Чтение онлайн

Агафий пожал плечами.

– Конечно, почему нет? Я все еще знаю, как печь хлеб, на тот случай, если меня уволят с позором.
– И добавил мрачно: - При условии, что она позволит мне сохранить голову.

Велисарий повернулся к Антонине.

– Как я понимаю, вы никогда не встречались. Антонина, познакомься с одним из моих лучших военачальников. Агафий, это моя жена. Я также должен упомянуть, что она еще и лучшая подруга Феодоры.

Агафий протянул руку.

– Ну. Я определенно рад познакомиться с вами.

Сожаление и приветствие

Гораздо позднее тем вечером, после того, как ушли Хусрау и сопровождающие его лица, Велисарий лениво потянулся.

– Надо кое-что признать, имея персов в союзниках, - объявил он и с восхищением обвел глазами роскошно украшенный шатер, который им предоставил персидский император.

Антонина улыбнулась.

– Прекрати, солдат. С каких это пор тебя стала беспокоить роскошь? Тебе просто нравится мысль, что дехганы бьют кого-то другого, и все.

Велисарий ответил на улыбку.

– Да, да, - признал он.
– Радостно думать, как малва пытаются отступать, а эти гнусные ублюдки лезут и лезут на них.

Через мгновение его веселость стала спадать. Через короткое время ушла совсем.

– Это не твоя вина, любовь моя, - мягко сказала Антонина. Велисарий выдохнул.

– Нет. Не моя. И если бы мне пришлось сделать это снова, то я не колебался бы ни минуты. Но...
– он вздохнул.
– Большинство из них - просто крестьяне, Антонина. Не более двадцати тысяч когда-либо доберутся до своих семей в Индии. Хусрау и Куруш будут гнать их нещадно. По всему пути до долины Инда.
– Велисарий потер лицо.
– А если новые боевые корабли Эона смогут удерживать малва от выгрузки припасов на побережье, то и десять тысяч не выживут.

"Это не твоя вина", - пришел ментальный импульс от Эйда.

Велисарий покачал головой.

– Дело не в этом, Эйд, Антонина. Меня не беспокоит вина. За смерть солдат надо винить малва, точно так же как и за преступления, которые совершили эти солдаты, пока находились в Персии. И никого больше.

Его руки сжались в кулаки.

– Это просто...

Велисарий повернул голову и уставился в огонь лампы.

– Просто временами я на самом деле жалею, что не стал кузнецом.

Последовало молчание. Через минуту или около того в шатер вошел Маврикий. Хилиарх посмотрел на полководца, все еще не отводящего взгляд от лампы.

– Мы опять впали в нашу обычную победную меланхолию?
– спросил Маврикий.

Велисарий, так и не отводя взгляда от лампы, хитро улыбнулся.

– Неужели я такой предсказуемый?

Маврикий фыркнул, прошел в шатер и положил руку на плечо Велисария.

– Ну, развеселись, парень. У меня есть хорошие новости. Я расширяю состав твоих телохранителей. Во время следующей кампании ты поведешь большую армию союзников. Должен иметь более внушительную охрану. И если и ничего больше, то персы будут дуться и обижаться, если у тебя ее нет.

Велисарий скорчил гримасу.

– Ради Бога, Маврикий. Если ты дашь мне охрану в персидском стиле, то я не смогу увидеть и собственную руку.

Маврикий рассмеялся.

– О, я не думал ни о чем таком изысканном. Просто собираюсь добавить еще одного человека, чтобы дать немного отдохнуть Анастасию, Исааку и Прискию. Кстати, новый человек здесь, прямо у шатра. Я бы вас представил, только это было бы просто смехотворно. И я не хочу слушать, как он бормочет себе под нос о глупых формальностях.

Велисарий вскочил и вылетел из шатра через мгновение.

– Видишь?
– спросил Маврикий у Антонины.
– Разве я не говорил, что развеселю его?

Обвинение и упрек

– Он просто отпустил меня, полководец, - сказал Валентин. Катафракт показал большим пальцем назад, в направлении персидского лагеря. Казалось, там идет дикая гулянка.
– Он отпустил всех римских пленников. Велел мне передать тебе, что взамен всех пленных раджпутов, которых ты оставил в кванате.

Велисарий почесал подбородок.

– Это я могу понять. Но почему тебя! Я предлагал ему настоящее богатство в качестве выкупа за тебя.

Узкое лицо Валентина озарила улыбка.

– Если я проживу достаточно долго, полководец, то попрошу тебя вспомнить про этот выкуп. Когда ты будешь решать вопрос о выходном пособии.

Велисарий улыбнулся и кивнул.

– Я не забуду, Валентин. Ты можешь быть в этом уверен.

В его глазах все равно стоял вопрос. Валентин пожал плечами.

– Я на самом деле не знаю, полководец. Но он сказал кое-что странное, когда я уходил.

Велисарий вопросительно приподнял бровь. И снова Валентин пожал плечами.

– Для меня ничего не значило. Я даже подумал, что это какая-то глупость. Но как раз когда я садился в седло, Дамодара сказал, что, как он надеется, ты - человек, который уважает грамматику.

Тогда Велисарий рассмеялся. Смех продолжался так долго, что Валентин начал бормотать.

"Мне показалось, он сказал: "загадочные чертовы клоуны"", - объявил Эйд.

"Мне тоже, - ответил Велисарий ментально, все еще посмеиваясь.
– Но я уверен: мы ошиблись. Было бы очень неуважительно по отношению к главнокомандующему".

"Определенно!
– Грани сверкнули. Появился кристаллический павлин, его глаза-бусинки наполнились обвинением.
– Говоря о чем..."

Смех продолжался и продолжался. Маврикий с Антониной вышли из шатра.

– У нас проблемы, девочка, - объявил Маврикий.
– Серьезные проблемы. Этот сумасшедший идиот, как предполагается, должен вести нас к окончательной победе.

– Следи за языком!
– холодно сказала Антонина.
– Ты говоришь о моем муже.
– Она нахмурилась.
– Даже если он и чертов клоун.