Чтение онлайн

Удивительно, но в этот раз Хан не попытался сменить тему и избежать серьезного разговора. И у меня появилось ощущение, что речь он подготовил заранее.

– Чувствовал тебя, шел на зов сердца. Решил спросить, не передумала ли. Признаться, как ты дорога для меня. Как сильно я желаю тебе счастья... Не стоило тебя отпускать, ничего не пояснив. Я действительно решил, что тебе будет лучше на Земле. Безопаснее и проще. К тому же, ты выбрала Ара.

– Да никого я не выбирала!
– мне пришлось оборвать поток его признаний.
– Ар обманул тебя, сказав неправду. И меня...

Я затихла, отчетливо поняв: нельзя сваливать вину на другого. Ар лишь усугубил ситуацию. Но всю эту кашу с возвращением, потерей памяти и прочим заварила я. Именно на мне лежит вина за то, что наши с Ханом отношения оборвались, едва успев начаться. Постоянно упрекала, злилась, фыркала. А меж тем и думать не могла ни о ком больше.

– Мне показалось, или ты только что признался мне в любви?
– смущенно переспросила я.
– Это правда?

Прежде чем ответить, Хан опустился на колени. Кажется, у землян и антерианцев есть один общий обычай.

– Преодолев расстояние до Млечного Пути, я собирался предложить тебе вернуться, - признание Хана звучало в моих ушах серенадой.
– Попросить остаться и разделить мою бродячую жизнь. Принять со всеми недостатками и уродствами...

Я бросилась ему на шею и провела рукой по спине. Ощутила под пальцами тугие мускулы и пересекающие их шрамы.

– У тебя нет недостатков, - призналась, сияя счастьем.
– В тебе все прекрасно: и тело, и разум и твоя чистая душа. То, что ты отправился за мной в Млечный Путь, говорит о многом.

Хан чуть отстранился и лукаво заглянул мне в глаза:

– Лант сказал, что тебе не чистили память. Но сейчас я в этом сомневаюсь. Ты точно говоришь сейчас обо мне?

Интересно, это он так набивает себе цену или правда сомневается? Придется выяснять...

– О тебе, - в полной уверенности заявила я.
– Ты сумел меня не только приручить, но и покорить. Вот только, чтобы понять это, мне понадобилось расстаться. На Земле говорят, что расстояние только укрепляет чувства. Лишившись твоего общества, я поняла, что не могу без тебя.

– Мне кажется, или ты тоже признаешься в любви?..
– не скрывая восхищения, уточнил Хан. Дождался моего кивка и продолжил: - По правилам антерианцев, сейчас я должен бы преподнести тебе ожерелье. Единственной женщине, которой полностью доверяю и люблю без меры. Не каждая антерианка способна проникнуться его тайной. Я видел на твоей спине метку, но не уверен, что ты заметила в себе изменения. Видно, на земных женщин ожерелье не действует...

Я задумчиво уставилась в потолок и, придав лицу задумчивое выражение, произнесла:

– Ну... вообще-то действует. Вот только не знаю, должным ли образом. Что, говоришь, там за тайны?

Хан неверяще потряс головой. Улыбнулся, точно получил самый желанный из подарков.

– У меня были подозрения, но я и представить не мог!
– воскликнул, сжимая меня в объятиях.
– Поверить не могу, что это случилось.

Я повернулась спиной, предъявляя доказательство.

– Не знаю, что именно там проявилось, но Ар сказал, что это знак привязанности к антерианцу. И, знаешь, я тоже стала чувствовать тебя... Так странно - ощущать едва уловимый аромат, присущий только тебе. Заранее знать о твоем приближении.

Хан прикоснулся к моей обнаженной коже, нарисовал пальцем символ в виде буквы «v». Именно так выглядел шрам у него на спине, и это натолкнуло меня на определенную мысль:

– Там что, растут крылья?!

– Не хочу тебя расстраивать, но нет, - объявил Хан.
– Крыльев у тебя не будет. Приняв в себя содержимое брачного ожерелья, женщина обретает дополнительную связь с избранником. Острее чувствует его присутствие, иногда даже слышит мысли. А на спине, возле крыльев, появляется этот символ.

– А ты не мог бы раздобыть для меня два зеркала?
– попросила я.
– Хочу своими глазами увидеть это чудо.

Хан выполнил мою просьбу. Одно зеркало вручил мне, второе поднес к моей спине. Символ, который я увидела, состоял из небольших бледно-серых родинок, выросших словно по мановению волшебной палочки.

– Теперь понятно, что так сильно чесалось, - призналась я.
– А мне уж подумалось, что так проявляется какое-то заболевание.

– Ты поэтому не сообщила мне?
– ворчливо спросил Хан, убирая зеркала.
– Побоялась, что тебя станут лечить и исследовать.

– И это тоже, - призналась я. Посмотрела на Хана испытующе и решилась на еще одну откровенность: - Жаль, что твоя ко мне привязанность возникла из-за недоразумения. Не попробуй я содержимого ожерелья, и ты не понесся бы за мной через весь космос...

Хан уронил зеркало и ринулся ко мне. Обнял так сильно, что мне едва хватало воздуха.

– И думать так не смей!
– приказал своим обычным непререкаемым тоном.
– Ожерелье дает лишь дополнительную связь, ни одному веществу на свете нельзя соединит двух существ. Мы сами выбираем себе пару, невзирая на все запреты и противоречия.

– Порой, даже невзирая на доводы рассудка, - добавила я, обвивая руками шею Хана.
– Мы такие разные, но прекрасно дополняем друг друга.

Наш поцелуй походил на слияние огня и льда. Две противоположные стихии, соединившиеся воедино. Хан усмирял мои чувства, но не подавлял, напротив - превращал бурное пламя в миролюбивый, дарящий тепло очаг. А я подогревала его страсть, заставляла заиндевевшее сердце биться часто и неистово.

Мы не услышали стук в дверь. Но чье-то настойчивое покашливание заставило нас оторваться друг от друга.

На пороге стоял невысокий коренастый мужчина, точнее - кот с рыжеватым мехом и длинными, почти ослиными ушами. Я бы непременно улыбнулась, но белый медицинский халат и очки на носу наглядно демонстрировали, что передо мной не забавный зверек, а тот самый доктор, новый член команды Лаэса.

– Здравствуйте, - первой поздоровалась я и поправила сползшую простыню.
– Вы, должно быть, Лант?

– Так и есть, - подтвердил мои догадки доктор. И широко улыбнулся, обнажив ряд острых ровных зубов.
– Приятно, наконец, пообщаться с той самой Пантерой, о которой капитан столько рассказывал. Можешь не скромничать и обращаться ко мне на «ты». Во время осмотра мы, можно сказать, познакомились довольно близко.