Чтение онлайн

И вот тогда ему подсказали, что в России испокон веков действует железное правило: «Не подмажешь – не поедешь», по-английски «брайб», то есть «взятка». Он не понял. Хаммеру популярно разъяснили: сперва надо дать на лапу. Прошло немало времени, прежде чем Хаммер сообразил, что от него требуется. Кому и сколько дал – это тайна. Зато он получил дельный совет: не мозолить больше глаза в Москве, где к нему уже присматривается товарищ Дзержинский, который не любит недобитых буржуев. И лучше ему отправиться на Урал и оказывать там помощь больным и голодающим. Нужные бумаги он получит. А потом, наработав таким образом экономический и политический капитал и доверие, может возвращаться в Москву. Тогда Ленин его непременно примет.

Хаммер намек понял и срочно выехал из Москвы. Он направился на Урал. Нужные бумаги у него были. Остановился в Екатеринбурге, где решил заняться торговлей. В городе и округе действительно свирепствовали болезни, голод. За любые поставки зерна ему предлагались шкурки соболя, песца, других пород ценных зверей. Хаммер довольно потирал руки: на этом можно было хорошо заработать. Он не забывал и про драгоценные камни. Молодого предпринимателя из Америки везде встречали с распростертыми объятиями. Большой популярно-стью пользовались его рассказы об отце-коммунисте, попавшем за свои убеждения в американскую тюрьму.

Благодаря его усилиям в Уральский регион было направлено американское зерно на сумму 1 миллион долларов. Голодающие были спасены. А на кораблях в Америку уплывало национальное достояние: ценнейший мех, драгоценные камни, антиквариат. На какую сумму? На сколько миллионов? Но кто тогда подсчитывал?

Хаммер был очень доволен. Его благородное деяние не осталось незамеченным. О нем сообщили в Москву, Ленину.

И вождь Октябрьской революции обещал принять его. Хаммер со счастливой улыбкой вернулся в Москву. Там, на Урале, он усвоил еще несколько золотых российских правил: «Не имей сто рублей, а имей сто друзей», «Не пойман – не вор». Теперь он знал, как расположить к себе главу Советского государства, он готовился к большому разговору в Кремле.

Разговор по душам

Скорее всего, разговор по душам в Кремле с Лениным – это большая легенда. Тем не менее передадим ее в интерпретации самого Арманда. Других свидетелей той далекой встречи никогда не было. Вот что говорит о ней в своей книге воспоминаний «Мой век – двадцатый» сам Хаммер.

«Нам не нужны врачи, – якобы убеждал его Ленин, – нам нужны деловые активные люди, такие, как вы. У вас здесь большое поле для работы. Я окажу вам любую поддержку. Приступайте». И все? И все! Короток же оказался тот «большой» разговор по душам в Кремле с руководителем первого в мире государства рабочих и крестьян. С Гербертом Уэллсом Ленин беседовал куда более обстоятельно. Разговора хватило на целую книгу.

В любом случае на память о том разговоре Ленин якобы подарил Арманду свою фотографию и сделал на ней надпись: «Товарищу Хаммеру…». Было, не было? Не похоже на вождя Октябрьской революции. Чтобы он таким образом раздавал автографы? Не любил он такой популяризации, скромный был человек. Но не будем ворошить прошлое. Хаммер сделал очень верный ход, можно сказать исторический. Та фотография с надписью осталась у него и сыграла большую роль в его жизни.

Как сообщал позднее Хаммер, Ленин посоветовал молодому предпринимателю из Америки приобрести концессию для производства асбеста. И вот доктор Хаммер, который совершенно не разбирался в строительных материалах, отправился в Штаты, нашел капиталистов, готовых вложить деньги в создание предприятия. И ему действительно удалось наладить производство асбеста. Более того, он осуществил импортные поставки товаров из США и других стран в Россию, убедил американских капиталистов в выгодности торговли с этой страной.

Экономика Советской страны со скрипом стала приходить в норму. А Хаммер размышлял, куда ему следует еще вкладывать деньги. В 1925 году он вспомнил совет Ленина, который говорил ему, что советскому народу надо учиться, учиться и еще раз учиться, и построил в Москве карандашную фабрику. Он снова был при большом деле, затеял производство, в котором мало что смыслил. Но бизнес сулил неплохой доход. Он переехал в Германию, познакомился с новейшим оборудованием. И вот уже дешевые советские рабочие трудятся на высокопроизводительных немецких станках. Фабрика выпускает карандаши, в которых так нуждается неграмотная Россия. Сначала сотни, потом тысячи, а затем десятки тысяч. Обеспечена Москва, ближайшие города и далекая провинция. Карандашей столько, что Хаммер направляет их в Китай, в другие страны и снова зарабатывает неплохие деньги.

Позднее Брежнев и Горбачёв во время доверительных бесед, как всегда без переводчика, с восторгом рассказывали Хаммеру, что они в школе писали карандашами с обозначением фабрики Хаммера. Они воплощали на деле призыв вождя к учебе. В музее Ленина в Кремле со временем появилась картонная коробочка с карандашами Хаммера. Только вот большевики зря поторопились с переименованием. Невинно загубленные в Америке рабочие итальянцы Сакко и Ванцетти никакого отношения к той фабрике не имели. Ее основателем был действительно Хаммер.

В 1920-е годы Хаммер стал жить в Москве на широкую ногу. Из Ялты он привез красавицу жену, блондинку, певичку Ольгу Вадину, называвшую себя дочкой белого генерала фон Рута. На Садово-Самотечной он получил в полное распоряжение солидный многоквартирный дом, который переделал по своему вкусу и куда свозил накопленное богатство: из Сибири соболиные меха, необработанные камни, из Петербурга антикварную утварь, которую ему продавали по дешевке, а то и отдавали в обмен на что-нибудь съестное.

Постепенно его квартира превратилась в музей искусств, в котором можно было полюбоваться на полотна выдающихся художников России, посмотреть кузнецовские фарфоровые сервизы, увидеть редкие царские серебряные столовые приборы, полюбоваться пасхальными яйцами Фаберже.

Со временем Хаммер становится представителем 38 американских фирм в Советском Союзе. К нему в гости приезжали видные политики и экономисты, художники и артисты. Хаммер устраивал приемы. Он не стеснялся своего богатства: все заработано «честным» трудом. К тому же с ним был близок Микоян. Никто и не отрицал, что это его заслуга, когда Форд после разговора с ним согласился послать советским крестьянам свои тракторы. И Хаммера при этом не обделили. Это его заслуга, что в Нижнем Новгороде решили возводить автомобильный завод-гигант. И Хаммер на этом немного нажился.

Обширная предпринимательская деятельность Хаммера продолжалась до 1930 года. Давно закончилась НЭП, в Кремле сменилось руководство, которое проводило другую политику. И тут Хаммер почувствовал, что ему лучше подобру-поздорову вовремя убраться из этой страны. Чутье подсказывало, что Сталин не станет делать с ним бизнес. В Кремль его не приглашали. На него косились. В любой момент он мог оказаться врагом советской власти, кровопийцем-капиталистом, американским шпионом.

Уезжал Хаммер не с пустыми руками. Его никто не проверял, он был все еще уважаемым предпринимателем, известным торговцем, поэтому и загрузился полностью. Чемоданы, сундуки, свертки без числа… Носильщики сбились с ног, когда все это добро переносили на пароход. Зато Хаммер был доволен. На его счету в Америке осели миллионные прибыли, и он увозил с собой царский антиквариат, который скупил за бесценок. Он уезжал не один, а вместе с женой Ольгой. Правда, этот брак оказался недолговечным. Через несколько лет они развелись. Имущество не делили. Как Ольга нищей пришла к Хаммеру, так без средств к существованию и ушла от него. Вообще, на любовной ниве особых страстей Арманд Хаммер не проявлял. У него все было подчинено одной цели – делать деньги, не считаясь ни с кем и ни с чем.

Многолетний перерыв

С 1930-х и до 1960-х годов, пока к власти не пришел Хрущёв, Хаммер в Советском Союзе не появлялся. Ждал «оттепели». Она наступила после смерти Сталина, после разоблачения культа личности. Особую активность Хаммер развил в годы правления Брежнева. Но были у него и осечки. Причем очень серьезного рода…

Говорят, что та сцена так и не изгладилась из памяти легендарного миллиардера. В 1972 году в его номер люкс гостиницы «Националь» в Москве неожиданно вошли двое молодых людей, которые представились сотрудниками КГБ, предъявили удостоверения и попросили его предъявить свои документы и вещи. Пусть откроет чемоданы, саквояжи, сумки, папки. Понятые сейчас подойдут. Офицеры блестяще говорили на английском. Хаммер был в шоке – такого никак не ожидал. Не знал, что отвечать, а офицеры настоятельно потребовали предъявить им два письма Ленина, те самые, которые за взятку Хаммер приобрел у одного частного лица и пытался вывезти на Запад незаконным путем.