Удержать 13-го
Шрифт:
Уголки его губ приподнялись; он вскинул брови.
— Вот как? Ты знаешь?
— Да. — Я уверенно кивнула. — Я ужасно мудрая.
Джонни, посмеиваясь, провел пальцем по моей щеке.
— Господи, ты такая милая!
— Милая? — Я поморщилась. — Твоя Сьюки милая, Джонни. А я должна быть...
— Должна быть?.. — поддразнил он меня, наклоняясь ближе. — Какая, детка?
— Более чем милая... — выдохнула я, теряя фокус, когда его губы оказались так близко к моим.
— Прелестная? — промурлыкал он, забираясь пальцами под подол моей школьной юбки. — Красавица? — Усмехнувшись, он потерся носом о мой нос. — Секси?
Кивая, я дрожащим голосом подтвердила:
— Вот-вот... последнее.
Совершенно неожиданно Джонни крепко поцеловал меня и опрокинул на себя. Обхватив коленями его бедра, я села на его колени, не прерывая поцелуя, и мы целовались уже почти неистово. Его колени были жестковаты для сидения и даже больше того: Джонни был твердый весь с головы до ног, и для моей силы воли было немалым испытанием его не касаться. Учитывая, что все внутри меня требовало этого. Прикоснуться, приласкать, погладить...
Не в силах сдержаться, я запустила пальцы ему в волосы и потянула. Он ответил на мой храбрый жест легким движением бедер. Его руки лежали на моих бедрах, поглаживая и ободряя. Похоже, для нас обоих не имело никакого значения то, что мы находились на территории школы, а его товарищи по команде были на поле, в двух шагах от нас.
— Ты офигенно сексуальная... — Голос Джонни звучал низко и хрипло, а от его слов у меня перехватило дыхание. — Ты сводишь меня с ума, Шаннон «как река», — прошептал он мне в губы, раскачиваясь подо мной. — Я так отчаянно хочу тебя, что уже не могу нормально думать.
Восхитительная дрожь пробежала по моей спине, я опустилась на него, давление в груди было слишком сильным, чтобы его выдержать, а слова Джонни подтолкнули меня дальше по темной и пугающей тропе, по которой я шла вместе с ним.
— Джонни?..
— Да, Шан?
— У меня никого не будет дома до шести... — С сильно бьющимся сердцем я отстранилась и заглянула ему в глаза. — Хочешь, поедем?..
Его глаза потемнели; он сильнее сжал мою талию.
— Сейчас?
— Сейчас, — не дыша, подтвердила я.
— Может, мне нужно было припарковаться дальше на улице? — спросил Джонни между поцелуями, вваливаясь в мою спальню со мной на руках. — На случай, если твоя мать или Даррен вернутся раньше?
Качая головой, я захлопнула дверь спальни и тут же снова впилась в него губами.
— Забудь о них, — посоветовала я, тяжело дыша, стискивая ногами его талию. — Выбрось их из головы.
— Ох, блин... — простонал он, в два шага минуя расстояние от двери до кровати. — Ты хочешь, чтобы меня убили, да?
Его голени ударились об основание кровати, и мы рухнули на постель, причем Джонни навалился на меня сверху.
Изворачиваясь на узкой кровати, я выбралась из-под него и тут же села на Джонни верхом. Чувствуя себя победительницей, я схватила его руки, завела их ему за голову и прижала его к матрасу.
— Попался!
Джонни, рыча, резко вскинул бедра, вынудив меня упасть вперед, ему на грудь.
— Или ты попалась! — успел он сказать перед поцелуем.
Пульс понесся вскачь, кровь превратилась в лаву, вся решительность рассыпалась от прикосновения его языка.
— Послушай, я не хочу подталкивать тебя к тому, к чему ты не готова, — произнес он мне в губы. — У меня есть две руки и богатое воображение... с кучей твоих изображений... — Обхватив ладонями мое лицо, он откинулся назад и внимательно посмотрел на меня. — Я могу подождать.
Я уставилась на него, чувствуя в этот момент больше, чем за всю свою жизнь. Я ощущала биение его сердца, оно колотилось, как мое, — точно угодившая в клетку птица. Не в силах сложить в уме связное предложение, я просто схватилась за школьный джемпер и стащила его с себя точно, прихватив заодно школьный галстук. Глаза Джонни потемнели, когда я взялась за белую блузку, неловко расстегивая пуговицы.
— Не надо... — начал было он, но болезненно застонал, когда я сбросила блузку с плеч. — Господи...
Его жадный взгляд обшаривал мое тело. Он облизнул губы, не сводя с меня глаз.
Дыша громко и тяжело, я завела руки назад и расстегнула бюстгальтер, мечтая, чтобы он был кружевным, как у Клэр, а не обычным хлопковым.
— Ох ты ж... — прорычал Джонни, двигая бедрами.
У него перехватило дыхание, когда я сняла лифчик и бросила его на пол. Я чувствовала, как Джонни твердеет подо мной, и от этого ощущения пробирала дрожь.
— Как ты прекрасна...
Сев и держа меня на коленях, Джонни закинул руку за голову и быстро стащил с себя джемпер и тоже бросил его на пол. Запустив пальцы мне в волосы, он придвинулся ко мне, целуя крепко и безрассудно. Оседлав его, я, в одной юбке и трусах, раскачивалась с ним в такт, безрассудно и лихорадочно.
Он отпустил мои волосы, чтобы расстегнуть рубашку, не прекращая поцелуя. А я потянулась назад и расстегнула молнию на юбке. Прервав поцелуй, я спрыгнула с кровати, вся дрожа с головы до ног и не сводя взгляда с Джонни.
Стоя перед ним в одних только белых хлопковых трусах, я нервно вздохнула и прошептала:
— Привет, Джонни...
— Привет, Шаннон... — ответил он напряженным голосом, и его глаза пылали, когда он снимал рубашку и галстук и швырял их на пол. — Господи, что ты со мной делаешь, детка?
Я дышала глубоко и часто и снова забралась к нему на колени.
— Я люблю тебя, — негромко произнес он, и жар его кожи обжигал меня. — Просто охренеть как сильно...
Одной рукой он взял меня за ягодицу и прижал к себе на долгое пьянящее мгновение, покачивая меня на коленях, заставляя наши тела тереться друг о друга. Он застонал и продвинулся языком глубже мне в рот, а потом извернулся и положил меня на спину.
— Такая сексуальная... — Когда он устраивался у меня между ног, его голос звучал так, словно Джонни разрывался на части, но с оттенком надежды. — Такая охрененно прекрасная...
Он водил ладонью по моей обнаженной коже и осыпал поцелуями мою шею.
— Ты — все, чего я хочу...
Застонав, я приподняла бедра и задохнулась, когда он прижался ко мне самым древним из известных человечеству движением.
— Мне не стоит этого делать, — прошептал Джонни, почти касаясь губами моей груди. — Это...