Чтение онлайн

Такие заявления были сделаны в Старо-Минском районе и Кущёвском во время моего обследования, а так же на пленуме Старо-Минского Райисполкома, где особенно высказывались в пользу расширения «Червонной Газеты».

(отношение Укрсекции Донкома ВКП(б)).

61. «…Но этого мало. Кубокружком постановляет: «Ввиду того, что в станице Полтавской имеется украинский Педтехникум, ликвидировать украинское отделение при Краснодарском Педтехникуме. Вопрос о ликвидации украинского отделения при Кубанском Педагогическом Институте оставить открытым до приезда товарища Базарника (ректора института0. Тогда враждебно настроенные мелкобуржуазные элементы имели такой козырь в своих руках. По соседству, в Черноморском округе, ставят на родительских собраниях вопрос об украинских школах и говорят родителям, что нужно учить детей русскому языку потому, что нечего будет делать их детям после школы первой ступени, потому что в Краснодаре «уже всё закрыли». Родители, не долго думая, единогласно голосуют за русскую школу. Таким образом закрыли все три школы в Черноморском округе.

Да не только в Черноморском округе закрыли украинские школы. Закрыли уже в этом году и в некоторых станицах Кубанского округа. «Само население этого не желает» – говорят местные работники. Конечно, если Вам скажут, что на Москву поезда не ходят, то кто скажет: «А я поеду». Никто не захочет ехать».

(Из статьи, напечатанной в харьковской газете «Висти ВУЦИК»).

62. «Главнейшим затруднением в работе по украинизации на Кубани являлся в прошлом однобокий характер этой работы, ограничивающийся культурно-просветительской областью, или, вернее, областью школы первой ступени. Низовой госаппарат, общественные, союзные и парторганизации стояли в стороне от этой работы. Что естественно порождало не доверие у хлеборобов к прочности и серьёзности целей, выставлявшихся при украинизации школы, возможности практического использования украинского языка вне узких границ семьи. На этой почве в некоторых случаях происходило разочарование населения в украинской школе, и школа просуществовала один или два года. По настоянию родителей опять переходила на преподавание на русском языке (ст. Дядьковская). Только совместная работа всех партийных, советских и общественных организаций в отношении украинизации обеспечит безболезненный переход культучреждений на украинский язык и создаст почву для успешного развития украинской культуры на Северном Кавказе».

(Письмо Зав. КубОкрОНО тов. Потапова в Кубокрком ВКП(б) 19 августа 1926 г.).

63. «Препровождая при сём копию распоряжения КрайОНО по вопросу об украинизации школ, обслуживающих украинское население, посланного Кубанскому и другим округам края, Край Оно сообщает, что по вопросу о проведении работ среди украинского населения на его родном языке имеются известные вам постановления 2-й Кубанской окружной партконференции, постановление Бюро Куб. Окружкома, коллегии АПО Крайкома.

На основании указанных постановлений в текущем учебном году велась частичная работа по переводу школ на украинский язык в районах с компактным украинским населением преимущественно в Кубанском округе. Работа проводилась в строго плановом порядке и, по имеющимся у нас сведениям, никаких конфликтов с населением на этой почве не возникало. Но возможно, что на местах имели место случаи недоразумений с отдельными гражданами. Однако, в КрайОНО никаких материалов по этому вопросу не поступало.

В тоже время по линии КрайОНО никаких специальных распоряжений, направленных к усилению украинизации Края, не издавалось».

(докладная записка И. Об. Зав. СК КрайОНО, 16. 08 1926 г.).

64. «По поручению студентов, которые выдержали испытание на первый курс Украинского отделения Краснодарского Педтехникума обращаемся к Вам с просьбой как к секретарю Крайпарткома. Помогите нам!

Вот уже около месяца, как мы поступили на украинское отделение Краснодарского педтехникума. Но до сих пор не учимся потому, что неожиданно выяснилось, что украинского отделения при КПТ не будет. И теперь мы не знаем, что делать. Приходится тратить время, тогда как везде началась учёба. Пробовали мы обращаться к завпедтехникумом, но получили от него такой ответ: «Я здесь не причём. Возможно, что отделения не будет». Тогда мы обратились в украинскую секцию КрайОНО. Но выяснилось, что её уже нет, и потому мы ответа не получили. Так мы и не знаем, откроется ли украинское отделение? Может быть Вы, как секретарь Крайпарткома сможете урегулировать этот вопрос и выведите нас из неопределённого положения.

(Обращение группы студентов в украинскую секцию Парткома 27 сентября 1927 г., г. Краснодар).

65. «Женщины говорили о том, как калечат их детей в русских школах, как трудно детям учиться. А они, матери, не могут ни чем помочь детям, потому что сами не понимают как следует ни русского языка, ни русской книги. «Нужно» – говорила одна женщина «Чтобы ребёнок сначала учился своему родному языку, а потом учил другой язык, какой он захочет».

«Вылежишь, скажешь иногда пару слов» – говорила одна женщина «а потом русского слова не подберёшь, мысли перепутаются, забудешь, что хотел сказать, застесняешься. И больше ничего не скажешь. Тем и кончается твоя речь. А в стороне стоят и смеются. Начать же говорить по-своему, по-украинскому, стыдно. Потому что украинский язык ещё до сих пор считается на местах, в станицах, языком не культурным».

(Из выступления делегаток на Кубанской Окружной женской конференции, 22 марта 1926 г. Перевод с украинского Ф.Ч.).

66. «Наш секретарь товарищ Хатай – партийный. Он не любит украинского языка. Инспектор давно спросил секретаря: «Почему не видно ни в читальне, ни у учителей украинской газеты?». Он ответил инспектору: «Население украинского языка не понимает. Тут говорят на кубанском языке». Может быть, Вы моё письмо напечатаете. На меня за это, безусловно, рассердится секретарь. Хотя, правду сказать, я не очень боюсь его гнева. Потому, что, хотя я беспартийный, отношения у меня с партийными хорошие».

(письмо в редакцию К.С. от 19 03. 1928).

67. «В станицу (Ильскую) приехал из Ростова с инспекторского съезда инспектор, он сказал: «В крае решено: старые украинские школы пусть существуют и далее, но с особого разрешения родителей. Новых открывать не следует. Украинизация дальше не пойдёт».

(из письма в газету «Червоная газета» Омельяновского из ст. Ильской Кубанского округа).

…

69. «В избе-читальне ст. Славянской Куб. Округа кроме «Кобзаря» и Хрестоматии «Червоны зори» ничего нет. Эти две книжки всегда на руках и невозможно добиться их прочитать».

(Г. П-к «Ч.Г.» № 16. 1926 г.).

70. «В ст. Ново-Мышастовской работал кружок украинских селькоров, выходила украинская стенгазета «Червони Хвили». Из округа поступило распоряжение слить русский и украинский кружки, газету «Червони Хвили» закрыть, а оставить «Куточек» для украинцев в русской газете. Несмотря на то, что украинского материала было гораздо больше».

(Тим. Иващенко «Ч.Г.», № 18, 1926 г.).

71. «Фи, какая гадость! Снова этот Гапоненко (учитель) заговорил на собачьем языке…» – говорят члены Рабпроса во время выступлений на собраниях учителя Гапоненко».

(«Ч.Г.», № 21. 1926., «Староста»).

72. «В Краснодаре пробовали закрыть украинскую школу-девятилетку. В Полтавской, Куб. округа – семилетка русская – это портит дело украинизации. В ст. Пластуновской, Куб. окр., пять школ первой ступени украинизировано. Одна школа второй ступени – русская. Ненормальность удивляет население…».

(«Червона газета», № 23, 1926 г., «Б. В.»).

…

74. «В Новороссийске тяга к украинской книге и газете есть. Но ни клуба, ни библиотеки украинской нет. Почему так?».

(Из письма Д.С. в редакцию «Ч. Газеты»).

75. «Родительские собрания в ст. Ново-Мышастовской решили украинизировать школы, несмотря на то, что многие работники были против этого».

(Из письма в редакцию Гаюры»).

76. «Завшколой ст. Березанской Куб. окр. Агитирует против украинизации. Сам он – русский».

(письмо «Работника в газету «Ч.Г.»).

77. «Избач ст. Ново-Корсунской запретил украинскому драмкружку работать самостоятельно, отдельно от русского кружка».