Чтение онлайн

— Отделается истощением. С неопытными магами часто такое случается, особенно если дар относится к разряду боевых. Будем разбираться с ним уже во дворце.

За спиной опять послышался жуткий треск и какой-то рокот. Я вздрогнула и обернулась. Кажется, в том, что меня беспокоит только мальчишка, соврать не получится даже себе. Невосприимчивость Кайрина же распространяется не на все виды магии. Я прекрасно помню, что от атак Дисмаля, который силой мысли разжигал пламя, ему приходилось уклоняться, а тут физически не получится это сделать, потому что пространство было слишком тесным для маневров. Не удержавшись, я задала интересующий вопрос Раду, который, судя по спокойствию, на этот счет не волновался.

— Ты видишь на мне обугленную одежду, Бес? Нет. Воздействие такого рода практически не распространяется на неодушевленные предметы, а на подобное у Карающего иммунитет. К тому же, пока парень недостаточно опытен, чтобы кого-то убить. Но потенциал хороший, до сих пор мышцы сводит…

Страж с хрустом размял шею, и стрельнул хитрым взглядом из-под опущенных ресниц. Зря я спросила, теперь чувствовала себя пойманной на крючок рыбой.

От душевных переживаний отвлекло появление Сида и Амина, которые решили спуститься за нами. Парни казались обеспокоенными, и, хотя по внешнему виду это было довольно сложно понять, я уже научилась различать изменения в их поведении.

— Выглядишь потрепанным, — Сид как всегда не удержал язык за зубами, отметив состояние Рада.

— Пацан оказался не из простых. Как только Карающий его успокоит, отведем во дворец. — Тот пропустил сарказм мимо ушей.

— Надо бы поспешить, — вклинился Амин, — люди Сайдамира начали подозревать, что хозяин не в порядке. Их там всей толпой пытаются ублажить, но это не помогает.

— Хорошо, вы выводите девочку, а я подожду Карающего. Бес, пойдешь с ними, и в этот раз без возмущений.

Ощетинилась, задетая недоверием. Они меня что, век этой вылазкой попрекать будут? Но потом я вспомнила об одном деле, и чуть не застонала от того, что снова придется возразить, а точнее, выставить одно условие.

— Без проблем, но сначала я хочу забрать отсюда свою вещь. Она очень важна для меня и это не займет много времени.

Сид закатил глаза, и, кажется, даже отпустил наигранно-горестный вздох.

— Ладно, я провожу его…

Дело зашло в тупик, и теперь его наверняка придется придать огласке. Вряд ли после всего случившегося мне в скором времени удастся вернуться в бордель, так что я хотела вернуть фотоаппарат, спрятанный в моей бывшей комнате — то немногое, что осталось в напоминание о доме.

Получив милостивое дозволение, я метнулась в направлении служебного крыла, надеясь, что на пути не встречу никого из персонала.

Слуги были ещё заняты, переполошённые беспокойными клиентами, и это должно было облегчить мне задачу. Две знакомые девушки прошмыгнули в общий зал прямо перед нами, и мне пришлось отвернуться, чтобы они не заметили моего лица.

— Ну ты и дурень… — Прокомментировал Сид, наблюдая за дешевыми попытками конспирации.

— Сам такой! Втянул меня непонятно во что, а теперь потешаешься! Пойдем.

Служанки не обратили на нас внимания, приняв за гостей, так что можно было продолжать путь. Я все равно низко опустила голову. А черт с ним, если кто-то узнает, могу сделать вид, что обознались. Порой даже самая четкая уверенность гаснет, не находя подтверждения. Так бывает, когда смотришь на человека, которого какое-то время не видел, но он мажет по тебе безразличным взглядом, и вот ты уже сомневаешься, был ли это на самом деле он, или воображение сыграло с тобой дурную шутку. Ведь поговорить ты с ним не успел, да и выглядит он не так как прежде.

Одежда на мне уже ничем не напоминала о статусе слуги, и лишний раз отвлекала на себя внимание.

К счастью, мне повезло. Припоминая планировку, я умудрилась прошмыгнуть незамеченной мимо коридора ведущего на кухню, и с облегчением поняла, что моя бывшая комната пуста.

Сид не мешал, дежуря у двери, пока я сноровисто доставала из тайника сумку со своим сокровищем.

— И что это? — Спросил парень, когда я уже была готова идти обратно.

— Скажу, когда поведаешь, зачем на самом деле устроил это смехотворное пари.

Сид потерянно отвел глаза, и только после паузы вымолвил:

— Хотел тебя расшевелить. Мы уже говорили об этом, и я рассчитывал, ты поймешь — когда-то придется брать на себя ответственность, а не переваливать её на чужие плечи. Я предоставил тебе выбор, и ты его сделал.

— Завуалированно предлагаешь не слушать приказы Карающего?

— Нет, — парень неопределенно покрутил в воздухе ладонью, — предлагаю иметь свою голову на плечах. Он просто не всегда бывает прав, и ты не сможешь слепо идти по его следам. В последнее время, когда дело начало касаться тебя, Карающий проявляет чрезмерную осторожность.

— Не замечал. — Я пожала плечами, припоминая сколько раз Кайрин успел довести меня до белого каления своими выходками.

— Зато это видно мне. Он старается не впутывать тебя в неприятности, держит в изоляции. Наверное, все ещё воспринимает тебя как ребенка. У него ведь никогда не было ученика, и теперь он боится его потерять, разве не очевидно?

— У тебя страсть все преувеличивать, Сид.

— Самую малость, — он улыбнулся, — так что за вещица?

Я повесила запыленный ремешок сумки на здоровое плечо, и мы поспешили прочь. Скорее всего, меня снова отправят во дворец вместе с Микой и Ли, а Кайрин останется здесь, чтобы разобраться с трупом. Не самое радостное известие сегодня доложат императору. Смерть казначея накануне праздника в честь помолвки… Интересно, по такому случаю его могут перенести?

— Это… — я замялась, теребя язычок от молнии на чехле.

Господи, ну как объяснить Сиду, что такое обычный фотоаппарат, и его значение для меня? Пальцы дрожали, я никогда ещё не пробовала это сделать здесь, но мне хотелось попытаться включить его. Техника дорогая, почти не намокла, даже объектив не разбился, и я знала, что батарея долго держит заряд в выключенном состоянии… Если все получится, я смогу посмотреть на лица родных, которые уже начали вымываться из памяти.

— Это? — Повторил парень. Захотелось треснуть ему за то, что вероломно вторгся в мои мысли, но я сдержалась, отвлекшись на беспокойство, кольнувшее душу.

Я жестом попросила стража замолчать, старательно прислушиваясь к себе и окружающему. На периферии сознания бродили посторонние чувства, сухой воздух подземного этажа неуловимо изменился.

— Слушай, Сид, а тебе не кажется, что здесь начинает пахнуть гарью?

Страж нахмурился, шумно вдохнул и дернул меня за рукав.

— Действительно. Бежим!

Стоило нам свернуть в другой коридор, запах стал ощутимее, а по лестнице, ведущей наверх, начали спускаться клубы дыма. Тяжелые, сизые, они наползали на нас сплошной туманной пеленой и зависали над потолком, затрудняя дыхание. Даже отсюда был слышен треск пожираемого пламенем дерева и крики людей, находившихся в общем зале.