Чтение онлайн

Брошенные на произвол судьбы, страдая от нездорового климата, сталкиваясь с враждебно настроенными индейцами и, что хуже всего, совершенно лишенные медицинской помощи, многие умирали вскоре после приезда. Часть возвращалась домой. Оставшиеся пытались налаживать хозяйство в борьбе с дикой природой. Однако, несмотря на все эти трудности, мечта о дешевой земле продолжала притягивать галичан в Бразилию. Перед началом первой мировой войны в штат Парана прибыла новая волна украинских эмигрантов численностью в 15— 20 тыс. человек. Впрочем, когда стало широко известно о более благоприятных условиях в США и Канаде, эмиграция в Бразилию резко сократилась. В межвоенный период сюда переехали всего 9 тыс. человек, в основном с Волыни. После второй мировой войны к ним присоединились еще 7 тыс. Многие из них, правда, впоследствии перебрались в Северную Америку. В настоящее время украинцев в Бразилии насчитывается до 150 тыс. Около 80 % из них живут компактно в штате Парана, в районе, именуемом «бразильской Украиной». Центром украинской жизни является город Прудентополис. Самой влиятельной украинской институцией в Бразилии является Украинская католическая церковь, насчитывающая 17 парафий и 52 священника.

В последнее время среди здешних украинцев увеличивается прослойка занятых в бизнесе, образовании, других современных профессиях. Однако большинство бразильских украинцев, как и их предки-первопоселенцы, остаются бедными фермерами. Этот относительный застой делает их уникальным явлением среди украинцев, живущих в диаспоре. Обрабатывая неплодоносные земли, не пробиваясь к приносящим хорошие доходы занятиям, живя в неразвитых, изолированных регионах, украинские фермеры отделены от передовых секторов бразильской экономики. Они продолжают жить в деревнях и домах, мало отличающихся от тех, в которых жили их предшественники. Хотя 90 % родилось уже в Бразилии, ограниченность контактов позволила сохранить им родной язык. Во многих отношениях их сельские общины сильно напоминают галицкие «громады» прошлого столетия.

Эмиграция в Канаду. Если Бразилия разочаровала, то Канада — со временем и после вложения огромного труда — превзошла все ожидания украинских эмигрантов. Ее обширные прерии быстро превратились в предмет вожделения ищущих землю крестьян из Галичины и Буковины. Первыми украинскими эмигрантами в Канаде считаются смелые и предприимчивые Иван Пылыпив и Василь Еленяк. В 1891 г. они поселились в Западной Канаде. Вернувшись в Галичину, Пылыпив уговорил шесть семей из родного села Небылив переехать в Канаду. В результате в 1892 г. «небыливская группа» основала первое постоянное украинское поселение в Эдна-Стар близ Эдмонтона в канадской провинции Альберта.

Однако массовая эмиграция украинцев в Канаду началась во многом благодаря Йосипу Олеськиву — профессору-агроному, украинскому народнику. Одержимый идеей улучшения крестьянской судьбы, он приехал в 1895 г. в Канаду, чтобы лично исследовать условия здешней жизни. Увидев, какие возможности предоставляет крестьянам запад Канады, Олеськив опубликовал целую серию популярных брошюр, получивших широкое распространение, в которых отговаривал крестьян эмигрировать в Бразилию и призывал переезжать в Канаду.

Его усилия были поддержаны канадским правительством. Министр внутренних дел Канады Клиффорд Сифтон был поражен способностью трудолюбивых украинцев осваивать дикие прерии: «Я думаю, что мощный крестьянин в бараньем кожухе, родившийся на земле, имеющий за плечами десять поколений предков-земледельцев, с мощной женой и полудюжиной детей — как раз то, что нам нужно». Со временем восторженные письма из Канады, описывавшие здешнюю жизнь в розовых тонах, и ободряющие слухи, распускаемые агентами пароходных компаний, способствовали росту эмиграции в прерии.

Канада действительно обещала многое. Земля прерий была плодородной, хотя и требовала тяжкого труда для обработки. Воды хватало всем. Дерево, столь дорогое в Старом Свете, было доступно в неограниченных количествах для строительства и отопления. И климат был почти таким же, как на родине. Заботясь о заселении безлюдных прерий, правительство продавало здешние земли по символической цене — 10 долларов за 160 акров (64 га). Украинцам разрешалось селиться компактно, поэтому на мили вокруг их соседями были соотечественники. Привлекало и то, что политическая система Канады была стабильной и демократической, а общество и экономика — современными и прогрессивными.

Возможности, предоставляемые Канадой, были велики, однако для их реализации требовались не меньшие усилия. Эмигранты, прибывавшие на чужбину, почти или совсем не имели денег, не говорили по-английски и часто были неграмотны. После долгого изнурительного пути они оказывались посреди холодных незаселенных бескрайних равнин. Первой и сложнейшей задачей становилось простое выживание. Чтобы защититься от холода, строили однокомнатные примитивные хибары. Не имея денег и возможности засеять еще не очищенную землю, они оказывались перед угрозой постоянного голода или даже смерти. В поисках заработков на самое необходимое мужчины пересекали всю страну. Тем временем женщины, оставшиеся на своих участках, занимались благоустройством жилья, ухаживали за детьми и пытались расчищать землю для посева. Будучи не в состоянии купить машины или хотя бы тягловый скот, эмигранты выполняли всю работу вручную. Обычно проходило несколько лет, прежде чем удавалось собрать первый урожай. Для того же, чтобы расчистить под засев весь участок, часто требовалось 15—20 лет изнурительного труда.

Положение дел ухудшалось открытой дискриминацией эмигрантов. Хотя Сифтон и некоторые другие правительственные чиновники признавали полезность эмигрантов из Украины, многие канадцы думали иначе. Впервые столкнувшись с эмигрантами не англо-саксонского происхождения, население Западной Канады запротестовало против «нашествия грязных, невежественных нищих иностранцев». Многие газеты выступали против «отбросов Европы», которые могли нанести моральный и интеллектуальный ущерб канадскому обществу, снизить его культурный уровень. То, что украинцы селились компактными общинами, одевались в традиционные наряды, разговаривали на своем языке и придерживались византийской обрядности, только распаляло страсти.

Несмотря на эти трудности, украинские эмигранты постепенно осваивались в Канаде. Со временем они подняли миллионы акров земель. Широкие канадские равнины усеяли их аккуратные белые хаты и церкви с луковичными куполами. Когда накануне первой мировой войны подскочили цены на зерно, многие украинцы разбогатели. Уверенно утверждалась их репутация как добросовестных, трудолюбивых хозяев, и враждебность к ним стала остывать. Канадцам пришлось признать решающую роль украинских эмигрантов в превращении безлюдных прерий в наиболее производительные во всем мире житницы.

К началу первой мировой войны в Канаду переехали около 170 тыс. украинцев. Свыше 85 % поселилось в прериях. Избравшие местом жизни город в основном сосредоточивались в Виннипеге, превратившемся в главный центр общественной жизни украинских канадцев. Если учесть, что общая численность населения запада Канады составляла в 1896 г. всего около 200 тыс., вполне очевидно, что украинские эмигранты не могли не оказать огромного влияния на жизнь этого региона. И если бы их приплыв не был прерван первой мировой войной, он мог бы стать крупнейшей украинской территорией Канады.

Религиозные проблемы. Как и повсюду, самыми первыми и самыми влиятельными учреждениями, основанными эмигрантами в Канаде, были церкви. Здесь, как и в Соединенных Штатах, их рост сопровождался острыми противоречиями и конфликтами. Совершенно не имея греко-католических священников, поселенцы Канады обратились за помощью к единоверцам в США. Откликнувшись на призыв, в 1897 г. из Пенсильвании приехал святой отец Нестор Дмытрив, навестивший пионеров прерий и отслуживший первый греко-католический молебен на канадской земле. В последующие годы такие же визиты совершили несколько других греко-католических священников из Пенсильвании. Однако эти спорадические меры не могли заменить эмигрантам в Канаде стабильной церковной организации и духовного руководства.