Чтение онлайн

Старики озадаченно переглянулись.

– Не при тебе будет сказано, Олаи, ты уж прости. – Хакка наклонился над столом. – Докка, вы с Оммой?..

– Нет, никогда, – смутился лодочник. – А вы?

– Ну, было раз… На зимний солнцеворот.

– Так это что получается? – спросила Исма. – Таллила твоя дочь, Хакка?! А я что, твоя внучка?

– Не знаю. Всё может быть. Почему бы и нет?

На кухне что-то разбилось. Атсуш выкрикнул страшное проклятье и пнул двустворчатую дверь забинтованной ногой.

– К сожалению, тайну эту мы не разгадаем… – подытожил мудрец. – Омма унесла её с собой.

– Ничего, – отозвалась Исма. – Вы мне с Доккой всё равно родные. Наши души связаны. Я же вас с детства люблю, так что мне этого вполне достаточно.

Смуглая рука Хакки нырнула в один из карманов кафтана.

– Если бы сегодня мы не свиделись, я бы передал его Докке. Но ты здесь, Олаи, и возможно даже, что ты моя внучка. Поэтому, пожалуйста, возьми медальон и храни его как память обо мне.

Мудрец положил на стол серебряную подвеску, овальную, покрытую диковинными завитками, с жёлтым опаловым камешком, глубоко вживлённым в металл.

– Я заметил, что ты до сих пор носишь орешек. Он, наверное, колется, а в медальоне колоться не будет. К тому же опал, как мне кажется, подчеркнёт цвет твоих глаз, а? Что скажешь?

– Прекрасное украшение, Хакка, но больно уж дорогое…

– Вот пусть и послужит во благо.

Ис приняла подарок, вложила в медальон макадду и надела его на шею. Пустой мешочек она спрятала в кожаной сумке, висевшей у неё на поясе.

– Спасибо, Хакка! Он будет напоминать мне про нашу встречу в Эдде и про бабушку Омму тоже.

На Солнечной Площади зазвенели вечерние колокола. В таверну неожиданно ввалились гости. Стало шумно и дымно. Люди курили трубки, смеялись и требовали бардов. За окнами стемнело.

Исма попрощалась со стариками – с Хаккой чуть дольше, понимая, что, скорее всего, в следующий раз они увидятся ещё не скоро – и поднялась по скрипучей лестнице на второй этаж.

Игорная зала была большой и богато обставленной. С потолков свисали широкие обручи светильников, на каждом из которых горело не меньше двенадцати свечей. На стенах красовались щиты и флаги величайших стран Континента, некоторых княжеств и островных провинций. На полу лежали ковры, а у окон стояли кедровые столы для Огги, Таблута и всякого рода карточных игр.

Ис незаметно прошмыгнула вдоль стены, увешанной зелёно-белыми флагами Миддэлина, и зашла в тёмный коридор, что разделял игорную залу и гостевые спальни. На двери, под лестницей, ведущей на третий этаж, светился знакомый Исме рисунок: аккуратно вычерченный круг с перевёрнутым треугольником внутри.

Ис постучала. Никто не ответил. Она постучала громче, но снова ни звука. Тогда Исма подумала, что, наверное, пришла слишком рано и ей стоит вернуться к старикам, но дверь открылась, простонав ржавыми петлями. В комнате было прохладно и тесно, почти как в келье. Глухие стены без окон, кровать, картина в пыльной раме, лоскутный половик и винная бочка в углу. Под потолком висел светящийся шар размером с яблоко. Астара сидела на полу и раскладывала что-то на длинной деревянной доске. Выглядела она уставшей, как крестьянка, вернувшаяся домой после жатвы, причём не самой удачной, но, заметив Исму, волшебница искренне улыбнулась и предложила ей сесть.

– Вот подушка. Садись на неё, а то пол холодный, даже ковры не спасают. Но погоди, сейчас я добавлю тепла и света.

Астара подняла руку, и крохотные искры сорвались с кончиков её пальцев. Кружась и сверкая, они влетели в сферу, и та засветилась ярче. Воздух в комнате нагрелся так, словно волшебница разожгла огонь в невидимом очаге.

– Не самое уютное место, но нам с тобой подойдёт. В обители бывают комнаты и похуже… – Астара внимательно посмотрела на ученицу. – Что, думала, чародеи живут на широкую ногу? Как бы не так, Ис. А ещё магов почти никто не любит, и это первое, что тебе придётся усвоить.

Исма понимающе вздохнула, вспомнив, как испугался дядюшка, когда она рассказала, что ради брата готова на всё – даже научиться магии.

– С колдуном поведёшься – горя напьёшься…

– Вот-вот, поговорка известная всюду, от Нортлада до Хазибы, и пусть я пока не бывала в южных государствах, уверена, что там дела обстоят не лучше. – Астара тряхнула рыжими кудрями и зевнула. – Вообще, правильно, что люди бояться нашего ремесла. Опасного в нём хватает, но ведь для этого и существует обитель: попав туда однажды, уже не выберешься обратно, пока не станешь мастером, знающим толк в арканах.

– А на что обитель похожа? – поинтересовалась Ис.

– На Храм Палланты, только она не такая вычурная: ниже, без колонн и статуй, и спрятана в горах, между Срединным Королевством и Эттой. Звучит не особо впечатляюще, но поверь мне, обитель – это отдельный, таинственный мир, попасть в который могут лишь существа, отмеченные магическим даром. Чаще по собственной воле, но бывает и случайно. Тебе же туда дорога заказана до тех пор, пока не научишься складывать печати хотя бы одной арканы. Начинать всегда стоит с малого, Ис, – Астара положила на доску аметистовый камень, – поэтому начнём мы с вопроса. Зачем тебе нужна магия?

– Когда мне было семь лет, брат ушёл из дома после своей Ом’шу’нагок и не вернулся. Бабушка сказала, что ему было видение обо мне. Что мою душу похитил Великий Дух Тса’Тум и что она тоже так думала. – Исма скрестила пальцы в замок. – И мы правда видели того духа. Всей деревней. Это было красиво и страшно, как будто древние сказания ожили. Но всё произошло слишком быстро. Я плохо помню. Родители помнят лучше.

Астара вслушивалась в каждое слово. Хотя со стороны могло показаться, что волшебница находится в комнате и одновременно где-то ещё. Взгляд её стал мутным, а лицо расслабленным. Она молча расставляла предметы на доске: чашу, перо, свечу.

Ис говорила, погружаясь в прошлое и уводя Астару за собой:

– Со мной действительно что-то случилось тогда. Я ощутила слабость и уснула. Проспала долго. Неделю или около того. Во сне мне являлись странные образы: змея, холод, свет, чёрный туман и пламя. Всё это время родные ухаживали за мной, но я не пила и не ела. Им было страшно, а потом я почувствовала, что Тар зовёт меня. И был ещё этот сон про волчонка. Хороший сон, добрый. Но когда я проснулась, оказалось, что брат уже давно покинул дом. Он ушёл без разъяснений и оставил нам только слёзы.

– И, возможно, вернул утраченное…

– Но я же просто заболела! Зачем Великому Духу забирать душу маленькой девочки? Да и как бы Тар её вернул? Он же не чародей. В Валь’Стэ их нет. Мы и про духов-то знаем из легенд и прочих небылиц.

– Может, всё так, как говоришь ты, а может, и нет. Этого я не вижу, но ваши с братом узоры тесно сплетены. Сами ваши судьбы и то, что ты называешь душой. – Взгляд волшебницы прояснился. – Я читала про обычаи северных племён, трактат Сенекриуса «О многодушии». Судя по твоему говору и цвету кожи, предки вальстийцев пришли в эти земли с дальнего севера. Настолько дальнего, что его даже нет на картах эттского Ордена Памяти. Вы же верите, что у человека должно быть три души, я права?