнение. «Такое подобает Эльвине, а не мне», — успокаивала себя. Рыжий же продолжал свою торжественную речь.

— Позволь же мне, о восхитительная леди, пригласить тебя на праздник Солнцестояния! Прошу, окажи мне эту честь, или я не вынесу отказа! — он нарочито медленно приложил руки к груди, и тут уж я не смогла сдержать улыбки. Все-таки это был тот же самый шут Джек.

Не успела я ответить, как где-то недалеко раздался звон стекла. Джек тут же перестал паясничать и вскочил. За два стола от нас на полу лежали осколки — что-то разбилось. И самое страшное, в установившейся тишине отчетливо послышался хруст под чьими-то ногами, а потом шарканье неосторожных шагов, будто кто-то пятился назад.