Чтение онлайн

Томпсон с недоумением посмотрел на меня, затем перевёл взгляд на открытую калитку. Оттуда в лицо бил ледяной ветер. Солнце уже начало подниматься над горизонтом.

Сержант вдруг понимающе улыбнулся:

— Парень, это называется «синдром убежища». Ты боишься выходить наружу после нескольких лет жизни в безопасности под защитой стен.

— Сэр, — смотрю в глаза сержанту, — меня сюда прислал лично генерал Шеридан. Я не солдат, а скорее охотник и сейчас отчётливо чую запах зверя. Ветер встречный. Огромная тварь затаилась примерно в шестидесяти метрах слева. Если сейчас выйдем, все скоро погибнем. Судя по запаху, это здоровенная махина. Я бы сказал, что раза в два больше внедорожника. Животные поменьше так сильно не пахнут.

Сержант принюхался и, очевидно, ничего не почуял. Оно и понятно. Про запах я выдумал. Нельзя никому рассказывать про Сферу Восприятия. Тем временем улыбка Томпсона превратилась в злой оскал.

Однако я не дал ему вставить слова:

— Подождите, сержант! Не надо ругаться. Дослушайте до конца. Раз это главный выход из Фриджмонта, здесь должны быть камеры видеонаблюдения. Давайте проверим записи.

Один из четвёрки солдат, охранявших гермодверь, подал голос:

— Парень! Камеры не работают. При побеге люди из конвоя Совета Правления сожгли сервер. Мы на вскрытие замка два дня убили! До камер ещё не скоро доберёмся.

Мозг лихорадочно соображал, ища способы выжить. Снаружи нас всех ждёт смерть. Это абсолютно точно.

Томпсон снова набрал воздуха в грудь, но я опять его опередил:

— Сержант, дайте мне десять минут! Можете пока снаряжение у всех проверить. Если я ошибся, все мои пайки за этот рейд достанутся членам группы в виде компенсации. Но если я прав, мы все умрём.

Сержант зло прищурился:

— Хочешь сказать, что это будет моя вина?

— Нет. При чём тут вы? Если вы ошибётесь, еда уже никому не пригодится. Давайте поступим чуть иначе…

Ловко обойдя Томпсона, я обратился к воякам, стоящим в карауле у двери:

— У вас остались старые записи с камер? Те, что были сделаны до поломки? Наверняка данные дублировались на запасной носитель информации.

— А толку? Там записи только двухнедельной давности.

— Вот они-то мне и нужны!

Томпсон опять открыл рот, собираясь что-то спросить. Я пронёсся мимо него к каморке, где сидел интендант Ель. Всё, что используют охотники во время вылазок наружу, хранится на его оперативном складе.

Нырнув в его комнатушку, я сразу обратился к Елю:

— Сэр, у вас должны быть квадрокоптеры для разведки. Мне нужен один на ближайшие двадцать минут.

— А танк тебе не нужен? — интендант захохотал, видя, что я всерьёз задумался. — Эй-эй-эй! Такие вещи выдаются только по приказу генерала.

— Оставьте танк себе, — киваю своим мыслям. — А вот крупнокалиберное оружие нам скоро приготовьте.

В каптёрку заглянул Томпсон. Узнав про просьбу о квадрокоптере, он удивлённо взглянул на меня:

— А ведь это идея, Гринч. Выходить не придётся.

Через пять минут работники склада притащили чемодан с квадрокоптером. К счастью, все батареи заряжены. В это же время караул на своём терминале нашёл данные с камер двухнедельной давности. Посмотрев на них, я указал на экран, показывающий картинку слева от гермодверей. В шестидесяти метрах от ворот около дороги виднелась канава, заваленная снегом.

— Вот сюда смотрите. Яму видите? Сейчас покажу это же место, только с дрона.

Квадрокоптером никто, кроме меня, не умел пользоваться. Взявшись за пульт, я включил двигатели и направил его в открытую дверь калитки.

Снаружи уже рассвело, валил густой снег. Отлетев от двери на пару десятков метров, дрон взмыл вверх и ушёл чуть влево. Зависнув в воздухе, я направил камеру на канаву.

— Видите? — показываю Томпсону картинку с дрона и кадры со старых записей на терминале.

— Что я должен увидеть? — сержант уставился на пульт от дрона. — Канавы тут нет.

— В том-то и дело, что её нет! Представляете, каких размеров должно быть животное, чтобы рельеф в том месте так сильно изменился? Метель скрыла следы, но не само место для засады…

Видя, что сержант колеблется, я выложил на стол последний актуальный козырь.

— … Я указал вам точное место, даже не выходя наружу. Какие ещё нужны доказательства?

Томпсон напрягся, но не из-за моих слов. Он ощутил на себе взгляды других солдат. Если командир сомневается, то дело плохо.

— У меня приказ, — сухо произнёс сержант. — Понимаешь? Приказ! Я давал присягу. Даже если миру настал конец, я буду делать то, что говорит начальство.

Видя, что Томпсон вот-вот отдаст команду о выдвижении, я стал лихорадочно соображать, что ещё можно сделать…

— Дайте мне ещё десять минут! Проверьте запасы патронов или еды. Я что-нибудь придумаю.

Томпсон нехотя согласился и пошёл к бойцам. Я же, снова взявшись за пульт, сделал так, чтобы дрон завис прямо над тварью. Она не шелохнулась, хотя через Сферу Восприятия я видел: сияние эссенции чуть изменилось. Хищник чувствовал дрон, но себя не выдавал.

[Он не чувствует живых существ рядом. Поэтому и не атакует. Видимо, как и хозяин теневых тварей, привык действовать из засады.]

Вернув дрон, сложил его в коробку и рванул обратно на склад. Интендант Ель со скучающим видом сидел на прежнем месте.

Кладу ящик с дроном на стол перед ним.

— Сэр, а у вас есть гранатомёт? Нужно оружие, способное поразить живую цель размером с маленький автобус. Будет только один шанс на выстрел.

В дверях появился Томпсон и стал прислушиваться к разговору. Не отвечая, Ель краем глаза глянул на сержанта.

— Что у вас там?

— Гринч говорит: снаружи сильный хищник. — Томпсон выглянул в коридор. — Парни в карауле по камерам ничего не видят.

Интендант снова перевёл взгляд на меня:

— В разведотряд этого парня поставил сам Шеридан. Я глянул по базе данных. Раз говорит, что есть опасность, надо проверить… Есть Джавелины, но выдавать их без личного приказа генерала запрещено. К этим коробкам разрешено прикасаться только мне и работникам склада.

За секунду в моей голове пронёсся целый ворох разных мыслей. Затем я улыбаясь глянул на скучающего интенданта.

— А пострелять из Джавелина не хотите? — указываю на дверь. — Вам нужно просто подойти к калитке и нацелиться на выход. Если я прав, то как только кто-то выйдет наружу, мутант себя покажет.