Чтение онлайн

Он задумчиво хмыкнул и озвучил правильный ответ:

– Видимо, инертность мышления.

– Верно. А мы ее изживаем каждый божий день.

Он поблагодарил меня за подаренное Знание, затем сообразил, что мы стоим на открытом месте, и с намеком качнулся вперед. Поэтому я потопал дальше, довел гостей до «стакана» и спустил в бункер. А там полюбовался на квадратные глаза сестренки, перевел взгляд на Валю с Варей, спокойных, как озеро в полный штиль, и поприсутствовал при обмене приветствиями между Белосельскими, моей матушкой и Аней.

Пока государь с государыней снимали верхнюю одежду и усаживались за стол, дал команду дроноводам выводить к ловушке несколько носорогов, сел за пульт управления, убедился в том, что все системы вооружений уже активированы и, что самое главное, с полным боекомплектом, вывел на один из контрольных экранов картинку с камеры дрона и «познакомил» гостей с этим видом иномирных животинок. Через восемь с половиной минут завалил эту пачку «доноров халявной энергии», дал команду вести следующую и… отправил сестренку, снова перебравшую с усилениями, в Башню. Отдыхать.

Пока командовал, матушка объяснила Белосельским, что эта «девочка» – ее племяшка, но пока совсем слабенькая, и сняла все вопросы. Вот государь и изволил пошутить:

– Мы тоже слабенькие – я, вон, только-только поднялся на двадцатый уровень и мечтаю о двадцать втором, чтобы, наконец, перейти в третий ранг и стать хоть чуточку сильнее.

– А я так вообще семнадцатая… – застрадала его супруга, с аппетитом уминавшая салат из наших свежих овощей и зелени, залитый подсолнечным маслом.

– Прилетайте почаще – и слабость канет в Лету… – предложила матушка, а я поймал расстроенный взгляд главы государства и озвучил более реальный вариант:

– Или оставьте супругу эдак на недельку, и мы вернем ее волшебницей четвертого ранга с очень приличным арсеналом целительских заклинаний.

– А почему «волшебницей»? – полюбопытствовал он.

На этот вопрос ответила моя родительница, так как я отреагировал на доклад дроновода и развернулся к пульту:

– Моему сыну почему-то не нравится, как звучат слова «магичка» и «магиня». Поэтому он использует альтернативные варианты – «Волшебница» и «Одаренная».

Тут я отвлекся на уничтожение носорогов и минуты, эдак, полторы не вслушивался в застольную беседу. Зато после того, как и эта пачка поделилась с нами посмертными импульсами, снова развернул кресло на сто восемьдесят градусов, обнаружил, что Валя с Варей уже расставляют перед Белосельскими тарелки с горячим, еще раз отметил спокойную уверенность этой парочки и принял вызов Жарова. А он не на шутку удивил:

– Олег Леонидович, к дальнему КПП подъехал кортеж китайского посла, и господин Чжун Юнбэй нижайше просит вас уделить ему четверть часа для беседы тет-а-тет. Наши действия?

11–12 ноября 996 г. от ВР.

…Не знаю, что курили охранники посла во время ожидания, но на запах этой дури прискакала стая из двенадцати «шакалов». Оружия у вояк хватало, но покровы зверей третьего класса опасности не продавливались ни пулями штурмовых комплексов, ни гранатами подствольников, ни магией Одаренных начальных уровней второго ранга. Поэтому в какой-то момент толпа гостей Российской Империи героически спряталась в бронированных машинах, но… не уехала.

Я удивился. А государь, наблюдавший за происходящим возле дальнего КПП на экране рабочего планшета, счел такое поведение Чжуна Юнбэя более чем нормальным:

– Он получил приказ Императора. Не выполнит – отправится на плаху.

– Миленько… – криво усмехнулся я, поднимая «Икар» в воздух.

– Ага… – подтвердил самодержец и поинтересовался, смогут ли мои маги вырезать это зверье без использования ловушки.

– Ваше Императорское Величество, два «Тарана», которые я отправил к тому КПП, нужны только для подстраховки. А эту стаю без проблем положим мы.

– Прямо с борта квадрокоптера? – уточнил Белосельский и не угадал:

– Не хотелось бы: «шакалы» – Воздушники. А я отвечаю за вашу жизнь. Поэтому мы сойдем метрах в семидесяти-восьмидесяти, а ваш телохранитель поднимет борт чуть повыше и немного подождет.

Он спросил, насколько опасна эта затея, выслушал ответ и развеселился:

– Что ж, тогда работайте. А я воспользуюсь великолепной возможностью повесить на посла долг жизни…

«Сошли» метров с семи-восьми, просто-напросто спрыгнув вниз под моими коконами , активировали ускорения и неспешно пошли к КПП. Само собой, по дороге, так как снега по обе стороны от нее было как бы не по пояс.

Ветер дул не с нашей стороны. Но движки квадрокоптера работали ни разу не бесшумно. Поэтому «шакалы» радостно рванули в нашу сторону и… на полной скорости впоролись в мою воздушную стену , выставленную под острым углом к горизонту. Инерция помогла животинкам воткнуться мордами в снег и просадила часть защиты, вот мы и атаковали. Лезвиями Вода-Воздух, напитанными энергией до предела.

Четыре монстрика мгновенно склеили ласты, а остальные встрепенулись и… снова вмялись в снег. Под новой воздушной стеной – горизонтальной. Пока упирались в нее спинами и пытались выскользнуть из-под нее, она вдруг исчезла, и мы вложились в следующую четверку. Ну, а последнюю завалили без фиксации на месте. Благо, под ускорением и ночным взором видели чуть ли не каждое шевеление этих образин.

Посмертные импульсы «собрали» сами, сочли никакими, продолжили движение и дошли до мощного автоматического шлагбаума, перекрывавшего проезжую часть. Пока протискивались между ним и правой опорой, «Икар» зашел на посадку, так что матушка и Аня направились к нему, а мы с Наташей скорректировали курс и остановились в нескольких метрах от точной копии «Питона» деда.

Я задвинул куда подальше воспоминания о Юрии Георгиевиче и повел рукой, предлагая послу выбраться наружу. Боковая дверь плавненько отползла назад, и коренастый китаец с повадками телохранителя вежливо пригласил нас пройти в салон.

– Спасибо за предложение, но я предпочитаю общаться в салоне своего квадрокоптера… – заявил я и добился желаемого: из лимузина выбрался посол, поклонился, поздоровался, поблагодарил за проявленное великодушие и даже начал восторгаться нашими возможностями, но как-то почувствовал, что лесть мне не по душе, и унялся. В смысле, технично «встроился» в наш поворот на сто восемьдесят градусов, зябко поежился, запахнул «городскую» дубленку и потопал к «Икару».

За нами, как и следовало ожидать, последовала толпа телохранителей, и я пресек это непотребство: