Чтение онлайн

– Да, Анатолий Игоревич.

– Как я понимаю, Владимир Иннокентьевич пока по каким-то причинам не в состоянии связаться с любящим батюшкой?

– Ну да: он внимательно слушает нас.

– Тогда убедите его не торопиться… до прилета Григория Денисовича – он обеспечит соблюдение правил вызова, оглашения условий и самой дуэли. Кстати, Олег Леонидович, вы нас очень обяжете, если выберете публичный формат проведения этого мероприятия – личности, подобные этой, обязаны отвечать за свои проступки прилюдно . И последнее: я вам вот-вот скину один интересный документик – прочитайте его как можно внимательнее, ладно?

…Генерал Анциферов прилетел в «Ландыш» минут через сорок. К этому времени я успел и ознакомиться с «интересным документиком», и переварить информацию о «милых шалостях» Резанова-младшего, и сообразить, на что именно намекал Голицын, и самую чуточку остыть. Поэтому, приняв звонок Григория Денисовича, объяснил, где нас искать. Затем поднялся с кресла, в котором убивал время, прогулялся к примерочным и сообщил дамам, что гость уже прибыл и вот-вот заявится в «наш» магазин. А после того, как услышал три варианта обещания «Уже заканчиваю…», пересек демонстрационный зал, весело подмигнул двум продавщицам-консультанткам, бледным, как полотно, и остановился в паре шагов от входной двери.

Почему именно там? Да потому, что тушка Владыки Воздуха лежала метрах в семнадцати-восемнадцати от меня, а я был не готов демонстрировать реальный радиус своей зоны контроля.

Генерал, мрачный, как грозовая туча, нарисовался в поле зрения от силы через минуту, быстрым шагом дошел до двери, жестом оставил одну четверку бойцов сопровождения снаружи, второй в том же стиле приказал следовать за собой, переступил через порог, вцепился в протянутую руку и не стал строить из себя честную девочку:

– Выжимку из досье этого похотливого ублюдка прочитали?

Я утвердительно кивнул:

– Да. И пребываю в ярости.

Он поиграл желваками и собрал в одно предложение оба утверждения, намеренно выделенные Анатолием Игоревичем жирным шрифтом:

– Четырежды признавался невиновным в изнасиловании мещанок и еще в восьми подобных уголовных делах проходил свидетелем!!!

– А час назад попробовал облапать мою матушку и наших помощниц Воздухом… – добавил я и, видимо, дал волю сдерживаемым чувствам, так как во взгляде Анциферова появилось злое предвкушение:

– Значит, допрыгался. Кстати, где он?

Я мотнул головой в нужном направлении и усмехнулся:

– Лежит. За манекенами. И ждет, пока я о нем вспомню…

– Лежи-и-ит? – довольно оскалился Григорий Денисович и повернулся к одному из подчиненных: – Паш, для будущего фильма нужна картинка. Как можно более унизительная…

Здоровяк в глухом шлеме и в очень серьезном «обвесе» молча закинул автомат за плечо, аккуратно извлек из небольшого кофра профессиональную видеокамеру и отправился заниматься делом. А мы с Анциферовым прошли в мягкий уголок, опустились в кресла и сразу же встали. Ибо заметили моих дам, закончивших примерки и вернувшихся в зал.

Следующие пару минут убили на обмен любезностями, затем помогли женщинам опуститься на диван, сели сами и решили, что можно начинать. Вот я и начал – потянул к себе кокон напрямую. То есть, роняя им манекены с платьями, блузками, юбками и другим шмотьем. А после того, как куча-мала подползла к журнальному столику, поднял ее на попа, пару раз встряхнул, избавляя от тряпок, «обнаружил», что господин Резанов болтается в воздухе вверх ногами, вернул его в «стандартное» положение и избавил от ленты .

Истерить при «непонятном мужике в гражданке» и четырех «спецах» герой-любовник не решился. Но норов показал – заявил, что нам это даром не пройдет.

– Вы имеете в виду испытанное вами унижение? – полюбопытствовал генерал.

– Да!

– Так, мы, собственно, и ждем реакции… – заявил он, подождал секунды три-четыре и повернулся к моей родительнице: – А вот так, со стороны, вроде как, выглядит мужчиной.

– Ага… – подтвердила она и презрительно поморщилась: – Но это не так – судя по тому, как это ничтожество в штанах вело себя в магазине женского белья, оно в состоянии надувать щеки только в присутствии мещанок или тех, кто кажется слабее. А так тряпка тряпкой: десять минут стоял на голове в том магазине, потом четверть часа протирал собой полы, порядка двадцати минут провалялся в углу тут, но так и не набрался мужества вызвать на дуэль моего пятнадцатилетнего сына!

– Так Олег Леонидович – мужчина. А у патологических трусов нет ни мужества, ни достоинства, ни чести… – фыркнул он и загнал Резанова в тупик с одним-единственным условно достойным выходом: – Кстати, я считаю, что патологическим трусам не место в благородном сословии. Поэтому сегодня же выложу в Сеть видеозапись этой беседы и воспользуюсь всеми имеющимися возможностями для того, чтобы Позор рода Резановых стали узнавать в лицо даже дети.

– Я не трус и не позор рода!!! – взвыл Владимир Иннокентьевич и решил, что нашел способ выкрутиться: – Но вызывать на дуэль пятнадцатилетнего мальчишку недостойно дворянина!

– Вы не учли три небольших нюанса, каждый из которых позволяет вам вызвать Олега Леонидовича на дуэль без репутационных потерь… – парировал Анциферов. – Во-первых, господин Беклемишев уже эмансипирован, а значит, является совершеннолетним . Во-вторых, он – глава независимой ветви рода, соответственно, считается выше вас по статусу . И, в-третьих, перед вами кавалер трех боевых орденов , что автоматически поднимает его над вами еще как минимум на одну ступень. Впрочем, вам, позору рода, вдумываться в эти нюансы наверняка некогда: вы ищете способ выкрутиться. А его нет: запись нашей беседы будет выложена в Сеть в любом случае. И через считанные часы вы превратитесь в символ трусости, подлости и ничтожности, а ваш род…

Резанов, успевший побагроветь от унижения, не стал дослушивать этот монолог и, поймав мой взгляд, потребовал, чтобы я выпустил его из этого «чертового захвата».

Я пожал плечами и «скинул» кокон , а Великий Маг… рассмешил – прикрылся щитом , выхватил из кармана телефон, ткнул в сенсор быстрого дозвона, дождался ответа и заорал:

– Папа, меня убивают! В «Ландыше»!! Точнее? Э-э-э… в магазине «Боярыня»!!!

Продолжил отжигать и после того, как пожаловался – выслушал приказ отца, вывел его голос на внешний динамик, врубил камеру и повернул трубку к нам.

Будь я один, дослушал бы монолог заместителя начальника Белоярского управления министерства внутренних дел до конца. Но Григорию Денисовичу было плевать на возможные оговорки какого-то полковника – он ответил на его первое же утверждение:

– Да, мы представляем, с кем имеем дело, Иннокентий Никанорович. И это не меняет ровным счетом ничего: ваш сын – трус, подлец и ничтожество, в чем я, генерал Анциферов , только что убедился сам.

– Генерал Анциферов?! – заметно менее экспрессивно спросил Резанов-старший, и на всякий случай уточнил: – Тот самый?!