Чтение онлайн

Алан оказался щедр на слова:

— Её основали Гарольд Моррисон и Чарльз Уилби после первого контакта с Третьим миром. Ты ведь слышал про гостей? Они называют себя примархами. Делятся знаниями с дружественными расами и ведут войну с демонами. Нам неслыханно повезло.

Усмехнулся про себя: везением подобный контакт я бы не назвал. Остатки мира, в котором я провёл почти год, до сих пор стояли у меня перед глазами. Там тоже были «гости». Только те, кто принял их дар, вымерли первыми. Англичане — прирождённые колонизаторы. И лозунги у них всегда одни и те же: за всё хорошее, против всего плохого.

— И чем же мы будем заниматься в академии Уилби? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Понятия не имею, — Алан опустил плечи. — Учиться магии, конечно. Деталей никто не знает. Всё держат в секрете.

— Жаль, — коротко сказал я, вновь отворачиваясь к окну.

Лондон за стеклом выглядел иначе, чем в моей памяти. Современные билборды и кричащие дисплеи сцепились со старой архитектурой, как яркие какаду, усевшиеся на скелет древнего гиганта. Люди, вывески, машины — всё это казалось крикливым и лишним под грозовым свинцовым небом.

— Ты и правда собираешься жить в нашем мэноре? — вдруг спросила Каролина.

— Да, — подтвердил я, бросая взгляд на девушку.

— Почему именно там? Не хватило денег на съём? — продолжала допытываться она.

— Я предпочитаю старый дух Англии, — заметил дипломатично. — Ваш мэнор ведь в черте города?

— Да, — ответил за неё Алан. — Но его собираются снести. Говорят, портит вид.

— Слышу звон кастрюль, — фыркнула Каролина, кривясь в гримасе.

— Отец Арианы — мэр, — пояснил брат странную реакцию сестры. — Она уверена, что Крис и его компания ищут повод снести наш особняк.

Каролина метнула в него строгий взгляд:

— А ты думаешь иначе?

Он промолчал. Видимо, давно понял: спорить с сестрой бессмысленно. Но я словно чувствовал — на этот раз она близка к истине.

Машина плавно остановилась.

— Кто это встречает? — Каролина удивлённо указала на фигуры у ворот мэнорного двора.

— Мои помощники, — сказал я. — Спасибо за приятную беседу. До скорого. Водитель отвезёт вас, куда пожелаете.

Я вышел под свежий воздух, забрал чемодан. Навстречу шагнула Мара с двумя спутниками. Естественно, все трое — вампиры, и каждый носил при себе клинок души. Тяжело в деревне без нагана, а в Великобритании без доброго клинка.

— Здесь невозможно жить, — заключила Мара, окинув взглядом фасад. — Дом явно заброшен, причём давно.

— Ничего страшного. Это временно, — скупо улыбнулся я, стараясь приободрить.

Она поджала губы. Хотела выглядеть строгой, но вышло лишь мило.

Особняк стоял среди таких же готических домов, отделённый от улицы высокой кованой оградой, обвитой плющом. Внутри — пруд, летний домик, оранжерея, псарня. Всё это некогда было предметом гордости, а теперь походило на руины. Штукатурка осыпалась, крыша провалилась местами, плесень покрыла стены. Гравий скрипнул под моими ногами.

Я вошёл внутрь. Холод и сырость встретили меня, обдавая характерным запахом. В гостиной — фортепиано под белым покрывалом, рядом кресла и диваны, тоже накрытые, стопка картин у стены.

— А мне нравится, — сообщил вслух. — Забор высокий, а хвойные деревья закрывают обзор. Значит, здесь тихо и спокойно.

— Может, сразу всё убрать? — спросила Мара с надеждой, её взгляд с брезгливостью блуждал по потрёпанной обстановке.

— Нет. Этим займутся големы ночью. Нельзя просто взять и выкинуть, это невежливо.

— Ах, вежливость… Вживаетесь в роль джентльмена, господин паладин?

— Разумеется, — усмехнулся я и снял воображаемую шляпу.

Мара прыснула от смеха. Я не удержался и улыбнулся в ответ.

Наспех осмотрев весь дом, расположил кристалл тепортатор в самом большом зале на первом этаже. Засветился круг, в котором появились големы, тут же деловито приступившие к работе. Следом вышли два десятка вампиров, которых я разослал на организацию постов охраны: пусть сейчас ко мне вряд ли приковано чьё-то пристальное внимание, не того полёта птица моё прикрытие, но всё могло быстро измениться.

Пока солнце ещё светило, големов небольших размеров занимались внутренним убранством: чистили, реставрировали, строили. Судя по звукам клавиш — даже пытались восстановить и настроить фортепиано. А с приходом ночи переместились на внешнюю часть, придавая поместью достойный вид под покровом темноты.

В этом плане с погодой нам везло: на небе не было видно даже луны, облака застилали всё, поэтому непонятные устройства точно не должны были быть замечены посторонним взором.

Разбитая и заросшая плесенью кухня наполнилась запахом пищи, тонко зазвенела фарфоровая посуда, ей вторили кастрюли и сковородки. Дом буквально наполнился теплом: все батареи стали тёплыми. Свет ламп отражался в начищенном до блеска паркете, который своим видом теперь мог посоревноваться с только положенным, а за стенами дома всё наполнилось запахом свежескошенной травы, несмотря на то, что зелёный миг лета уже заканчивался.

Ночь на новом месте прошла прекрасно, так что завтракал утром я в прекрасном настроении, уже предполагая, что, скорей всего, в первый учебный день в академии мне его довольно быстро испортят. Ну а как ещё могло быть в самом сердце рассадника аристократов? Невольно бросил взгляд на зеркало: форму доставили сегодня с рассветом, села как влитая, но я всё равно чувствовал какое-то отторжение.

Да и подтачивал меня нервный червячок, всё-таки моя семья далеко не из Англии, да и легенда шита на коленке. Но, уезжая в академию, я взглянул на преобразившееся поместье, с возвращённым достоинством сверкающее в свете поднимающегося солнца, что редкость для Англии, решив, что подобная погода будет для меня хорошим знаком. На этот раз в окно я не смотрел, слегка задремав по пути, укачанный плавным ходом автомобиля. Всё-таки в моей теперешней жизни спокойного времени становилось всё меньше и меньше.

Но, когда стали подъезжать, проснулся. Сама академия находилась в старом районе не так далеко от моего нынешнего дома. По сути, проехали два или три квартала, но чисто по расстоянию — прилично, так как здесь каждый дом имел в собственности гектары земли вокруг.

Моя машина влилась в вереницу прочих дорогих тачек, которые везли к воротам холодных как ледышки деток, строящих каменные лица. И выбирались эти детишки из салонов, дороже чем чья-то жизнь. Что-то внутри меня, того совсем старого меня, всегда реагировало диким раздражением на подобное.

Но вот подошла моя очередь, и пришлось явить миру аристократии себя любимого. Отпустил водителя, прошёл за высокие ворота. Длинная ухоженная дорожка вела к совсем не готическому и не особо строгому зданию. Никаких тебе шпилей, никакой вычурной архитектуры. Обычное кирпичное здание в пять этажей, расположенное буквой П с внутренним двором. По крайней мере так выглядел ближайший корпус.

На крыльце стояла милого вида девушка, которая направляла первокурсников на ознакомительную лекцию, чтобы никто не потерялся. Правда, учитывая, сколько ещё табличек с направлением я увидел внутри, сделать это можно было только при условии что ты либо слепой, либо неграмотный.