Чтение онлайн

Таким образом, сплошной украинизации в первую очередь подлежали районы с наибольшим удельным весом украинцев или их наибольшей численностью. Славянский район оказался первоочередником из-за влияния активистов-украинофилов и наличия украинизированного педтехникума в станице Полтавской. Город Краснодар подлежал украинизации при 30 % украинского населения (40).

Но в целом сплошная украинизация не должна была проводиться на территориях, где украинцев меньше половины населения.

При этом необходимо иметь в виду, что выше приведённые цифры взяты из всесоюзной переписи населения. Ими в основном и оперировали чиновники-украинизаторы. Однако критерии оценки национальной принадлежности оставляли возможность для произвольных толкований. Т.П. Хлынина обращает внимание на нечёткость и противоречивость формулирования национальной принадлежности в вопросах для проведения переписи населения 1926 года. Это ставило опрашиваемых в тупик и зачастую не позволяло им сформулировать свою национальную идентичность.

В соответствии с более ранней переписью 1920 г. на территории Кубано-Черноморской области русскими назвали себя 80 % населения. Украинцами же только 11 % (41).

Принятию плана украинизации предшествовали активные административные преобразования, особенно в районах проведения сплошной украинизации.

11 февраля 1927 г. центр Медвёдовского района был перенесён в станицу Тимашевскую, более подходившую для этой роли по экономическому и культурному значению и условиям связи. Район переименован в Тимашевский. При этом сельсоветы Краснопольский, Нововеличковский и Старомышастовкий были преданы Краснодарскому району ввиду близости их расположения и пожеланию населения.

Тогда же были упразднены: Поповичевский район ввиду несоответствия административных границ сельскохозяйственным районам и Уманский по причине его маломощности. Часть советов Поповичевского района – Бойкопонурский, Гречанобалковский, Днепровский, Зареченский, Казаче-Куирпильский, Могукоро-Гречаный, Поповичевский, Старовеличковский, Хмельницкий – была присоединена к Тимашевскому району. Остальная часть территорий распределена между Краснодарским, Приморско-Ахтарским и Славянскими районами.

Территория Уманского района была разделена между Повловским и Каневским районами. К Каневскому отошел Крыловской сельсовет, к Павловскому – Белый, Куликовский, Новоплатнировский, Уманский (42).

Видно, что перед началом сплошной украинизации подлежащие ей территории претерпели административно – территориальную реформу, призванную повысить их управляемость и ускорить хозяйственное развитие. Дело в том, что эта местность считалась средоточием казачьего «черноморского» духа. Её население надо было в первую очередь сделать безопасным в преддверии «великого перелома». В официальных документах специально отмечалось, что активная фаза украинизации началась после окончания организационного оформления Северо-Кавказского края (43).

В 1929 г. во время XVI партийной конференции было объявлено о завершении районирования в СССР. Тогда же были ликвидированы сравнительно крупные субрегиональные территориальные единицы – округа. Функции оперативного управления передавались на места. При этом ужесточался контроль за выполнением планов центральной власти (44). Завершение районирования фактически совпало с началом самой активной фазы украинизации.

Несмотря на самые разные меры, в том числе и касающиеся административно-территориального деления, украинизация на местах столкнулась со значительным сопротивлением.

При этом в некоторых населённых пунктах украинизация проходила успешнее, чем в других. Например, в станица Полтавской. В 1925 г. здесь уже прошла украинизация школьного образования (45). Партийные и советские органы станицы перешли на украиноязычное делопроизводство одними из первых. Здесь сказалась длительная традиция интереса станичников к украинской культуре, долгое и относительно стабильное влияние интеллигентов – украинофилов. Например, Николай Михновский, которого с начала XX ст. называли отцом украинского национализма, до 1924 г. работал учителем в станице Полтавской (46). Однако и здесь в средине 1920 —х гг. процесс украинизации сталкивался с сопротивлением, в том числе и в сфере школьного образования (47). В указанный период в станице продолжала действовать русская школа-девятилетка (48).

Похожая ситуация наблюдалась и в станице Каневской. Когда в станице организовали украинский кружок, то на его открытие пришло 278 человек (49). В станице учителями работали местные уроженцы. Одного из них, Филиппа Григорьевича Иваненко, старожилы продолжали помнить и в начале XXI в. В станице действовала капелла бандуристов (50).

Изменения административно-территориального устройства и реформы в системе местного самоуправления 1920 – начала 1930 гг. были призваны сделать регионы страны по-настоящему подконтрольными большевикам. Помимо прочего, они должны были способствовать нейтрализации недовольных и укреплению базы сторонников, подготовке базы для решительных преобразований. Украинизация преследовала те же цели. Поэтому она проводилась параллельно административной реформе и должна была способствовать её успеху. В целом на местах украинизация сталкивалась с многочисленными трудностями. Но в ряде населённых пунктов проходила достаточно успешно.

Примечания:

1. Основные административно-территориальные преобразования на Кубани (1793–1985). Краснодар, 1986. С. 62–63.

2. Украинизация Кубани. Материалы по истории Кубани 1920 – 30 гг. Краснодар, 1991. С. 15–16, 24.

3. Основные административно-территориальные преобразования на Кубани (1793–1985). Краснодар, 1986. С. 77.

4. Бершадская О.В. Осуществление политики украинизации на Кубани в период 1925–1932 гг. // Вторые кубанские литературно-исторические чтения. Краснодар, 2000. С. 121.

5. Харченко В. Мы начинали на хохлацком и первый трактор был «Фордзон» // Зори. 2008. 1 мая. С. 3.

6. ЦДНИРО. Ф. 7. Оп.1. Д. 658. Л. 5.

7. Бершадская О.В. Указ. соч. 2000. С. 121 – 122.

8. Украинский язык и украинизация на Кубани 1920-30 годы // www.protichka.narod.ru/history/ukr.html

9. Макаренко М.Ю. Казачество Юга России в первой трети XX в.: социально-демографический облик // Голос минувшего. 2009. № 1–2. С. 97.

10. Основные административно-территориальные преобразования на Кубани (1793–1985). Краснодар, 1986. С. 77 – 78.

11. Она же. Влияние административно-территориальных образований на развитие национальной ситуации на Кубани // Дикаревские чтения (3). Краснодар, 1997. С. 3 – 5.

12. Основные административно-территориальные преобразования на Кубани (1793–1985). Краснодар, 1986. С. 77.

13. ЦДНИКК. Ф. 8. Оп 1. Д. 85. Л. 32.

14. ЦДНИРО. Ф. 7. Оп. 1. Д. 711. Л. 69.

15. ЦДНИРО. Ф. 7. Оп.1. Д. 658. Л. 18.

16. ЦДНИРО. Ф. 7. Оп.1. Д. 658. Л. 5–7.

17. Там же. Л. 9.

18. Там же. Л. 16. Украинский язык и украинизация на Кубани 1920-30 годы // www.protichka.narod.ru/history/ukr.html

19. ЦДНИРО. Ф. 7. Оп. 1. Д. 685. Л.26.

20. Лукаш С.Н. Воспитательные ценности культуры казачества. Ростов – н/Д – Армавир, 2008. С. 149–150.

21. Бершадская О.В. Указ. соч. С. 121.

22. Макаренко М.Ю. Казачество Юга России в первой трети XX в.: социально-демографический облик // Голос минувшего. 2009. № 1–2. С. 97.

23. ЦДНИКК. Ф. 8. Оп 1. Д. 407. Л. 2.

24. Харченко В. Мы начинали на хохлацком и первый трактор был «Фордзон» // Зори. 2008. 1 мая. С. 3

25. ГАКК. Ф. Р – 861. Оп. 1. Д. 5. Л. 5.