Чтение онлайн

«Я верю, что ты выходишь за пределы досягаемости».

Белый нарисованный круг в небе сказал ей, что сейчас середина утра, так что то, что она хотела найти, будет… там. Она быстро перешла улицу, чтобы взять газету, которая пыталась раствориться в сновидении. Подобные предметы оставляли лишь мимолетные впечатления от реальности, и, несмотря на ее немалое мастерство, этот исчез всего через несколько мгновений. У нее было более чем достаточно времени, чтобы прочитать «5 января 1813 года». Завтрашняя встреча.

Она очнулась ото сна и некоторое время лежала неподвижно, наслаждаясь ощущением возвращения в физическое тело, будто ее душа улетела из него, не привязанная, в другой мир.

— Он все еще занимается шантажом, — сказала она, напугав Дафну и Сесси, — и завтра, дамы, он будет наш.

***

Было странно прятать свои красные перчатки под тяжелой меховой муфтой, но Дафна сказала:

— А если слух об этом дойдет до лорда Эндикотта? Мы пока не хотим, чтобы он узнал о твоем участии, — и София была вынуждена согласиться с ней. Если они сумеют сделать вид, что Кинга схватили из-за его собственной беспечности, лорд Эндикотт, возможно, не будет так быстро защищаться от новой атаки Софии.

Они также обсуждали, стоит ли идти всем троим или только Софии. Сесси указывала, что три женщины, отправляющиеся за покупками вместе, будут обычным зрелищем, а Дафна жаловалась, что не хочет оставаться в стороне от веселья, но в конце концов они решили, что София должна пойти одна.

— Как бы мне ни хотелось увидеть лицо Кинга, когда он поймет, что проиграл, — сказала Сесси, — я думаю, что люди, подобные нашему мистеру Пэррису, довольно робки, и если мы все бросимся на него, как полк с холма, он может нас подвести.

— О, ба, ты не должна быть такой разумной, — сказала Дафна.

В этот момент, когда экипаж Сесси трясся, катясь по неровной дороге, а холодный сквозняк просачивался сквозь щель в том месте, где капот был плохо соединен с крышей, София почти желала их общества. Она не верила, что это нарушает дух ее соглашения с Сесси — не говорить ей, как она волнуется из-за предстоящей встречи. София знала, что ее сны верны, знала, что сама она точна, и все же воспоминание о последнем письме с Боу-Стрит заставило ее съежиться.

Этот человек, этот Джеральд Пэррис, не посмеет усомниться в ее правоте; ее репутация была незапятнанной, по крайней мере, в глазах публики; ей не нужно было бояться рассказать ему свой сон. Ей следовало бы беспокоиться о том, как он отреагирует на ее откровение о том, что она знает его тайну. Убедить его, что она не тот шантажист, о котором он должен беспокоиться, будет непросто.

Карета проехала по Пэлл-Мэлл и остановилась у места назначения, Питер открыл дверцу и помог Софии выйти, что было еще труднее из-за ее нежелания вынимать руки из муфты. Еще несколько экипажей проехали мимо, направляясь в другую сторону, и обычно спокойные лошади беспокойно гарцевали. София подумала, что ее нервозность заразительна.

— Я скоро вернусь, — сказала она Питеру и проскользнула через парадную дверь дома 89 по Пэлл-Мэлл в «Хардинг, Хауэлл и компания».

То, что Кинг осмелился шантажировать любого в этом бастионе женской моды, битком набитом шелками, кружевами, мехами, муслинами и всем прочим, что может понадобиться женщине с большими деньгами и желанием быть в первых рядах общества, поразило Софию своей откровенной наглостью. Здесь даже пахло богатством, хотя, скорее всего, это был запах мехов, которые гладили и оценивали покупатели по обе стороны двери. София продолжала медленно двигаться, ожидая, что продавщицы заметят ее в дорогом муслиновом платье и лазурно-голубой шляпке, которую она почти никогда не носила, потому что та кричала о деньгах! Меха действительно были прекрасны. Когда-нибудь ей придется отправиться в настоящую экспедицию за покупками.

Краем глаза она заметила мужчину в плохо подогнанном черном пальто — наверняка магазин захочет, чтобы его служащие были хорошо одеты — и галстуке, накрахмаленном так тщательно, что он, вероятно, мог бы стоять сам по себе, приближающегося к ней, прямо перед одним из его приятелей, чья внешность была немного более еловой. Их сходство с парой охотничьих собак, пытающихся загнать в угол одну и ту же лису, заставило ее скрыть улыбку.

— Чем могу помочь, мисс? — спросил счастливый продавец.

— Миссис, — поправила София, — и я хотела бы поговорить с мистером Пэррисом.

Продавец выглядел немного ошарашенным. София догадалась, что он считает, что респектабельные, богатые женщины не должны знать имен простых торговцев.

— Я уверен, что смогу помочь мадам, в чем бы она ни нуждалась.

— Мне нужно поговорить с мистером Пэррисом, — настаивала София, — хотя я уверена, что вы вполне справитесь со своей работой. — Если бы ей пришлось открыть красные перчатки, чтобы заставить его повиноваться, она бы это сделала, но это могло разрушить ее план. Она посмотрела на чересчур услужливого продавца и притворилась леди Даверил, которая, конечно же, не потерпит такого поведения.

Продавец покраснел и сказал:

— Сюда, мадам. — София последовала за ним через еще два широких проема, каждый из которых был увенчан рядом вентиляционных ламп, и направилась к стойке перед стеной с ящиками и полками, полными картонных коробок. Большие полосы шелка и атласа свисали с колец, вставленных в колонны через равные промежутки по всей комнате. Продавец указал на прилавок, поклонился и отошел, словно упрекая в том, что она не оценила его услуг. София глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, и подошла к стойке. Все зависело от того, что произойдет дальше.

Глава двадцатая, в которой львица находит правильный источник воды

Мужчина за прилавком был старшим братом близнецом гида Софии, хотя его сюртук был из более богатой ткани и гораздо лучшего покроя, а галстук завязан сложным узлом, который, вероятно, имел название «Алгебраический» или «Монморанси». Он показывал кусок тёмно-красного шёлка пожилой женщине, съёжившейся в складках своей накидки, как барсук, уходящий на дно.

— Я уверен, мадам будет великолепно смотреться в этом цвете, он такой насыщенный, — уверенно сказал мистер Пэррис. Он взглянул на Софию, любезно улыбнулся своей клиентке, потом снова посмотрел на Софию, словно удивляясь, почему она не уходит. София стояла, крепко сжав руки в муфте, и ответила ему спокойным взглядом, который говорил, что она готова ждать его внимания целую вечность. — Это… это стоит каждого шиллинга, — продолжал уверять он.

— Не надо меня обманывать, молодой человек, — сказала пожилая женщина. — Я прекрасно знаю, что ваша задача — продать мне самое дорогое, что у вас есть, и выдать это за выгодную сделку. Что ж, мне неинтересна ваша игра. Покажите мне лавандовое ещё раз.

Мистер Пэррис кивнул, и София, к своему ужасу, поняла, что эта женщина из тех людей, которые целый день выбирают вещи и, в конце концов, ничего не покупают. Она была стара, богата и, скорее всего, скучала, а София не могла терять время. Поэтому она решила действовать.