Ухорез. Тетралогия
Шрифт:
– Он летает всю ночь с перерывами на погрузку-выгрузку и заправку… – доложил Жаров и добавил: – Просто зеленый портал вел в очень «рыбное» место. Жаль, что закрылся.
– А что по результатам усиления?
– Взяли по два уровня. Ощущений перенасыщения ни у кого нет.
– Что ж, тогда начинайте «рыбачить» в голубом портале… – разрешил я, предупредил, что мы позавтракаем и ляжем спать, закрыл ангар и повел дам к особняку.
Пока шли, оценил новый радиус контроля, почувствовал, что могу уйти в рывок до его границы, и вполголоса поделился сделанными выводами:
– Если переход с четвертого на пятый ранг разом добавил к рывку шесть метров, то этот приплюсовал все двенадцать. А значит, теперь я могу прыгать на полтинник с небольшим гаком!
– Судя по тому, что я «тянусь» на двадцать шесть, так оно и есть… – прокомментировала это утверждение матушка, Аня призналась, что валила последних слизней с тех же двадцати шести и тратила на коагуляцию в полтора раза меньше Жизни, чем на пятом ранге, а Наташа удивила:
– А я научилась чувствовать древесные соки и живицу. Кроме того, уже пробовала ускорять и замедлять их течение.
– Будешь поить березовым и кленовым соком. В марте-апреле… – заявила мама, сообразила, что до весны Красовская станет еще сильнее, и весело добавила: – Ты, главное, дотяни корни деревьев-доноров до наших спален, не разнося фундамент, полы и стены особняка. Чтобы можно было утолять жажду, не вставая с кровати…
Посмеялись, вошли в дом, поднялись на второй этаж и разбежались по покоям. Пока я принимал душ, наводил красоту и одевался, кто-то из женщин наведался к Державиной. Поэтому, выйдя в общий коридор, я обнаружил не трех, а четырех дам и услышал забавное признание сестренки:
– Честно говоря, я была уверена, что не засну под грохот канонады. Ан нет – стоило положить голову на подушку, как меня выключило…
– Как тебе новые возможности? – полюбопытствовал я, пожелав доброго утра.
Тут девчонка засияла, сформировала щит и подсветила его Молниями:
– Вот!!!
– Открою страшную тайну: мы чувствуем колебания Воздуха в области контроля практически постоянно… – с улыбкой сообщил я. – Поэтому можешь смело демонстрировать технику работы с этой стихией без иллюминации. А результат неплох, и мы тобой гордимся…
Закончив это предложение, открыл дверь в большую гостиную, первым вошел внутрь, поздоровался с Марией Тарасовной, помог матушке опуститься в ее кресло, сел сам и вопросительно уставился на экономку, которую, по моим ощущениям, плющило от желания поделиться какой-то новостью.
Вот женщина и затараторила:
– Олег Леонидович, ваше ночное буйство в Братске уже обсуждает вся проснувшаяся часть Империи!
– Буйство в Братске?! – недоуменно нахмурилась Державина, и Жарова расплылась в предвкушающей улыбке:
– Ага: сегодня ночью там открылся голубой портал и выпустил в центр города сначала тринадцать, а затем еще девять кислотных слизней! Сжигать их боеприпасами объемного взрыва и термитными снарядами было нельзя. Вот государь и попросил о помощи вашего брата…
– Справедливости ради надо отметить, что слизней валила только Аня, а мы были на подхвате… – уточнил я, и «хозяюшка», вроде как, исправилась:
– Анна Филипповна – самая сильная целительница рода, и я перед ней преклоняюсь. Но в Братске вы, как обычно, работали командой . А кто лидер команды ? Правильно, вы. Поэтому вся Империя обсуждает вас и ваших магов , чуть более, чем за час уничтоживших аж двадцать две твари шестого класса опасности ! А теперь вдумайтесь, пожалуйста, вот во что: позавчера днем семь точно таких же слизней выбрались из портала в бедняцких кварталах города Баотоу, Китай. Количество подтвержденных жертв – девять тысяч сто сорок семь человек. А в Братске погибли двенадцать. Да и те – до вашего прилета.
Матушка, Наташа, Даша и я впечатлились, но, скажем так, терпимо. А Аня побледнела, вытерла слезинку, скатившуюся по щеке, и убито выдохнула:
– Девять с лишним тысяч…
– Верно… – спокойно подтвердила Жарова, явно навидавшаяся всякого за годы замужества за Антипом Назаровичем, и ответила на не прозвучавшее продолжение фразы: – Да, теоретически вы могли помочь и китайцам. Но от нас до Баотоу – две тысячи километров или три часа лету на вашем «Икаре» . А за три часа любой уважающий себя градоначальник эвакуирует из опасной зоны десятки тысяч человек . Кстати, граница области появления порталов отодвигается все дальше и дальше не мгновенно , значит, у всех облеченных властью лиц достаточно времени для дрессировки личного состава силовых структур и экстренных служб. Вывод напрашивается сам собой: в гибели этих несчастных целиком и полностью виноваты китайцы. А вы уже делаете все, что можете, в зоне ответственности нашего рода .
– Ань, Мария Тарасовна права… – подхватила матушка, сообразив, с чего это вдруг Жарова выдала настолько серьезный монолог. – Ань, не рви себе душу. Лучше вспомни молитву о спокойствии: «Господи, дай мне спокойствие принять то, чего я не могу изменить, дай мужество изменить то, что могу, и мудрость, чтобы отличить одно от другого…»
Целительница спрятала взгляд за густыми ресницами, взяла себя в руки и виновато улыбнулась:
– Я расчувствовалась, но уже в полном порядке. Спасибо за моральную поддержку и приятного аппетита…
…Лечь спать сразу после завтрака мне было не суждено – мне и Наташе пришлось слетать в Форт Восточный, принять полностью законченный объект, разрешить строителям переезд в усадьбу и приставить к ним свободную смену в качестве подразделения охраны. Поэтому домой вернулись ближе к полудню, разошлись по своим покоям, легли и отключились. Но меня подняли уже в двенадцать сорок пять – неподалеку от Форта обнаружился голубой портал, огромное стадо «стайных» носорогов и преследующих его двух огненных ящерок, и командир единственной смены, оставшейся на объекте, счел необходимым предупредить, что его люди такое количество «халявной силы» не переварят.
Я поднял Красовскую и на пару с ней в два приема отвез в Восточный еще десять человек. Потом распорядился не обновлять «наживку» в портале рядом с усадьбой, выяснил промежуточные итоги «рыбалки» и пришел к выводу, что все маги рода все равно гарантированно переберут с усилением. Поэтому решил не жадничать, собрался, было, набрать Анциферова, но вспомнил, что он все еще в Братске, и позвонил Голицыну.
Он поблагодарил меня за предложение, но заявил, что слишком сильно загружен, и даже сообщил, чем:
– Минут двенадцать-пятнадцать тому назад я вышел с медикаментозного допроса Владимира Иннокентьевича и все никак не приду в себя от омерзения. А часа через полтора в том же самом режиме загляну в прошлое Иннокентия Никаноровича. Кстати, он приехал во Владимир в компании личной группы захвата, где-то раскачавшейся до двадцать третьего-двадцать пятого уровней, и имел глупость оказать сопротивление при задержании. Но я предполагал, что такое возможно, так что заранее попросил о содействии Григория Денисовича. В общем, эту шайку-лейку брали его лучшие подчиненные. И взяли. Так что Резанов-старший тоже допрыгался до лишения Дара.