Чтение онлайн

– А так не видно?

Куночи отвечает мне гневным взглядом:

– Я вижу, что среди них были синоби, всего скорее – низкоуровневые нукенины. Достаточно глубоко сидящие кунаи и сюрикены красноречивы. Нападали с одной стороны, это понятно из расположения тел. Напали не так давно. Ты можешь сказать больше?

Еще раз обвожу все вокруг взглядом.

– Напали сегодня утром, сразу после рассвета. Они успели проснуться, но не успели выехать. Видишь погонщиков? одежда на них, но хлыст закреплен у скамьи. Атаковало, я думаю, двое синоби и группа поддержки. Первый приложил огненной техникой вон там, – указал место, – если подойдешь и потрогаешь песок, то поймешь. Железом швырялся второй. Караван был большим. Большую часть людей увели, вместе с целыми повозками и животными. Куда-то в том направлении...

Махнул рукой. До детектива мне далеко, но кое-что рассказать могу.

– Второй метал железо просто в кучу, поэтому так много сюрикенов просто валяется в песке или воткнуты в повозки. Кунаи метал первый, только насмерть. Вон у тех двоих серьезные травмы от тайдзютсу. Это кто-то из нукенинов приложил. Учитывая, насколько часто в Суне встречаются синоби со склонностью к огню и как они ценятся, это гастролеры. Прибавьте к этому, что они бросили востребованный на местных рынках товар, но увели людей и все остальное. Так что продавать награбленное они будут далеко от сюда.

Развернулся и медленно потопал в необходимом нам направлении.

– Может, это и не все, что можно здесь узнать, но мне лень обнюхивать каждый угол, – да я гениален – угол посреди пустыни. – Что вы будете с ним делать, меня тоже не волнует. Но задерживаться здесь больше не вижу смысла.

Голубки переглянулись, снова все решив без слов:

– Мы берем его с собой и доставим в город, – ответил Шира, предпочитающий брать на себя удары моих колкостей.

– Да, в город, в котором мы собираемся сильно пошуметь и кое-что порушить. Кто бы сомневался. Понесете сами.

Они снова переглянулись. Шира выдохнул:

– Вот же он задница.

Темари перевела взгляд на мальчишку.

– Но именно он спас мальчику жизнь. И вылечил ведь.

Хм. Пусть я и не нравлюсь Темари, но настоящей ненависти ко мне у нее нет. Или она хорошо так ее скрывает? Шира тем временем аккуратно поднял мальчика и, закрыв его от песка и ветра, двинулся в путь. Биджу! Мало было проблем, так еще этот балласт прихватили.

====== Глава 186 ======

Биджу! Вчера я был просто недоволен. Сегодня я в тихом бешенстве.

Место для ночлега мы нашли уже после заката. Нет, вполне возможно было и остановиться прямо посреди пустыни, ничего особенного в этом нет. Отказался я, указав на относительно недалекие скалы. Найдя расщелину, мы поставили миниатюрный лагерь. Здесь не было ветра, и снаружи было почти невозможно заметить пламя. Поэтому Шира распечатал из свитка дрова, что для пустынных синоби было обыденностью и нормой, и развел костер. Темари собрала какую-то технику, и тепло от костра перестало выветриваться, так что ночного холода мы не ощущали. Мальчишка все же очнулся, но ничего сказать не смог. Только пил и тяжело дышал. Большую часть ночи с ним сидел... и... оба Сунахамовца. Много внимания парень не требовал, знай давай попить раз в пятнадцать-двадцать минут. Поэтому они ворковали между собой. Несколько часов подряд. Часа через два я ушел из расщелины и залез на скалы, с вершины которых смотрел на пустыню. Помогло слабо, я больше не мог притупить свои способности, да и не должен был, если честно. Я следил за пустыней вокруг, где всего за пару часов пробежало три группы синоби. Пусть и далеко от нас, но вдруг им придет в голову желание заглянуть на огонек? Так что, несмотря на легкий свист от действия техники Темари и треск от огня, я все равно их слышал. Одно хорошо. Пока сидел внизу, ощущения было такое, что они сидят прямо за моей спиной и громко разговаривают прямо над моим ухом, а здесь я мог отвлечься размышлениями. И даже смог провалиться в дрему. Все еще чувствовал, что происходит вокруг, периодически просыпаясь и поверяя обстановку, но вполне отдыхал. Проснувшись в очередной раз, уже ближе к утру, заметил, что Темари уснула на плече парня, да и тот уже начал дремать.

Спустился. Подойдя к Шире, растолкал его.

– Шира. Ложитесь, я присмотрю за парнем.

Он немного сонно поводил головой, не сразу сфокусировавшись на мне.

– Мне казалось, он тебе не нравится.

Хм, и почему люди все и всегда понимают неправильно.

– Мне не нравится сама идея возиться с ним, но против него лично я ничего не имею. Он мне безразличен, а вот вы своими перешептываниями раздражали. Так что бери свою дорогую возлюбленную и валите спать.

Забрав у него пацана, я вернулся на свое место, сев в наиболее удобную позу, в которой мышцы не затекут даже от долгого сидения. Да, что-то вроде позы лотоса, или как там она называется, внешне похоже. Голову парня положил себе на ногу, чтобы удобнее было поить, да и ему не жестко. Шира разбудил химе, и они, естественно вместе, легли на раскатанный кусок шкуры. Еще минут двадцать целовались, вызывая у меня желание бросить в них камень, но все же успокоились.

Проснулся парень, поводив своими необычными глазами. Глаза имели разный цвет. Правый тускло-голубой у зрачка, становящийся темно-синим у внешней стороны сетчатки. Левый же – зеленовато-коричневый, будто болотный. Осмотревшись, он сосредоточил взгляд на мне.

– Хочешь пить? – взгляд казался вполне осознанным и выказывал только... любопытство?

Но он отрицательно покачал головой. Нет, так нет. Еще раз осмотрел парня. Хм, лицо у него и правда женственное, особенно из-за глазищ. Если точно не знать, что парень, выглядит, как обычная девочка. Но сейчас я больше изучал его состояние. Здоров, ткани еще не срослись до конца, но заживают. Могу себя поздравить, можно получить минимальную квалификацию медика.

– Кто ты? – неожиданно спросил мальчишка спокойным сухим голосом.

– Попей, говорить будет легче.

Все же дал ему попить, и он тут же повторил вопрос.

– Кто ты?

Не было никакого испуга, напряженности. Он был спокоен и показывал только легкий интерес.

– Можешь звать меня Уингу.

– Крыло?

Киваю. Есть маленькая тонкость в произношении в этом языке. Можно сказать “крыло” как – “я имею в виду крыло”. Или “уингу” как – “носит название крыло”. Все АНБУ носят именно такие имена. Возможно, сами синоби и внесли это изменение в язык, хотя я и не могу это утверждать с полной уверенностью.

– Понятно, – он еще немного посмотрел на меня, а затем перевел просто вверх.

Информативно поговорили. Парня на разговоры, вроде, не тянет, но любопытство проснулось уже у меня. Как-то он не похож на человека, пережившего то, что он перенес. Что он такой спокойный?

– А тебя как?

– Я не знаю, – спокойно ответил пацан.

Неожиданно.

– Не помнишь?

– Может быть, – он снова перевел взгляд на меня, – я вообще ничего не помню.

Оу, амнезия?

– Но язык-то ты знаешь, – напомнил я.

Он кивнул:

– И знаю, что вы – синоби. АНБУ. Правда, не знаю, какой деревни.

Шевельнулась паранойя, намекая на подозрительность парня. Но как раз подозрительным он не был. Выжил он дважды чудом. Во-первых, кунай, едва не отправивший его на тот свет, не считая остальных ран, был брошен с намерением убить. И чистая случайность позволила парню протянуть так долго. Случайность эта – кунай был плохо сбалансирован, что иногда бывает, в этом нет ничего удивительного, именно поэтому я перешел на тонкие метательные, в плане баланса у них все было куда лучше. Вторым чудом были мы, его заметившие. Приди мы часика на пол позже, и я бы ему уже не помог. Для шпиона проникновения слишком рискованно и сложно, и я это точно знал. Да и амнезия была объяснима. Так что это просто случайно попавшийся нам мальчишка.

А парень, видя, что я рассказывать ничего не собираюсь, спросил сам:

– А где мы находимся?

– В Стране Ветра.

Он задумался, прежде чем сказать:

– Я только знаю, что в этой стране много пустыни.

Киваю:

– Это точно.

Парень полежал еще немного, глядя вверх и иногда посматривая на меня, а затем уснул. До утра он больше не просыпался, и когда голубки проснулись, я с чистой совестью сдал его им. Паренек тут же проснулся, и Темари с Шира начали его оживленно расспрашивать и сюсюкаться, что мне надоело уже через десяток минут. Но, выйдя наружу, я был встречен не привычным слепящим солнцем, а облаками пыли, поднятыми ветром.