Укрощение воровки
Шрифт:
— Модели, — подсказала Диана, смахивая слезу от смеха.
— Да, точно. Там в журналах все такие же высокие, как ты. Не такие красавицы, конечно, — убежденно проговорил папа. — Хотя, знаешь, такие странные нынче фотографии пошли. Одежда какая-то…непонятная на этих девушках, — махнул рукой и проворчал: — Хотя даже лучше, что ты не стала одной из моделей, а то нарядили бы тебя в какие-то лохмотья, да и волосы твои чудные поотрезали бы…
— Пап, ты уходишь в сторону, — напомнила Диана отцу, который имел привычку плавно переходить из одной темы в другую, и так мог перебрать с десяток разных тем, и потом забыть, что он хотел сказать в самом начале.
— Да, да, прости. Я сам не свой последние дни. После того, как мне рассказали, что надо делать. И вот, только сегодня смог признаться тебе… Но ты не сомневайся, командир Львов — отличный специалист, за него поручился сам генерал-майор, — отец поднял палец вверх.
— А когда…Как мы с этим Львовым увидимся? Мы наверно должны познакомиться…узнать друг друга…Я не знаю, как-то пообщаться, что ли, — с нервным смешком проговорила Диана. Шутки шутками, но черт возьми, она выходит замуж! — Боже, пап, да любой, кто увидит нас вместе, сразу поймет, какой цирк мы с ним разыгрываем! — подскочила с кресла и заметалась по комнате взад-вперед. — Хватит одного взгляда, чтобы понять, что ни черта мы с этим Львовым не любим друг друга и вообще, может даже, опротивеем с первого взгляда! Я же никчемная актриса, пап! — всплеснула руками Диана, пока отец округлившимися глазами следил за ее метаниями. — Меня даже в школьную пьесу не взяли, на роль Пьеро! Даже я, со своей грустной миной, не смогла изобразить достаточную грусть для какой-то школьной постановки!
Отец вскочил со своего места, встал рядом с Дианой и приобнял ее за плечи.
— Диана, Диана! Пожалуйста, не стоит так переживать! Да какому мужчине в здравом уме ты можешь опротиветь?
— Боже, па-а-ап, — простонала она, глядя на него с грустной усмешкой. — Это ты с ростом в два метра можешь спокойно смотреть мне в глаза. А вспомни, сколько было этих ухажёров, которых мама таскала к нам домой. Они же, как кипятком ошпаренные, выбегали отсюда!
— Вот и дураки были! — яростно ответил отец и нахмурил белесые брови. — Ни один здравый мужчина не стал бы отказываться от тебя! Да ты на себя посмотри! Умная, красивая, а характер какой славный…
— То, что я твоя дочь, затмевает реальный взгляд на вещи, — усмехнулась Диана. — Я-то ладно, я буду играть эту роль сколько понадобится. Но вдруг мы с этим Львовым не сможем найти общий язык? Вдруг ему будет…стыдно быть рядом со мной? Как тогда продолжать этот спектакль?
— Да не дай боже он тебя заденет хоть словом обидным, я же ему сам голову откручу! — пригрозил отец, сжимая острые кулаки и сотрясая ими. От этой картины нежность затопила сердце Дианы, и она прижалась к нему, успокаивающе поглаживая по плечам.
— Пап, ты не переживай за это. Я сама кому хочешь голову откручу, уж поверь мне.
Затем они сели обратно в кресла. После нескольких минут молчания, когда каждый переваривал только что раскрытую информацию, первым заговорил отец.
— Завтра матери твоей не будет дома, я ее с Сашей по магазинам отправлю. Дам безлимит своей карте, — усмехнулся он и Диана не смогла удержать улыбки. Но ее улыбка погасла, когда отец продолжил: — Роман придет к нам домой. В обед. Вы познакомитесь, пообщаетесь. Мы обговорим некоторые моменты. Потом скажем, что вы с Романом уже знакомы несколько месяцев, но не решались афишировать свои отношения…
— Маму этим не проведешь, — убежденно сказала Диана. — Пап, поверь, таких агентов, как Альбина Асланова, не найти ни в одной контрразведке.
Отец скрипуче засмеялся над словами дочери.
— Ладно, эти моменты, я уверен, прояснит Роман. Я думаю, он получил конкретные инструкции и лучше нас с тобой, любителей, знает, как действовать, и что делать дальше. Нам лучше положиться на профессионала, Диана.
— Да, пап, ты прав, — тихо ответила она и откинулась на спинку кресла. Вновь наступило молчание.
Как же круто повернулась жизнь Дианы, только утром казавшаяся такой устроенной, спокойной и монотонной. И вот уже вечер, а в ее карму, уже и без того изрядно подпорченную, прибавился еще один грешок в виде воровства. А сейчас она еще и будущая Львова.
Замужество с незнакомцем пусть и пугало Диану, но не настолько, чтобы она закатывала истерики и бежала из дома. Ведь на кону стояла безопасность самых близких людей, и перед Дианой даже не стоял вопрос — согласна ли она выйти замуж или нет? Конечно же, согласна! Лишь бы уберечь от беды любимых папу, маму, сестренок.
Интересно, как на нее отреагирует ее…жених? Диана замечала стыдливо отводимые глаза мужчин, с которыми ее пытались познакомить. Они неловко поднимали головы и отводили взоры от ее лица без косметики, или старались не смотреть на ее одежду, хоть чистую и опрятную, но простую и неприметную.
Диана пожелала отцу спокойной ночи, поцеловала в осунувшуюся щеку и поднялась в свою комнату. Переоделась в пижаму, выпила воды и поставила стакан на подстаканник на тумбочке у изголовья кровати.
Заплетая волосы в косу, она думала о завтрашней встрече с тем, с кем придется разыгрывать любовь на протяжении как минимум года. Ну ничего, год пролетит быстро, даже не заметит. Ради семьи Диана справится с этой задачей.
А если она не понравится Роману?…
Диана вздрогнула от имени. Если он окажется таким же грозным и…пугающим, как тот тип, которого она повстречала сегодня, то ее положению не позавидуешь. Но, с другой стороны, какова вероятность того, что ее фиктивный жених окажется таким же высоченным и мрачным типом, что тот, который поймал ее в магазине?
Диана предположила, что вероятность ничтожно мала, и выключила ночник. Лучше выкинуть того Романа из головы раз и навсегда, и выспаться перед завтрашней встречей с будущим женихом.
Глава 3
Дзинь!
— Диана, открой, пожалуйста, дверь. Я тут в галстуке запутался. Черт, и матери твоей нет…
— Пап, давай я помогу тебе …
Дзинь!!
— Нет, нет. Не заставляй нашего гостя ждать! Беги, открывай!
— Ладно, ладно.
Дзинь!!!
— Иду я, иду. Ай, блин, надо ступеньку заколотить…
Диана распахнула дверь и…
Сердце ее споткнулось и пропустило стук.
И понеслось с бешеной скоростью, обдавая тело жаром, который не способен был остудить даже леденяще спокойный взгляд серых глаз.
Роман усмехнулся, заметив распахнутые глаза и приоткрытые в немом крике губы.
— Ну, привет, воровка.
Диана сидела ни жива, ни мертва, словно действие происходит на сцене, перед огромной публикой. Сотни внимательных глаз устремлены на нее, каждый зритель прислушивается и ждет, когда же она забудет реплику, когда же она оступится…