Ушла в себя. Когда – разве важно в точности?Услышала, секундные стрелки теребя,что нет там никого, там только я – в одиночествебреду все по пустынным просторам себя.В пустыне той – луна и далекое зарево.Слушаю пески – сама не пою.Я, может, доберусь еще живой в свой террариум –вот, тень взяла и дудочку свою.Запомнила – какое-то большое растениетак звонко цветет у ворот, не дыша!Спокойной ночи, всё! Ты – мое сновидение:в любой песчинке спит моя душа.И новый, будто мир (не зная, не старь его),собор моих снов со мной кочевал.Там, может быть, розарий, и совсем не террариум,а может, не розарий, а вокзал.Что ж, тень моя, давай быстрее ворочаться!Край моего пути – и край твоего.Я, может, доберусь еще в свое Одиночествои, как картину, разобью его.1995 г.
«Я была на Земле…»
Я была на Земле,когда выли метели,и смотрели с закатасны без ответа,и нельзя было крикнуть,и летели, летелиразноцветными клочьямидни против ветра.Наезжая на время,душили спокойно,и, прижатые к стенкевсеми ветрами,гасли тихопоследние свечи без боя,навсегда не успевобменяться словами.Я была на Земле.Эхо знает – была.Темно-синим отчаяньем,лампой ночной,вырывая из Песни,она позвалато, что стало снежинкой,что сделалось мной.Я запомнила временибыструю сеть,одиночество эхав зеркалах бесконечности.И как трудно уметьне моргая, смотретьна призрачный следединственной Вечности.Как качались Весыот дыхания звезд,как менялись цветапо солнечным ритмам.Но часы для душипробили вопрос.Они долго звенелина перроне открытом.Я была на Земле.1993 г.
«Снегом свалится небо талое…»
Снегом свалится небо талое.чтоб потом понять – за пределами,я мелодию небывалуюВдруг из нитей невидимых сделаю.Вечность духа – словесной силе бы.За минутами оголтелымиНебо вдруг – необычно синее.Рассмотрю его за пределами.А зачем оно – небо белое?Небо синее – этой вечности?Небо белое за пределами,вечное,за чертойбесконечности.1993 г.
«Я в одиночестве играю на рояле…»
Я в одиночестве играю на рояле.Я прихожу сюда во сне нередко.В каком-то неземном, нездешнем, залеразбрасывается земная клетка.И свежий воздух льется водопадом,но мне так душно в зале до рассветапод взглядом бесконечной колоннадынемых, не разорвавшихся сюжетов.И голос поднимается из клавиш,и улетает в дальний космос нервно.Земное сердце – что же ты так давишь?Цветами распускаешься, наверно.Рассыпанные бусы. Гулкий грохот.Сгорают мысли в неподвижной свечке.Играю сказку – разве это плохо?для гномов, задремавших на крылечке.1993 г.
«Мне кажется, что помню я…»
Мне кажется, что помню я,Что в небе след был – от звезды.Вся круглая земля моявидна отлично с высоты.Зачем-то это напишу,пока открыты звезды все,пока, задумавшись брожу,по тихой млечной полосе.Я поищу ответа тамо том, как лучше строить дом,и как не дать своим чертамисчезнуть в зеркале кривом.Проходит день, проходит ночь.Проходит давняя гроза.Как отторженье превозмочьи снова сдвинуть полюса?Как объяснить квадрат крестом,Как сделать из квадрата круг,Как жить потом, как строить домбез милых слов и адских мук?Я что-то старое поювесенним вечером земным,и тихо строю жизнь мою,тот призрак, что неповторим.А память дней и боль минутпотом оставлю за спиной.Я знаю, что меня поймутпо звездам шедшие со мной.1993 г.
«Может быть, я и правда смертна…»
Может быть, я и правда смертна,но душа – от смерти лекарство.Я учусь у тебя, Герда,растопить ледяное царство.По земле я хожу тихо.Может быть, улечу однажды.Я учусь у блага и лиха,иногда их учу даже.Я учусь у всего снова,я писать научусь у Кая,из тепла я сложу слово.Только это сказка другая.
«И Небо остается без меня…»
И Небо остается без меня,и я так часто остаюсь без Неба…Какие-то обрывки слов храня,какие-то молитвы среди дняв цветную небыль…Проходят мимо лица облаков,И даже с ними говорить не надо,хотя они – не очень высоко,всему, что выше, мы уже не рады…А небо ждет. В асфальт влипаю яв поисках неба на клочке бумаги.И часто Богом кажется заря,и адом часто кажутся овраги.1991 г.
Объяснительная (студенческое)
Белка с ветки слетела, с неба ли,но так мило.А зачем, чтобы все это было?А зачем, чтобы этого не было?Белка в руку приходит лапкамиИ зверушкиными глазами.Нас бы не было – мы б не плакали,может, плачем – и исчезаем.Расцветает что-то неясное,Громыхает дуэт с богами –то ли синее, то ли красное,то ли белое под ногами.Это парк. Обычный, неубранный.По утрам я топчусь в этой гамме.Я спешу усталыми, грубыми,невнимательными шагами.Нет, мне некогда с этим возиться,есть задание – и исполню я:мне б – в бетонные стены вместиться!Сердце бы застегнуть на «молнию».1990 г.
Эхо
Плохо – стужа, осень – хуже,что нам нужно?Все не вечно и чревато –что же свято?Кто же в рай, кому же демон,Да и где он?Что налево, если здраво,что направо.Что направо сплошь неправы,что налево.И поют напевы девыда припевы.Странно – хоть и не тягучи,невезучи.а по небу бродят тучисерой кучей.Запахнись – и сгинь по старымтротуарам!не дается время дароммемуарам.Уберите этот ливень –несчастливень!побреду за горизонт.Где же зонт?Промелькну своим зонтомпод мостомто на этом берегу,то на том.Как бывает весь измятдаже взгляд!Только фонари горятровно в ряд.От земли до неба сырэтот мир.Туча-туча, где ж ответ?Его нет.1989 г.
Осень
Ракурс – осень на своем престоле.Что-то с осенью. В себе ли, в ней,я сижу без света и без боли,думая о смерти и весне.А потом на набережной в сумеркахбудут тучи помнить – не о нас.Слушая, как день прошел, и умер как,за ближайшим зданием погас.Льдиною перед дворцами льдиннымизамереть на вдохе, не крошаветер, улетающий с любимыми.Время отлетело, как душа.Осень – только половина лета.Тише звук. Отчетливее зов.Боль – всего лишь половина света,боль – это деление часов.В первый раз ли душу мы забросили?Зов души – или галактик вой?Я частица этой старой осени.Я частица старости самой.Боль – лишь третья половина лета.Осень – громыхание часов.Хлопает незапертая где-тодверь – и скоро отлетит засов,Глаз кошачий с Северного Полюсаотмеряет синие цветы.Мы куда-то постоянно молимся,у черты темнеющей воды,На восходе пролетела яркая,пролетела странная звезда.Я, спросонья тапочками шаркая,снов не понимаю иногда.91 г.
Ноты
– Собственно, кто ты? –спросили ноты.– Не знаю, –ответила я.– Здесь много работы, и эти высотыне для тебя!Кто был, не скроем,нашим героем,какойнас творили рукой!Зачем, отвечай,нарушить наш райпришла?– Но я же без зла.Хочу хоть на волосуслышать ваш голос.что вам за рай в тишине?Я без амбиций,и без репетиций,я – только тень на стене…Ни вами, ни ими…Зачем быть немыми?и ноты немые, и я.Давайте друг другуболтать через рукусказки сего бытия?Да, много работы, и эти высотыне для теней на стене!Давайте – торгуясь:чем лучше пойму вас,тем больше расскажете мне?– И все-таки – кто ты? –спросили Ноты.– Я нота, – ответила я.я старая сказка, крещендо, развязкаи пауза бытия.1992 г.