Учительница сына. Будешь моей
Шрифт:
Быть может, надо дать Громову то, что он хочет, а когда пресытится окончательно, отпустит меня с миром?
И такие мысли появляются, честное слово!
А еще страшно подумать, куда Громов собрался меня вести.
В интернете как-то читала, что есть такие клубы с комнатами, которые можно снять специально для секса. Мне неприятно просто думать о том, что окажусь там. А что же я испытаю, если мое неприличное предложение вдруг станет реальностью?
Но мы, к счастью, останавливаемся в совсем другом месте.
Глава 43
43
Диана
Вижу перед собой высотное здание отеля. На первом этаже ресторан с широкими окнами.
Отель.
Ну, да.
Надо было быть дурой, чтобы рассчитывать на что-то иное.
И я дура.
Громов первым выходит из машины. Обходит свою дорогую тачку и открывает мне дверь. Подает руку.
Сейчас я более отчетливо начинаю ощущать, что на мне нет трусиков. Они покоятся в кармане у Вадима. Видела, как он положил их туда сразу после того, как они сползли с его лица.
Странно, но именно это придает моменту пикантности. И я не понимаю, почему именно эта мысль приходит мне в голову, а не то, как отвратительно ходить по городу без трусов.
Кажется, вот выйду сейчас из машины, а все уже знают. И направляют на меня свои косые взгляды.
Но мне все же приходится вложить свою ладонь в крепкую загорелую руку мужчины.
Удивительно, но так приятно ощущать ее прикосновение на своей, что я едва не теряю голову.
Когда полностью оказываюсь на улице, еще раз осматриваю здание отеля.
– Ничего удивительного, Вадим, – сухо констатирую. – Но отель – это еще хорошо. Наверное, стоит сказать спасибо, что не в машине на обочине.
Громов только хмыкает. Но потом все же добавляет:
– Серой мышью ты нравилась мне больше.
Пропускаю его слова мимо ушей.
Да и какая же я серая мышь? Какой-то час назад меня главбух застукала за «преступлением». Я отдавалась Громову прямо у нее в кабинете, как в последний раз. А мыши так не поступают, нет. Мыши сидят в своей каморке и не подпускают к себе сытых, зажравшихся котов, от которых одни неприятности.
Мыши не снимают трусики по первому требованию и вообще не думают о сексе. А я даже сейчас о нем думаю. И мне так горько оттого, что хочется повторить.
Так что, если я когда-то и была мышью, или мышь мной, то Громов профессионально сумел разрушить этот «недостаток».
Пока размышляю на этот счет, не замечаю, что Вадим ведет меня к залу ресторана. Снова открывает передо мной и дверь и пропускает вперед.
В зале оказывается прохладно и просторно. Свет приглушенный, несмотря на то, что снаружи палит солнце вовсю.
Играет мелодичная негромкая музыка. Потолок увешан живыми лианами, что переплетаются друг с другом. В интерьере в принципе преобладает дерево и глубокий темный зеленый цвет.
Из-за обилия зелени есть ощущение, что дышится тут легче. Воздух насыщенный и влажный.
Или это мне стало проще дышать оттого, что Громов не повел меня в отель?
– Бронировали столик? – уточняет парень на входе.
Он широко улыбается, и, я уверена, знает, что мои трусики спрятаны в кармане у Громова.
– Нет, – коротко отвечает Вадим. – Подбери нам что-то уединенное.
Замечаю, как мой спутник протягивает работнику ресторана пятитысячную купюру. Наверное, для него это даже не деньги.
Зато парень оживает еще больше. Благодарит Громова и обещает предоставить нам самый лучший вариант.
Мы проходим через весь зал и оказывается за столиком в углу, с двух сторон отгороженного ширмой и живой изгородью.
Вокруг расположен небольшой, но мягкий диванчик, на который мы и садимся.
Официант раскладывает перед нами меню. Интересуется, желаем ли мы сразу заказать алкоголь. Но Громов мотает головой.
– Как тебе здесь? – спрашивает он у меня, как только остаемся наедине.
– Никак, – отвечаю сурово.
Но это вранью. Ресторан очень уютный! Если здесь еще и вкусно готовят, я поставила бы ему десять из десяти. Но вряд ли мне кусок в горло полезет.
– К чему это все? – в итоге возмущение берет надо мной верх. – Мог бы сразу перейти к десерту и не мучить меня.
– Знаешь, почему мы здесь? – в отличие от меня, Вадим расслабленно откидывается на диванчике. – Ты задолжала мне ужин в ресторане. Без трусиков, помнишь?
Не совсем понимаю, и, видно, мое беспокойство можно прочесть прямо на лице, потому что Громов добавляет.
– Ты пришла в трусах и с этим очкариком, которого выдала за своего парня.
– Думаешь, я не понимаю, да? – обращаюсь к мужчине. – Что за лицемерие, Громов? Просто трахни меня, и все! Я хочу домой!
Вадим вдруг резко приближается ко мне. Набрасывается, как хищник, но тут же замирает в каких-то паре сантиметром от меня.
Чувствую горячесть его тела и понимаю, что диванчик теперь стал слишком маленьким. А воздух в ресторане вовсе не легкий и свежий. Его в мгновение ока выкачивают весь.
И я задерживаю дыхание, потому что близость Громова невозможна. Она заставляет понять, что я не в состоянии сопротивляться. И сколько бы раз он не захотел, я буду не в силах сказать «нет».
– Сама попросила, – его ухмылка обнажает краешки белоснежных зубов.
Становится еще жарче.
– Разве я могу тебе отказать, Диана? Нет... кто я буду после этого, если не дам женщине того, что она хочет.
Ладонь Вадима ложится на мою коленку. Я сглатываю. Между ножек сжимается от предвкушения.
Хочу стиснуть их, но томление внизу моего живота молит о другом. И Громов видит это. Он, черт возьми, читает все эмоции по моему взгляду!
– Хочу, чтобы ты расслабилась, учительница… Хочу, чтобы ты кончила прямо сейчас…
Глава 44
44
Диана
Едва не стону от его слов.