Чтение онлайн

Итачи произнес всего одно слово:

– Саске.

На что Така вскинул руки к небу:

– Оно заговорило! – и, снова поворачиваясь к брату, продолжил. – Ни-сан, тебе нужно больше разговаривать с нормальными людьми. Я понимаю, нормальных в наши времена найти сложно, но ты хоть попытайся.

Итачи никак не мог свыкнуться с мыслью, что это – Саске, его младший брат. Контраст с предыдущей встречи был невероятен. И нукенин уже третий раз использовал “кай”, чтобы убедиться – это не иллюзия.

– Что за балаган?

– Ты о чем? – внешне удивился младший брат.

– Ты ведешь себя, как идиот.

Саске отмахнулся:

– Нет. Это ты ведешь себя, как идиот... Причем уже лет десять. А я просто дурачусь.

Итачи понял. Влияние Минакуро Като. Раздражать людей просто для того, чтобы раздражать людей.

– Похоже, вы с ним одинаково любите мусолить тему уничтожения нашего клана.

Саске пожал плечами, серьезно ответив:

– Мне плевать, о чем ты говорил с ним. Это ваше дело. Но у меня к тебе личный должок, ни-сан. Мне все равно, какие у тебя были причины. Мне безразлична ситуация, в который ты оказался. Ты предал мой клан. Ты убил мою семью. Этого я тебе не прощу никогда.

Все же он еще жаждет мести, пусть и умело это скрывает.

– Но знаешь... – неожиданно совсем другими интонациями продолжил Така, – я за что-то тебе даже благодарен.

Нукенин вопросительно изогнул бровь.

– Я знаю, почему ты оставил меня в живых. Не важно, что ты сам об этом думаешь, – опережая мысли брата, говорил Саске, – я знаю причину. Ты боялся. Боялся остаться один с бременем клана. С бременем последнего выжившего. Вся ответственность, все прошлое, вся вина, все это осталось бы на тебе одном. И потому ты убедил себя, что кто-то должен спастись. Спастись, выжить, чтобы разделить с тобой твое бремя. Вину ты все равно оставил себе, а вот месть за клан и право его возрождения – мне.

Итачи нахмурился. Ему не нравилась эта трактовка. Брат тоже не понимал, ему заморочил голову этот... Но и рассказать истину нельзя. Не сейчас. А Саске продолжил:

– Но кое-что изменилось. Месть забери себе, она мне ни к чему.

Нукенин удивился. Что это значило? Что хотел сказать его брат?

– Ты и все остальные из нашего рода, все те, кто погиб. Вы блуждали во тьме. Вы смотрели в темноту, и искали в ней истину. Я, благодаря тебе, едва не стал таким же. Но не случилось. Я увидел свет. Ни-сан, прошлое нашего клана остается тебе. Все, что было с кланом Учиха до того, как ты его едва не истребил – оно твое. Я возглавлю новый клан. Другой. В нем синоби не будут убивать своих друзей в погоне за силой. И брат не будет забирать у своего брата глаза, чтобы избавится от слепоты.

Вот теперь Итачи был действительно удивлен. Откуда он знал все это? Кто ему могу сказать?

– Удивлен? – Саске улыбнулся. – Я читал ту доску. Не все, но достаточно.

А затем Саске изогнул губы в насмешке:

– А затем я уничтожил ее...

Итачи дрогнул, пытаясь осознать услышанное. Это не укладывалось в его голове. Этого не могло быть, потому что не могло быть!

– Ха-ха-ха, видел бы ты себя со стороны. Вытянул лицо, будто встретил Рикудо вживую. Да, брат, я избавился от нее. Потому что этот артефакт вел наш клан путем ненависти и страданий. Пришло время это изменить. Ты будешь последним пользователем мангеке шарингана. Мои потомки будут смотреть на мир другими глазами.

И, завершая эти слова, глаза Саске изменились. Зрачок разошелся к томое, и они создали рисунок, как мангеке шаринган, но без зрачка.

– Саске... – с трудом выдавил Итачи.

– Красиво, не правда ли? – ухмыльнулся Така. – Муюкаса шаринган. Взгляд без оков. Я не нашел никакой информации о своих глазах, так что название придумал сам. Мои потомки запомнят меня как того, кто написал новую историю клана Учиха.

Итачи справился с собой и снова нахмурился:

– Слишком много тщеславия для обычного тюнина.

Саске кивнул:

– Да, именно этих слов я и ждал. Просто хотел похвастаться перед тобой, ни-сан. Я всегда хотел, чтобы ты признал меня. Этого я хотел на самом деле. Даже сейчас это важно для меня. Я признаю это, потому что больше не вру себе и не пытаюсь себя обмануть. Да, к слову, можешь не пытаться наслать на меня гендзютсу. Если я научился видеть правду в себе, то и иллюзии вокруг не станут мне преградой.

Итачи смотрел на своего младшего брата и не знал, что делать. Саске не показывал агрессии, даже напряженности. Он будто действительно встретил брата спустя много лет и просто говорил с ним. Будто они и не должны сражаться друг с другом насмерть.

– Ты много взял на себя.

Коноховец кивает:

– Да, куда больше, чем ты пытался скинуть на меня, – не упустил возможности вставить шпильку Саске. – Не бойся, не сломаюсь. Да и я не один. У меня есть друзья, которые помогут. И семья, которая поддержит.

А вот эти слова укололи куда больнее, чем все то, что было сказано ранее. Итачи как никогда сильно вспомнил то одиночество, тоску и боль, которую испытал в тот самый момент, когда накладывал свою технику на маленького брата. Желание сражаться сейчас и так было небольшим, а после этих слов исчезло совсем. Нукенин не хотел себе признаваться, но он чувствовал свою вину перед братом. А еще больнее было переступать через гордость, ведь Саске ни в чем не боялся признаваться себе.

– Ты хотел, чтобы я тобой гордился, Саске? – все же заставил себя улыбнуться Итачи. – Да, я горжусь тобой.

Саске улыбнулся с немалым облегчением:

– Мне приятно это слышать, – он опустил взгляд и приподнял ступню над водой, – жаль лишь, это уже ничего не меняет.

И резко опустил ступню в воду. Всего на пару сантиметров, но шаринган Итачи отчетливо рассмотрел заряды молнии, что неслись к нему через водную гладь. Контроль техники, без слов, ручных печатей – на одной воле. Это намного больше, чем то, что Саске мог продемонстрировать в прошлый раз. Но этого было недостаточно.

Итачи точно так же, на голом контроле, напитал воду под ногами своей чакрой, переходящей в элемент воды, создавая препятствие для атаки брата. Его контроль был лучше, и атака завязла. Но Саске только начал. Половину его лица уже покрыл рисунок джуина, но на этом и остановился. Така резко рванулся вперед, на ходу выхватив кинжал. Итачи выхватил кунай – в своей способности противостоять брату на ближней дистанции он не сомневался. Саске сходу начал наносить удар кинжалом, и Итачи уже готов был отводить удар кунаем, перехватываю руку противника своей, когда от лезвия кинжала разошлись искры. Нукенин в последний миг высвободил футон, защищая себя от парализующего действия райтона. Лезвия кинжала и куная столкнулись, высекая искры, Итачи попытался провести захват, схватив руку брата. Но Саске повторил атаку молнией через водную гладь, и разряд, пусть и слабый, ударил в ноги нукенина.

На мгновение отвлекшись, Итачи едва не пропустил выпад вторым кинжалом, вынужденный резко отскочить назад. Но Саске продолжил напирать. Схватка на короткое время перешла в рукопашный бой, но бесконтактный. Саске пытался не столько задеть противника клинками, сколько коснуться его, чтобы пройти защиту футона и провести парализующую атаку райтоном. Итачи избегал контакта. Он превосходил брата в технике и опыте... Но не мог их полноценно применить. Саске своим шаринганом так же успевал читать движения брата, а владение райтоном на подсознательном уровне позволяло не тратить концентрацию на контроль и высвобождение стихии. Пат, но такая ситуация не устраивала ни одного из противников и потому продлилась не более нескольких долгих секунд обмена ударами.