Чтение онлайн

– Я все вам расскажу, но… - Лана с показанным недоверием окинула взглядом зал и находившихся в нем жриц, - где-то в более укромном месте.

Я раздражено стиснула зубы. Она еще и диктует?!

Мама же вопросительно глянула на волчиц, что привели незваную гостью, и одна из них, постарше, тут же доложила:

– У нее нет никаких устройств и хвост она за собой не привела. Мы тщательно все проверили.

– Что ж, - шепнула мне мама, - решение за тобой.

А что я могла решить? При всем моем недоверии, раздражении и усталости, стоило прозвучать имени Верона, в голове все перевернулось, и я не могла думать ни о чем другом, кроме как о его спасении. Чертов укротитель!

– Хорошо. Хочешь укромное место, будет тебе укромное место. Но я надеюсь, что ты не врешь мне, Лана. Опять.

– Я не вру.

Что ж. Мы еще посмотрим.

Наверняка, когда Лана говорила: «Наедине», - она имела в виду только нас двоих. Но когда мама отвела нас в небольшую комнату с лежанкой из мехов на каменной плите, которая, вероятно, предназначалась мне (хорошо, что я уже давно отвыкла от комфорта), она и не подумала оставлять Лану со своей дочерью.

Я была крайне благодарна ей за это. Да, у меня были детские обиды на родительницу, но сейчас я вспомнила: какой бы холодной и строгой она со мной ни была – никогда не давала в обиду.

И сейчас, когда силы уже были на исходе, а конца борьбе и не предвиделось, ее поддержка стоила дороже всего на свете.

– Вот. Здесь только мы. Теперь говори, - сказала мама Лане.

Той не очень-то нравилось, что мы не в полной мере выполнили ее условия, но девушке хватило ума понять, что она не в том положении, чтобы диктовать нам что-либо.

– У вас в плену верховная укротительница, и остальные укротители хотят ее вернуть. Они готовы на обмен.

Лана проговорила это быстро, уведя взгляд в сторону, как провинившийся ребенок.

Говорит от лица укротителей? Значит, как только я ее отпустила, она побежала сразу к ним…

– Я знаю, как это выглядит, но все не так, - будто прочитав мои мысли, поспешно прибавила Лана, - я пришла к ним только для того, чтобы помочь волкам.

– В прошлый раз ты говорила то же самое, - отрезала я.

Эти слова ее огорошили, и Лана некоторое время молчала.

– Я правда делаю все это во благо, - в ее голосе послышалась дрожь, - правда.

В сердце кольнуло. А ведь она, кажется, не врет.

Подумалось, что я несправедлива к ней. Нет, я все еще была зла и считала, что Лана заслуживает наказание (впрочем, не настолько жесткое, какое предписывали ей заветы предков и Грагша), но в то же время, она заслуживала и милосердие.

– Ладно, Лана, - я протянула руку и положила ее на плечо девушки, - расскажи, что ты выяснила у них.

Волчица посмотрела на меня растерянно, удивленная этим жестом примирения:

– Я… - она запнулась сперва, но через мгновение заговорила уже твердо и громко, - я не сказала им, что меня выгнали из племени. Сделала вид, что все нормально, и все еще могу работать на них… Они отправили меня выследить вас, разузнать, где пленница, и как ее можно вызволить. Они очень хотят вернуть ее. Готовы пойти на все. Если ты предложишь обмен – они точно согласятся.

Это сомнительно… Укротители считают нас зверями, а со зверями не договариваются. Но, с другой стороны, зачем им Верон? Лишенный положения и авторитета? Он не знает военные тайны, и с легкой руки укротителей потерял малейшую возможность разведать что-либо теми способами, какими он пользовался.

– Они следят за тобой?

– Нет. Я убедила их, что будет надежнее, если я пойду одна и без технологий. Сказала, что все на взводе и не доверяют друг другу.

– Но ведь ты не знала, куда идут волки… Как ты нашла дорогу?

Хороший вопрос. Мы много петляли, разделялись, запутывали следы, чтобы нас не выследили ни укротители, ни их псы.

– Я… - она чуть смутилась, - я шла за запахом Рэйна.

Вдруг со стороны прохода донесся голос, так внезапно и громко, что я невольно вздрогнула:

– Тебе стоило его забыть.

Синхронно мы трое посмотрели в сторону говорившего.

Рэйн вернулся в храм. И, конечно же, ужасно не вовремя.

Лицо Ланы посерело от обиды и сожаления.

– Рэйн, я… - она метнулась к нему, но тот вскинул вперед руку, приказывая девушке не приближаться.

Ее глаза заблестели, но она послушалась.

То есть после всего, Лана все еще хочет быть с ним? Я бы так не смогла. Я бы не простила его, даже если бы была виновата.

Кажется… Эти двое друг друга стоят. Молодой альфа, который ужасно хочет стать великим. И глядящая ему в рот девушка, которая уже считает его таковым.

– Ты уверена, что укротители пойдут на сделку? – сделала вид, что не замечаю напряжения между этими двумя.

Лана кивнула, а Рейн резко выступил вперед.

– Что? Ты действительно собираешься это сделать?! – в глазах у него горела такая ярость, что стало не по себе, и даже мама прильнула ко мне и взяла за локоть, как бы защищая.

– Я… - я не была уверена. Все выглядело, как подстава. Причем не самая хитроумная. Но мне нужно было вернуть Верона, и не только потому, что я хотела этого. Я понимала, что он реально может помочь волкам. У него мозги работают быстро и совершенно непредсказуемо. Он прекрасно знает повадки и оборотней, и укротителей. Знает слабые и сильные стороны и тех, и других. Шелла не приносит нам пользы. Напротив, чем дольше мы ее держим у себя, тем больше укротители хотят нас найти. Их Верховная в плену у волков! Конечно, это позор, который они хотели бы поскорее смыть. Впрочем… Отрицать, что мы вполне можем попасть в засаду, я не могла. И в таком случае… Не видать мне Верона, не видать победы волков. Укротители вернут Шеллу, а потом найдут храм и всех перебьют.

То, что я оторопела с ответом, выглядело почти как признание неправоты.

Однако прежде чем Рэйн успел насладиться победой, в разговор вступила мама:

– Мы обменяем пленников. Рискнем.

Молодой альфа раскрыл рот от изумления, а его брови так нахмурились, что лоб покраснел. Я же не справилась с удивлением, посмотрела на маму ошарашено и переспросила:

– Что?!

– Да. Он нам нужен.

– И зачем это он нам нужен? Вы хоть знаете, кто он такой?! – зарычал Рэйн.

– Знаю, - мама посмотрела на него сверху вниз, шагнула навстречу, и прибавила холодно и строго, - и я знаю о нем больше, чем ты, и даже больше, чем Дарина. Он нам нужен. И мы рискнем.

– Я несогласен.

– Я не знаю, что ты о себе возомнил, мальчик, но ты тут ничего не решаешь.

Эти слова заставили меня мотнуть головой и часто заморгать. Вот это да. Кто-то жестко поставил Рэйна на место.

Его губы задрожали, лицо стало красным.

– Ты собираешься расплакаться или побежишь жаловаться всем вокруг? – мама всегда умела быть жестокой и бить по самым больным местам. Рэйна она жалеть не стала, - или, может, ради разнообразия ты поведешь себя, как взрослый волк и последуешь совету старшего, который смыслит в деле куда больше твоего?