Я не жалуюсь – я утверждаю,Утверждаю, что я побеждаю.Говорите, но будет иначе,победители тоже ведь плачут!Плачет ветер, и воет, и рвется,беспорядочно в небе метется,и рыдает, и крыши срывает,но однажды и он побеждает.Плачет дождь, и врывается в реки.Поднимает небесные веки –посиневшие тучи больные,и летят солнца ноты шальные!А костра непонятное знамяСвоей болью швырнет перед нами.Но глаза, как из сказки, лучились –у огня мы победе учились.Из воды, из огня, да из ветра мы телом,из нетленной души первым делом.По слезам да по звездам блуждая,я не жалуюсь – я утверждаю.1990 г.
«Я рву мечты, как письма рвут…»
Я рву мечты, как письма рвут.Я ночью слушаю пластинки.Вот, учинила самосуд –Все слезы превращу в песчинки.Все лишнее, в забытых днях,Напрасно было столько боли,Ведь тут, в декартовых осях,как на кресте в открытом поле.Всё, как Христа, не воскресить.Пойду к распятью – не молиться.Пойду спросить. Молить. Просить –мне б воскрешенью поучиться.1989 г.
«Зачем мне теперь…»
Зачем мне теперьмоя неповторимая жизнь?Зачем мне теперьвсе старые краски мои?И все возвращаетсядавняя-давняя мысль,крестись-не крестись –привидение нашей любви.На зеркале пыль –подойду и сотру, чтоб смотретьУвижу себя в нем,и солнце в открытом окне,и ветер качаетпрозрачную, легкую сеть,и теплые тениползут по знакомой стене.На памяти пыль –а что я увижу за ней?Увижу ли мир настоящий –не этот мираж?За это отдатьмне не жалко настенных теней,да только решитьсяне смею на этот пассаж.Я знаю – есть Свет.Я читала про неба глаза.Недаром же людилюбили смотреть в небосвод.Есть сила, что к жизни,к земле возвращает назад,и та, что уноситв галактики прямо вперед.Я слишком люблюсвою неповторимую жизнь.и слишком люблювсе старые краски мои.Зачем мне теперьта давняя-давняя мысль,крестись-не крестись –привидение – призрак любви.1990 г.
«Вот он лежит спросонок…»
Вот он лежит спросонок –мир – смотрите, молчите.Ваш сумасшедший ребенок,ваш Великий Учитель.Я все мечтаю заранеео том, каким же он станет.Растут драгоценные камниПрямо в горшках герани.Птицы летят со стонамии непостижимым смехом.Между живыми колоннамимне отвечает эхо.Немею и холодею,себя с ним ближе знакомя.Я поняла, где я:я просто в пустом доме.1991 г.
Медитация
Собраны нервы –и брошены в точку.знаю: шаг первый –самый точный.Самое верное – первое слово.И – уходите,не ждите второго!Сказано – сделано.Снилось – случилось.Нотное заревов воздух явилось.Слышите?Дышит.Смотрите – танцует.Ветер вселенскийсквозь стены дует…Сквозь потолок – не видите звезды?Нотный поток –и снежный, морозный,странный, счастливый,теплый… Что тело?Куда-то от тела душа улетелавзглянуть на свободные звездные дали,чтобы прощать – и чтобы прощали.1991 г.
«Я в этом мире – всего лишь эхо…»
Я в этом мире – всего лишь эхо,твоя ученица, Дед Мороз,не надо счастья, не надо смеха,не надо слез.Лететь мне светом, чужим аккордом,узором зим,временем странным, пространством гордым,словом своим.1991 г.
«Может, просто сова на осенней скале…»
Может, просто сова на осенней скале,На осеннем пейзаже сова-нелюдим.Пусть не зная, зачем, на планете Землепо галактике едем, а там поглядим.Время скачет по нотам, и этот напевповторяется день, повторяется ночь.Подожду. Может быть, ничего не успев,я успею стихами кому-то помочь.Время кинулось вскачь, зря гонюсь, может быть.Не успею закончить, не успев и начать?Мой будильник устал ежедневно звонить,мое сердце устало еженощно стучать.1992 г.
Церковь – музей
Иконный сумрак в ряд,здесь вслух не говорят,здесь служба не идет,здесь свечи не горят.Хоть нечего сказать,но сердце не болит,но – некому мешатьмолиться без молитв.Вот сторож в полутьмебредет полуживой.Играет луч в окне –свободный и святой!Тихонько заблеститна завитушках рам.Никто не повторитнеслышимое там.1993 г.
«Когда между собой и вами свет помирю…»
Когда между собой и вамисвет помирю,я формулами, не словамизаговорю.Потом – согласный ли, ударныйстроки бросок.И вот – не перпендикулярно –наискосок.Нет, не напрасно выносилагруз новостей.Я ведь о счастье расспросилау жизни всей.И все, что видно не глазами,взойдет в крови.Ведь Истина – не со слезами,а от Любви.Под куполом любим недаромпроходит звон –ведь порождаем не ударом,а Небом он.1993 г.
«Качается дом…»
Качается домпод лиственный шум,качается томненаписанных дум,качается шарзасыпающим днем.Закат – как пожарлиловым огнем.В воздухе – взрывнеоплаканных дней,в сердце нарывмолчит все сильней.Вянут цветыперед окном,такой красотыне имея днем.Ближе волна,Сильнее накал.Каждый – сполнанайдет, что искал!Кто чего ищет –не знает сам,Мы, духом нищие,все – к небесам.День все уходитв свою благодать.Где этот деньзавтра искать…1993 г.
«А Земля – тоже Небо. Хоть годы идут…»
А Земля – тоже Небо. Хоть годы идут,рядом дерево листья на ветер роняет,я роняю слова, я теряю маршрут,но души не теряю, и она это знает.Рядом ветер подхватит последний листок,рядом окна засветятся за поворотом.Ветер – всех неприкаянней. Так одинокне бывает никто ни в какую погоду.Это счастье увидеть даже осень весной,эти лужи, доплывшие до магистрали!Слышу – пахнет закатом, землей и луной,и всем тем, что давно уже нам рассказали.Перекресток – и дом, во всем мире уют.Смотрит глаз неморгающий взглядом далеким.А спешить уже некуда!Больше не ждутни глаза,ни вокзалы,ни ноты,ни строки.1993 г.
«Душа – актер, а внешний вид – герой…»
Душа – актер, а внешний вид – герой.Сюжет – трагедия, актер живой.Но, на абстрактных темах драмы строя,замучил Режиссер Героя.«Прекрасным» критик все это назвал.Актера забросал цветами зал.А образы, что в драме были в горе,не знали ничего о Режиссере.1994 г.