Чтение онлайн

— Майкл сказал, что это несправедливо, что ты работала всю ночь, пока мы ели сморы, — сообщает мне Бейли. Благослови его господь. Он все еще продолжает с той бутылкой вина.

— Потому что это так, — бормочет Майкл. Судя по изгибу его розовых губ, он выглядит довольным, что его признали за участие в программе "удиви Санни завтраком".

— Мистер Даррел сказал, что мы должны приготовить фрай-джеки. — Бейли поворачивается и одаривает Даррела сияющим взглядом. — Верно?

Он хмыкает и кивает.

Основы общения с Даррелом Гастингсом.

— Правда, ребята. Я ценю это. — Я съеживаюсь, когда Даррел бросает жаркое на сковородку и бросается обратно, как ребенок под юбку матери. Мужчина ведет себя как военный сержант, но его пугает потрескивающий жир. — Как бы мне ни нравилось то, что ты делаешь, я не могу просто… — Майкл пробует свой лимонад на вкус, а затем насыпает в него галлон сахара. Моя рука слегка левитирует. — Сиди здесь и ничего не делай.

Перевод: пожалуйста, из любви ко всему, что есть хорошего в белизской кухне, впустите меня на эту кухню.

Бейли качает головой, еще больше убирая свои кудри от притяжения. Я начинаю думать, что мальчики "вкатились" на кухню в тот момент, когда проснулись. Даррел все еще выглядит немного сонным, а волосы мальчиков торчат во всех мыслимых направлениях, кроме как вниз.

— Сегодня нет занятий? — Спрашиваю я вслух.

— Мы отправляемся в путь через полдня.

— Потому что вчера были похороны бабушки, — поясняет Майкл.

Напоминание об их бабушке окутывает комнату видимым темным облаком. Огонек в глазах Бейли гаснет, и Майкл смотрит в кружку с лимонадом, как будто внизу он найдет лист с ответами на свои выпускные экзамены.

Я прочищаю горло и быстро меняю тему. — Какой фильм вы, ребята, смотрели вчера?

Майкл набирает обороты и начинает говорить о Бэтмене. Бейли постоянно перебивает, подпитываясь возбужденной энергией своего брата.

Я ухмыляюсь и подпираю подбородок костяшками пальцев, слушая оценку Майклом фильмов и присоединяясь, когда у меня появляется какая-нибудь мысль. Он на удивление начитан для одиннадцатилетнего ребенка. Меня это не удивляет. Он через многое прошел и ведет себя по-взрослому и сдержанно.

— Ладно, мальчики. Вымойте руки. Думаю, того, что у нас есть, нам хватит на ужин. — Даррел ставит на стол корзинку с фрай-джеками — могу лия вообще называть эти мерзости фрай-джеками?

Майкл обеими руками тащит ко мне тяжелую банку с лимонадом.

— Кто-нибудь накрывал на стол? — Спрашивает Даррел.

— Я сделаю это! Я поднимаю руку.

Он смотрит на меня, его взгляд любопытный и напряженный, как будто он пытается прочитать мои мысли. Я ерзаю. Почему он так на меня смотрит? Он ведь не знает, что я вломилась в его комнату и спала на его кровати, не так ли?

Ни за что. Даррелл не оставил бы детей одних в палатке в лесу. Он может быть грубым и раздражающим, но он также чрезмерно заботлив. Это обратная сторона такой чертовски осторожности. Он все переоценивает. Этим бедным детям предстоит жить с отцом-вертолетчиком на границе.

Еще один украдкой брошенный взгляд в его сторону показывает, что он все еще наблюдает за мной. Уверенная, что он просто пялится, потому что хочет знать, когда я уйду, я отвечаю ему хмурым взглядом.

Его брови подпрыгивают. Что? Он думает, что я буду мила с ним только потому, что он угощает меня углями в форме жаровни? Я не так уж отчаянно нуждаюсь в друзьях.

Закатив глаза в качестве невербального знака моего отвращения, я прохожу мимо него и открываю ближайший шкаф. Внутри ряд кастрюль из нержавеющей стали, которые выглядят так, словно ими никогда не пользовались. Я открываю следующий шкаф и следующий. Где тарелки?

— Сюда, — говорит Даррел.

Я вызывающе хмурю брови. — Я бы сама во всем разобраласьа.

Губы Даррела приподнимаются. На него подействовали все эти пары фрай-джеков? Что тут смешного?

Я отворачиваюсь от его трогательно сексуальной улыбки и тянусь к тарелкам в буфете. Без предупреждения он проскальзывает ко мне сзади. Его тело нависает над моим, и его глубокий голос рычит: — Позволь мне помочь тебе.

На кухне тепло от всей готовки, но все только что стало обжигающе горячим. — Я с этим разберусь.

— Уверен, что разберешься. — В его голосе слышится нотка веселья. Даррел хватает тарелки, вытягивает руки и прижимает меня к столешнице.

Я слегка поворачиваюсь и любуюсь его великолепной грудью. Он переоделся в светло-голубую рубашку, подчеркивающую его накачанные бицепсы. Он не брился, и щетинка вокруг его аппетитных губ зовет меня, как бекон.

Я облизываю внезапно пересохшие губы. На ум приходят воспоминания о сне прошлой ночи. Прижимаюсь к груди Даррела. Целую его пресс. Обвиваю руками его шею и тяну его на себя…

Дерьмо. Я ныряю под его руку и отворачиваюсь, моя грудь яростно вздымается.

Даррел бросает на меня невинный взгляд. — Ты в порядке?

Я киплю от адреналина и влечения, а он — Даррел Вонючий Гастингс.

Я не могу сделать это прямо сейчас.

— Отлично, — выплевываю я. — Где ложки? — Я топаю по комнате в поисках столовых приборов, радуясь, когда Бейли и Майкл возвращаются на кухню после мытья рук в ванной.

По крайней мере, когда здесь дети, взгляд Даррела не кажется таким… страстным. Что с ним такое? Как будто его взгляд изменился за одну ночь. Обычно в его глазах жесткий блеск, как будто само мое существование оскорбляет его. Сегодня есть… Я не знаю. Здесь что-то изменилось, и это выводит меня из себя.

— Как вам, ребята, спалось прошлой ночью? — Спрашиваю я, когда мы все усаживаемся за стол и разглядываем невкусную гору фрай-джеков. После коллективного вздоха страха, во время которого мы все замираем и гадаем, кто первым почувствует вкус, я разделяю одно для себя и кладу другое в тарелку Бейли. — Было не слишком холодно, не так ли?

— У Бейли потекли слюни. Как обычно. — Майкл поддразнивает тихо, но это передает суть.

Его младший брат бросает на него злобный взгляд. — Не правда!