Чтение онлайн

Выездные игры раньше были одними из любимых. Теперь я в том же лагере, что и большинство моих товарищей по команде – мечтаю скорее отправиться домой, чтобы вернуться к моей девушке в Бруклине. Я не могу насытиться её улыбкой, яркой одеждой и захватывающим характером. Я впитываю её до последней капли, голодный и отчаявшийся, никогда не чувствующий себя полностью удовлетворенным.

Жизнь до Дарси Томпсон для меня как в тумане. У меня в телефоне есть фотографии, подтверждающие, что тогда я был жив, что мои легкие работали, а сердце билось. Только я не жил; я существовал, ожидая, когда Дарси войдет в мою жизнь и даст мне цель, помимо обеспечения успеха на льду. Это не то чувство, от которого можно избавиться. Даже если бы я захотел забыть о ней, я не уверен, что это было бы возможно. Я чувствую спокойствие, когда нахожусь рядом с ней, прислушиваюсь ко всему, что она говорит, стремлюсь узнать, о чём она думает и что скажет дальше.

Возможно, моё первоначальное увлечение было вызвано тем, что она не упала к моим ногам, как другие женщины, и я воспринял это как вызов. Но что бы меня ни привлекло, пути назад теперь нет.

По пути домой я изучал судоку, чтобы по вечерам сидеть на диване и решать судоку вместе с ней. Вот насколько далеко я от своей прошлой жизни, и я совсем не злюсь из–за этого. Ни капельки.

Каждый раз, когда она сходит с ума от татуировки на моём бедре, я получаю удар, который подпитывает мою зависимость от неё. Не потому, что она проводит по ней своей мягкой ладонью, скорее потому, что это напоминает мне, что, несмотря на то, что чернила служат доказательством моей страсти к хоккею, ничто не может сравниться с чувствами, которые я испытываю к ней. Дарси Томпсон – самая глубокая татуировка, которую я когда–либо делал; она просто пока этого не видит.

Мелодия звонка, которую я установил для мамы, выводит меня из мыслей, когда разносится по салону автомобиля. Я нажимаю принять на консоли. Прошло пару недель с тех пор, как я в последний раз разговаривал с ней. Поскольку развод моих родителей недавно завершился, я старался навещать её почаще, поскольку она перенесла расставание хуже, чем папа.

– Привет, – говорю я своим самым мягким голосом, всё ещё не сводя глаз с дверей, из–за которых в любую секунду может появиться Дарси.

– Привет, солнышко.

Я могу сказать, что она расстроена. Мама и папа открыто признают, что их пути разошлись, и это было правильно, но я думаю, реальность наконец–то поражает маму, тем более что папа уже ушел к кому–то другому.

Моё сердце замирает в груди. Она хорошая мама и добрый человек, и она заслуживает счастливой жизни.

– Прости, что не приезжал чаще, чтобы повидаться с тобой. Предсезонка была сумасшедшей, а завтра начинается регулярный сезон, но...

– Всё в порядке, Арчер. Честно. Ты живешь своей жизнью, и я это понимаю, – мама тихо выдыхает в трубку. – Я должна прийти и посмотреть одну из твоих игр, а потом, может быть, мы могли бы пойти куда–нибудь поужинать.

Я улыбаюсь. Я люблю проводить время с мамой.

– Да, почему бы и нет? Одна из наших первых игр против “Scorpions”, – я хихикаю, как только появляется Дарси, и всё моё тело напрягается.

Чёрт. Как кому–то удается так сногсшибательно смотреться в обтягивающих синих джинсах, розовом оверсайз свитере и небрежной косичке?

– Ты мог бы сделать это для меня?

– Хммм? – отвечаю я маме, возвращаясь к разговору.

У неё вырывается тихий смешок.

– Ты меня вообще слушаешь?

– Ага, – говорю я, когда чувак, который должен быть по крайней мере на десять лет старше Дарси, подходит к ней сзади. Должно быть, он член шахматного клуба.

Гнев нарастает, когда он кладет руку ей на плечо, и она поворачивается к нему.

– Хочешь поговорить о том, что происходит? – спрашивает мама.

Как так получается, что без каких–либо намеков моя мама просто знает, когда что–то происходит?

Я отрываю взгляд от Дарси и смотрю в лобовое стекло.

– Ничего особенного.

– Кто она?

Из меня вырывается взрыв смеха.

– Стоит ли мне вообще спрашивать, как ты догадалась, что это связано с девушкой?

Мама глубоко вздыхает.

– Арчер, дорогой, я вынашивала тебя девять месяцев и произвела на свет тебя и твою сестру. Я знаю, как звучит голос моего влюбленного сына, даже если у него никогда раньше не было девушки, – я слышу, как она ерзает, вероятно, устраиваясь поудобнее. – А теперь выкладывай.

Ещё один смешок, который снимает напряжение в моей груди, и я качаю головой.

– Да, это девушка. Хотя я не могу говорить об этом прямо сейчас, потому что я забираю её.

– Понятно. Вы встречаетесь? – её голос приобретает беззаботный тон, как будто она взволнована за меня.

Я не хочу подводить её и говорить правду о том, что мы всего лишь трахаемся. Может, я и хорош в том, чтобы обманывать себя, заставляя думать, что это свидание, но я не собираюсь лгать своей маме. В последнее время я и так несу достаточно дерьма.

Пока Дарси продолжает разговаривать со случайным парнем, которому я хочу врезать за то, что он только взглянул на неё, я снова сосредотачиваюсь на разговоре с мамой.

– Не совсем, – я морщусь, втягивая голову. – Я хочу, чтобы это было серьезным, но я почти уверен, что она не разделяет тех же чувств, – я закрываю глаза, проводя языком по небу. – Итак, я делаю то, что сделал бы любой отчаянный парень, и гоняюсь за ней, как гребаный идиот.

Она тихо хихикает. Я счастлив, что мои страдания могут принести ей некоторое облегчение.

– А ты не думаешь, что разбил несколько сердец по пути? На днях я открыла журнал во время педикюра, и там была фотография моего сына на ночной прогулке с двумя красивыми девушками, по одной на каждую руку. Заголовок статьи гласил: “Лучший бомбардир НХЛ вне льда”.

Вопреки себе, я не могу подавить улыбку, которая растягивает мои губы.

– Что говорилось в статье?

– Я не знаю, – быстро отвечает она. – Я тут же закрыла журнал и взяла Horse & Hound. Ты знаешь, что я едва могу зайти в Интернет или открыть какую–нибудь статью, чтобы не увидеть супермодель, обвивающуюся вокруг тебя?

– Это должно было заставить меня почувствовать себя лучше? – я втягиваю голову в плечи. Мама прочищает горло.

– Прости, солнышко. Статье было по меньшей мере полтора года, если это поможет.

Мой взгляд находит Дарси, когда она заканчивает разговор и осматривает улицу в поисках моей машины.

Я мигаю фарами, чтобы привлечь её внимание.

– Да, ну, все фотографии или посты, которые ты увидишь, будут старыми. Я давно не веду себя так. Всё, что было напечатано в последнее время, является чистыми домыслами. Мне стоит только посмотреть в сторону девушки на вечеринке, и СМИ автоматически делают вывод, что я с ней трахаюсь.

Мама издает низкий стон.

– Прости, – отвечаю я. – Вероятно, слишком много информации?