Удержать мечту
Шрифт:
– Ты много не знаешь, Ветер, - в тон отвечаю подошедшему человеку, ближе подходя к самому краю крыши и хватаясь руками за ограждение.
– Так позволь узнать, - его руки накрывают мои, а теплое дыхание щекочет шею.
– Я уже позволила, - шепчут губы, после чего разворачиваюсь и касаюсь пальцами его лица, частично закрытого маской с серебряным узором, чем-то напоминающим дракона.
Он ничего не отвечает, лишь вновь накрывает мою руку, прижатую к его лицу, своей. И мы молчим, думая каждый о своем... Какая же Судьба шутница... В один момент она меняет карты, и ты не знаешь, что же впадет у тебя в следующий раз, и будет ли он вообще? Да, неизвестность страшит нас, ведь, возможно, именно за вот этим ближайшим поворотом нас ожидает смерть. Да, конец неизбежен, но и его можно отсрочить, прожив свою жизнь так, чтобы можно было вспомнить. Можно заработать миллионы, отгрохать не один коттедж, накупить спортивных машин... И что? Но ведь счастье-то заключается не в этом. Оно не в деньгах или материальных ценностях, а в любви, которую нам никогда не понять и не предугадать, и в детях, которые дарят нам то тепло, которое может растопить лед в любом сердце...
Мы спускаемся вниз, где тут же вливаемся в толпу танцующих... Вальс... Знакомая музыка подхватывает нас и несет в своем ритме... И больше не существует ни окружающих нас студентов, с интересом глядящих на столь колоритную парочку. Нет меня. Нет его. Есть только мы. Вместе. Единые. Одно целое.
***
Такие разные и одновременно похожие... Они кружились в танце, глядя друг другу в глаза, лучившиеся счастьем. Он - весь в темном, и она - луч света в темном царстве, луч, вернувший в его сердце надежду, что этот мир не проклят, что его счастье уже с ним.
Они не следили за движениями - их несла музыка, а в самом танце было столько страсти, нежности любви... Миг... и все тихло, а парень с девушкой, взявшись за руки, выбежали из здания университета и сели в машину, рванув на пятой передаче в ночь...
Виолетта
Его пальцы зарылись в мои волосы, освобождая от огромного количества шпилек, поддерживающих прическу. Не помню, как мы доехали до его квартиры, не помню, как поднялись на десятый этаж... Помню лишь его настойчивые и горячие губы, дарующие неземное блаженство. Проворные и изящные пальцы, освобождающие меня от платья.
В следующий миг я почувствовала холод простыней под обнаженной спиной, а в следующую секунду Макс навис надо мной. Горячее дыхание опаляло шею, а затем его губы накрыли мои, а пальцы принялись исследовать тело. Он прочертил влажную дорожку от моей щеки до шеи, спускаясь все ниже и ниже, пока его дыхание не опалило грудь.
Мои пальцы впились в его спину, оставляя глубокие царапины. Миг... и мои сосок оказался во влажном и теплом плену.
– Ма-а-акс, - тело выгнулось, а внизу живота буйным цветом расцвело желание, грозящее поглотить с головой.
– Тшш, - и он плавно стал перемещаться все ниже и ниже, а потом... Это что-то невероятное и невообразимое. Его руки, губы, язык...
– Сейчас будет немножко больно, - прикусив мочку уха, прошептал Ветер... А потом на миг накрыла боль, и мир треснул, рассыпавшись на миллиарды разноцветных осколков... Мы были единым, неразделимым целым... Экстаз...
Я заснула лишь под утро, впрочем, как и он. Это счастье... Действительно, счастье.
– Я люблю тебя, - прошептала, глядя на спящего мирным сном парня, а потом уснула и сама, прижавшись к его боку.
– А я люблю тебя, - прошептал парень, распахнув свои голубые, как летнее небо глаза. Виолетта уже спала и улыбалась во сне,- Ты мое счастье, доставшееся слишком высокой ценой. Но обстоятельства, - улыбка сползла с его губ.
Холодное солнце ноября вставало над миром. Он не ведало пощады, хоть и знало, что их любовь сильна, но ее слишком мало, чтобы перебороть обстоятельства...
Спал город, спали дома и люди, а парень с голубыми глазами все так же смотрел на свое счастье, пусть и такое недолгое...
Месяц спустя
Декабрь... Никто даже и не заметил, как зима прокралась в город. Просто в один момент вдруг с серо-дымчатого неба стали падать крупные и мягкие хлопья снега, похожие на мотыльков... И падал снег, занося дома, укрывая дороги белым пуховым одеялом. Застыла река, на окнах появились морозные узоры. Природа заснула мертвым сном в ожидании прихода весны, а моему счастью не было предела. Я, наконец-то, была рядом с Ветром...
– Эта любовь не дожила до утра,
И до зимы она не дожила,
И, намотав немалый километраж,
Она ушла искать другой рай.
Эта любовь не дожила до семьи,
И до детей она не дожила,
До волосков не дожила седых,
Зато дождем холодным пролилась, - доносилось из динамиков, играющих в машине Макса, который вез меня в аэропорт. Уезжаю в Германию на два года, оставив свое сердце здесь, в России. Эта песня... Знать бы тогда, что она станет пророческой, но нет, я этого не знала.
Одно радует - удалось окончить университет экстерном, так что теперь в сумке лежит красный диплом.
– Не забывай писать и звонить, - в аэропорту нас уже ждали Алинка и Серега. И вот теперь подруга рыдала на моем плече, заливая куртку слезами.
– Да ведь не на север еду, - отшутилась я. Сейчас между нами всеми висела какая-то напряженность и неизбежность, а сердце щемило от предчувствия беды.
– Я буду ждать, - прошептал Ветер, крепко обнимая меня, после того, как удалось успокоить подругу, перекочевавшую в объятия Сереги.
– Я люблю тебя, - мой шепот, и тишина, повисшая между нами... Он так и не ответил, ни тогда, ни сейчас... Он просто впился в мои губы требовательным поцелуем, заставляя забыть обо всем на свете...
– Мы вам не мешаем?
– раздался ехидный голосок Сереги.
– Я плавно перекочевала в его дружеские объятия.
– Не верь ему. А вот это почитай на досуге, - в моих руках оказалась газета, которую я тут же развернула и начала читать...
... Вчера общественность узнала о прекрасной и чистой любви графа Максимилиана Ветрова и княгини Амалии Светлой. Эта пара объявила о своей помолвке всем присутствующим в ресторане "Надежда", - там было написано что-то еще... но буквы расплывались, а перед глазами до сих пор стояла фотография напечатанная в газете... Амалия и Макс... Такие красивы и счастливые... В его глазах плескалась та теплота и нежность, которых я никогда не видела, когда он смотрел на меня... Там были только холодность и какая-то отчужденность... Значит, он все это время врал... Почему, почему так? Неужели я проклята? Почему моя любовь не дожила до семьи? Почему мечта рассыпалась замерзшими лепестками алой, как кровь розы?! За что?!!! Из глаз, оставляя на щеках мокрые дорожки, побежали слезы...