Чтение онлайн

Напомним, простая группа – это всегда минимум два соисполнителя и неважно сколько других соучастников (см. комментарий к ст. 33 УК). Соответственно, все более сложные формы групп – это тоже минимум два исполнителя. Понятно, что для преступной организации, например, это не актуально, уж там-то парочка рядовых исполнителей точно найдется, но для «группы по предварительному сговору» это вполне применимо.

Интересный нюанс: если преступление совершали двое, но один из них невменяем или мал по возрасту (не субъект преступления), то группа все равно остается. Пример: воровали двое, но один из участников невменяем, однако группа все равно есть [29] . Логика, видимо, в том, что общественная опасность от совместного участия нескольких лиц (группы) фактически остается.

2. Признак «группы лиц» очень сильно ухудшает обвинение. А подпадание преступления под «оргпреступность» означает и особый контроль за расследованием, и усиленное наказание, и ужесточение некоторых правовых механизмов (например, по ст. 210 УК нельзя применить любимую адвокатами «64-ю», наказание ниже низшего), ухудшение условий УДО, конфискацию – в общем целый набор дополнительных неприятностей. Даже если в статье Особенной части нет указания на «группу лиц» – она все равно может появиться в квалификации как отягчающее обстоятельство п. «в» ч. 1 ст. 63 УК.

3. «Группы лиц» отличаются по степени организованности и очень упрощенно, просто для понимания, можно раскрыть их признаки так:

Группа лиц (простая) – это когда ситуативно, здесь и сейчас, два соисполнителя объединили свои преступные усилия. Например, один гражданин увидел, как второй гражданин бьет третьего (потерпевшего), ну и по какой-то причине, а может просто от удали молодецкой, первый гражданин начал помогать второму избивать потерпевшего. Вот так вдвоем, без всякого плана и договоренностей, два соисполнителя причинили потерпевшему «тяжкие телесные» и получили квалифицирующий признак «группа лиц» (ч. 3 ст. 111 УК).

Группа лиц по предварительному сговору – это те же самые два незаконопослушных товарища, но вот только они заранее все обсудили, договорились совместно избить «этого потерпевшего», тем самым повысили уровень общественной опасности группы. Внешний отличительный признак такой группы – разрыв по времени между событием преступления и сговором, он может быть и небольшой.

Организованная группа – тут уже примером с двумя товарищами не обойтись. Это не просто заранее договорившиеся соучастники. Признаки орггруппы обязательно даются в решениях судов: устойчивость, сплоченность, высокая степень организованности, наличие организатора (руководителя), наличие заранее разработанного плана совместной преступной деятельности, распределение функций и ролей между членами группы, постоянство форм и методов преступной деятельности, наличие единой преступной схемы действий, соблюдение мер конспирации, длительность существования группы.

В пример орггруппы можно привести банду (ст. 209 УК), ту самую, именуемую в простонародье «шайкой». Только у банды есть дополнительные признаки – вооруженность (у простой орггруппы оружия нет) и особая цель (совершение нападений).

Преступное сообщество (организация) – это уже целый «спрут» с более сложной структурой, с преступными ячейками (отдельными орггруппами), которые могут про деятельность друг друга и не знать. Про преступное сообщество есть специальное Постановление Пленума ВС РФ, смотрим его по ссылке (QR-код).

Уточняющие признаки «групп лиц» применительно к некоторым конкретным видам преступлений есть в отдельных разъяснениях Пленума ВС РФ. Например, есть отдельные постановления по преступлениям в сфере предпринимательской/экономической деятельности [30] , по кражам, грабежам, разбоям [31] , убийствам [32] , мошенничеству, присвоению, растрате [33] , коррупционным преступлениям [34] , терроризму [35] , бандитизму [36] .

Эксцессом исполнителя признается совершение исполнителем преступления, не охватывающегося умыслом других соучастников. За эксцесс исполнителя другие соучастники преступления уголовной ответственности не подлежат.

1. Как защитный прием эксцесс исполнителя можно охарактеризовать народным выражением «моя хата с краю». Соучастники вместе «пошли на дело», но вот в ходе совершения оговоренного преступления один из них занялся самодеятельностью и сделал что-то такое дополнительное, преступное, что другие соучастники делать не хотели. Суть защиты сводится к тому, чтобы определенные преступные эпизоды «вешать» только на одного соучастника, исключая их из вины другого («это он сам, я не при чем»).

Такая защитная тактика может быть заранее согласованной между соучастниками, когда кто-то один берет вину на себя, а может и выводиться из обстоятельств дела без учета мнения слишком активного исполнителя.

2. В теории выделяют виды эксцесса исполнителя.

Количественный: когда «самодеятель» совершил лишнее преступление. Например, соучастники хотели побить потерпевшего (ст. 115 УК, легкий вред здоровью), а один из них «переборщил» и присвоил кошелек потерпевшего, о чем соучастникам не сказал (ст. 115 УК + персонально для него ст. 162 УК, разбой).

Качественный: когда кто-то из соисполнителей «перегнул палку» с тяжестью преступления. Здесь объяснение немного сложнее, поэтому приведем пример со ссылкой на реальное дело, чтобы была возможность детально отследить защитную логику.

Пример: сообщники договорились проникнуть в жилой дом и похитить из него какие-то ценности, то есть договорились о краже (ст. 158 УК). Один из сообщников остался сидеть в машине, готовиться к «совместной эвакуации» несознательных товарищей и похищенного «добра», а остальные пошли к дому и обнаружили в нем хозяйку. Однако это их не остановило, они в открытую проникли в дом и забрали на глазах шокированной хозяйки то, что хотели (это уже грабеж, ст. 161 УК). В итоге в кассации был признан эксцесс исполнителей, тех, кто не побоялся грабить – этих деятелей осудили за грабеж, а того, который «сторожил» в машине, осудили за кражу (он ведь только на нее соглашался) [37] .

Глава полезна защитнику в основном в части необходимой обороны (здесь действительно много судебной практики, разъяснений Пленума ВС РФ, возможностей так или иначе толковать события деяния). Другие механизмы (причинение вреда при задержании) относительно редки или очень тяжело реализуемы на практике (крайняя необходимость, необоснованный риск, исполнение приказа). Стоит учитывать, что есть практический смысл искать признаки даже малоприменимых механизмов не только в плане их «чистого» применения (для освобождения от ответственности), но и в качестве смягчающих обстоятельств (п. «к» ч. 1 ст. 63 УК).

(в ред. Федерального закона от 14.03.2002 № 29-ФЗ)

1. Не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.