Чтение онлайн

И теперь больше нет того маленького ребенка, который жил во мне. Он погиб там, в авиакатастрофе. Первое время было очень сложно - пересмотреть свои взгляды на мир, но людям свойственно быстро адаптироваться. Я привыкла.

– Замерзнешь, - на мои плечи опустилась чья-то куртка.

– Ч-что т-ты здесь д-делаешь?
– заикаясь, выпалила я, развернувшись лицом к Розарио. Страшно. А вдруг он решил по-быстрому со мной расправиться и закопать мой хладный трупик прямо здесь, под яблоней?

– Стою. А что, нельзя? Ты, напоминаю, никто, - в его голосе звучало такое пренебрежение, что хотелось сбежать и забиться в какой-нибудь угол, чтобы он не нашел меня.

– Почему ты меня ненавидишь?
– сорвался вопрос с моих губ.

– Ненавижу?!
– казалось, что парень был ошарашен моим вопросом.
– Думай, как хочешь! Я не обираюсь отвечать на твои дурацкие вопросы, - Розарио засунул руки в карманы, и только тут я заметила, что он стоит в одной футболке. Наверное, ему холодно.

– Ты замерз?
– стянула с плеч его, такую теплую, куртку, протягивая ему.

– Оставь себе, - по его рукам волной пробежали мурашки. Не мытьем, так катаньем. Я подошла ближе к парню и обвила его торс руками, уткнувшись носом в шею и накрыв нас курткой.

– Только молчи. Ничего не говори, - прошептала, едва касаясь его губ и чувствую, как напрягается его тело. Да, я понимала всю абсурдность сложившейся ситуации, но по-другому не могла. Просто нуждалась в поддержке вот этого парня, которого так сильно побила жизнь, который так сильно ненавидит меня, что не может жить. Видимо, это моя карма - нуждаться в тех, кто предпочитает, чтобы я не существовала на свете.

– Знаю, что причиняю тебе слишком много боли. Прости меня за это. Но одно хочу тебе сказать - я никогда не пыталась заменить Джексон, занять ее место. Она это она. Мы совершенно разные, просто моя жизнь там, в России, пошла под откос. Слишком много всего играло против меня. Не нужна родителям. Парень, которого безумно любила, всего лишь издевался надо мной, о чем и узнала в день своего отлета из страны. А потом был взрыв... Самолет разломился на две части и стремительно полетел вниз. Где-то слышался плач маленьких детей, в глазах которых застыл смертельный ужас. Они так жались к своим родителям, - воспоминания прорвали преграду, выплеснувшись единой волной, - взрыв... Не помню, как я смогла выбраться оттуда. В голове билась лишь мысль о том, чтобы мои ребенок выжил, увидел этот мир...
– голос сорвался, а пальцы, вцепившиеся в футболку парня, мелко дрожали.
– П-прости... Я перегнула палку, - с трудом отцепила неподчиняющиеся фаланги от его рубашки и медленно отстранилась, опустив глаза. А затем, резко развернувшись, пошла обратно, к дому.

Но далеко уйти мне не дали.

– Стой. Odi et amo, - прошептал Роз, притягивая меня ближе к себе и стирая кончиками пальцев слезы, бегущие по щекам. Я не поняла, что он сказал, поэтому уткнулась носом в его шею, позволив себе несколько минут побыть слабой женщиной, которая хочет понимания и заботы, хотя бы на какой-то миг...

Это был, наверное, единственный раз, когда он не орал на меня и не поливал грязью, а дальше все вошло в обычную колею.

– Стеша, мое солнышко, - шептала я, глядя на малышку, которая забавно причмокивала губками, поглощая молоко, - Ты так похожа на отца. Надеюсь, что он тебя никогда не увидит, - медленно скрипнула дверь, а в следующую секунду в дверном проеме появился тот, кто отравлял мою жизнь. Я даже не успела прикрыться. Немая сцена. Розарио стоял и пожирал мою обнаженную грудь глазами.

– Ты...
– он не договорил, сжимая и разжимая кулаки.

– Противно? Уйди отсюда, - прижала малышку еще ближе к себе, пристально глядя в глаза парня. Сейчас, я в любой момент могла на него броситься, как разъяренная тигрица, защищающая своего ребенка. И только Стефания сдерживала меня.

Розарио сделал два шага вперед, тут же очутившись со мной рядом и, схватив пальцами подбородок, коснулся моих губ поцелуем. Таким обжигающим и собственническим, грубым. Его тонкие изящные пальцы запутались в моих волосах, притягивая меня ближе.

Я пыталась одной рукой оттолкнуть парня, а другой все так же удерживала малышку на руках, поэтому ничего не могла сделать. Ничего. Хотя... Через секунду мои зубы впились в нижнюю губу нахала, отчего тот быстро отстранился от меня.

– Тварь, - прошипел он напоследок, уходя и громко хлопая дверью. Этот звук, казалось, вывел из оцепенения.

– Ведь нам никто не нужен, правда, моя хорошая?
– сквозь слезы, появившиеся так незаметно, смотрела на улыбающуюся дочь, которая, видимо, радовалась сложившейся ситуации, - понимаешь, я не хочу наступать на одни и те же грабли. Это слишком больно, а во второй раз... Вряд ли смогу пережить предательство человека, которого люблю. Меня опять сломают, а затем выкинут за дверь, как куклу, ненужную ребенку. Розарио очень хороший. Он добрый, заботливый, любящий. Но есть одно но... Этот человек не для меня. Ты не представляешь, как сильна его ненависть ко мне, - шептала я, изредка вытирая бегущие по щекам слезы.

На следующий день все было просто, но вместе с тем одновременно сложнее. Вновь игнорировать одного человека не составляло особого труда, но его взгляд, направленный в мою сторону... Он прожигал насквозь как будто видя, что твориться внутри моего сердца.

– Эй, ребята, какая муха вас укусила на этот раз?
– Стефан сидел на диване, держа племянницу на руках. Девчушка улыбалась, глядя на своего дядю ясными голубыми глазами, а на ее розовых щечках показались ямочки.

– Его паровоз раздавил мою кошку, - буркнула , откусывая кусочек печенья и запивая мучное изделие кофе.

Надо сказать, что за последний год, я сильно прикипела к печенюшкам, которые брат покупал в кондитерской, недалеко от дома. Печенье там было просто обалденно вкусным.

– Знаете, вы уже достали, честное слово, - не выдержал брат, - разберитесь, наконец, со всеми своими проблемами и не выносите сор из избы. Завтра концерт, и Джек едет с нами!
– Стефан на ходу допил свое кофе и ушел на второй этаж, что-то напевая себе под нос, при этом прихватив с собой малышку.

Ненавижу, когда он так себя ведет! Эти ультиматумы. И самое интересное - ему никто не перечит. Он у нас негласный лидер.

– Ничего не желаешь мне сказать?
– Розарио медленно поднялся из-за стола, подходя ближе ко мне. Не знаю, но почему-то я его боюсь. Какой-то он странный.

– Ты дурак! Это факт! Выводы предоставлю позже, - допив кофе, резко встала из-за стола, отодвигая стул, - а еще мне надоела эта неопределенность.

– Самой-то не смешно? И неопределенность...
– парень на секунду задумался, будто подбирая ответ и решая что-то для себя, - все-таки я тебя ненавижу. Сильно ненавижу.