Чтение онлайн

Я ставлю еду на столешницу перед стулом и наливаю большой стакан воды из крана с фильтром у раковины. С водой в руке я понимаю, насколько пересохло у меня во рту. Я стою у раковины, прижавшись бедрами к столешнице, чтобы поскорее выпить воду. Она стекает по подбородку и на рубашку, но я не останавливаюсь, пока все не выпиваю. Затем я наливаю себе еще и сажусь за еду.

Я ем как сумасшедшая, запихиваю курицу и клубнику в рот с поразительной скоростью. Когда в воздухе чувствуется изменение, я ощущаю, как по спине бегут мурашки, и поднимаю голову, обнаруживая, что я здесь больше не одна.

Андреа выглядит не очень.

Это означает не «я пережила жестокое избиение», а «мне плевать на себя». Ее обычно роскошные черные волосы – теперь тусклые и больше не такие упругие – распущены вокруг лица. На глазах по-прежнему желтеют синяки, они заплыли и опухли.

Меня это изумляет. Она одета в спортивные штаны и свитер оверсайз. Я не ожидала, что Андреа выйдет в Prada на завтрак, но я никогда не видела ее хоть немного в неидеальном виде. По крайней мере, не с тех пор...

Я проглатываю еду и пытаюсь выдавить улыбку.

— Привет.

Она не отвечает, игнорируя меня по пути к холодильнику.

Засунув кусочек курицы в рот, я продолжаю сверлить ее взглядом, словно Андреа может взорваться в любой момент. Из нас двоих я более эмоциональная. И все же, поскольку я всю жизнь была жертвой, иногда этот взрыв может принести облегчение. Разговоры об этом всегда помогали, и именно так мы с Роуз сохраняли здравомыслие. Именно так мы выживали.

У меня щемит в груди при мысли о Роуз и всех смыслах, в которых я ее подвела.

Я не позволю этому произойти вновь.

Андреа направляется к выходу, но я окликаю её, чтобы она остановилась.

— Подойди сюда. Я хочу поговорить с тобой.

Не знаю, срабатывает ли приказ в голосе или она на самом деле не хочет быть одна, но к моему удивлению Андреа разворачивается и усаживается на стул рядом со мной.

— Что?

— Посиди со мной, пожалуйста. Поешь.

На этот раз я не улыбаюсь. Если Андреа остается только из-за того, что видит во мне жену босса, то мне нужно быть такой же настойчивой, как и он.

Я притворяюсь, что не замечаю этого, но ее руки дрожат, когда она открывает крышку на миске с салатом и копается вилкой в листовых овощах. Мы сидим в тишине и едим.

Я не спешу, чтобы не спугнуть Андреа, прежде чем у меня появится возможность расспросить ее. Или, по крайней мере, предложить утешение.

Когда я все съедаю, двигаюсь на стуле достаточно для того, чтобы взглянуть на нее. Андреа выглядит уставшей, почти как по ощущениям сейчас мои внутренности. Настолько измучена миром, что пути назад уже нет.

— Как ты? — спрашиваю я, в то же мгновение почувствовав себя идиоткой. Из всех возможных это глупейший вопрос, который я могла задать.

Андреа смотрит на свою миску и с трудом сглатывает.

— Превосходно, — произносит она резким голосом. К счастью для нее, у меня есть опыт общения с резкими людьми.

— Ты права. Глупый вопрос. Я запаниковала. Как насчет этого... можешь мне сказать, кто сделал это с тобой, чтобы я смогла найти их и убить?

Андреа широко распахивает глаза, и хотя я говорила это скорее в шутку, но я не испытываю ненависти к этой идее. По меньшей мере, я могу предоставить эту честь Каю или Алексею.

Эта новая жажда крови должна ужасать меня или вызывать страх и потрясение, но этого не происходит. Убить мужчин, которые так ужасно с ней поступили, кажется гребаной услугой обществу.

— Ты собираешься сделать все это сама, да?

Я пожимаю плечами.

— Какая разница, если к концу дня тебе принесут их головы в коробке?

Андреа фыркает и выпрямляется, изучая меня.

— Ты говоришь как твой муж, знаешь это?

Сейчас она выглядит почти впечатленной. Я жду её ответа, задержав дыхание.

— Два брата твоего бывшего жениха и член совета... Бах, по-моему. Я не разговаривала с ним прежде.

Я, наконец, выдыхаю и киваю.

— Спасибо, что рассказала. Знаю, что все это ужасно. Ты можешь поговорить со мной, если хочешь. Ты была там, когда Адриан спас меня, ты спасла меня, и ты знаешь, что я прошла через то же самое.

Андреа втыкает вилку в салат несколько раз.

— Да, возможно. Это пройдет?

— Что?

— Страх. Раньше я ничего не боялась. Сейчас же я словно ожидаю, что они выскочат из-за угла, чтобы закончить начатое.

Голос Андреа вибрирует, словно на старой пластинке, скрипит и ломается под конец.

Я хочу обнять её, но знаю, что Андреа сейчас не хочется, чтобы ее трогали. Вместо этого я разворачиваюсь к ней на стуле.

— Это пройдет... со временем и дистанцией. Будь внимательна к себе во время исцеления. Когда на теле больше не видно шрамов, ментальные шрамы еще долго могут всплывать и овладевать тобой.

Андреа изучает мое лицо, но я не знаю, что она ищет. Через мгновение она выглядит довольной и ест еще кусочек салата.

Я не подведу Андреа, как подвела Роуз. Словно вселенная дает мне шанс исправить ошибки. Если бы я ушла с Роуз, когда она просила меня в ту ночь на балу... она бы могла быть сейчас жива. Мы могли все еще быть вместе.

Крошечный голосок спрашивает, была бы я готова отказаться от Адриана ради этого. Потому что если бы я не пошла на ту вечеринку, я бы никогда его не встретила. Я не хочу думать об этой реальности, поэтому я игнорирую голос и сосредотачиваюсь на Андреа.

— Ты должна сказать ему. Адриан ненавидит то, что ты пострадала из-за него, и ему нужно чувствовать контроль.

Андреа опять втыкает вилку в салат. Зубцы царапают дно миски.

— Нет. Это не его вина, и ему не удастся принизить мою роль в команде, потому что Адриану нужна месть. Не он пострадал, а я. И мстить буду я, а не он.

Мне нравится грубость в ее голосе. С начала нашего разговора он стал сильнее, храбрее, как у той Андреа, которую я помню. Она вновь может стать той женщиной, а может стать из разбитой женщины кем-то еще лучше.

Если кто-то и сможет преодолеть это и жить дальше, то это Андреа. Особенно, если она позволит своему близнецу помочь ей. Но я не говорю этого, когда она только начала открываться мне.