Умереть — непозволительная роскошь
Шрифт:
— Ну что, друзья, — вздохнула Ершова, — за работу?
— Да, да… — спохватился администратор. — Идемте! Машина дожидается у входа.
Мужчины подхватили нехитрый командировочный скарб и засеменили за Екатериной Ершовой.
«Адмирал» восхищенно гудел и густо пыхтел табачным дымом. В полумрачном зале лилась душещипательная мелодичная музыка. На освещенной яркими лучами прожекторов небольшой сцене выступал танцевальный коллектив «Русалки».
Грациозные полуобнаженные нимфы заканчивали композицию под одобрительные овации многоликой публики, среди которой находились и солидные бизнесмены, и видные авторитеты, и просто завсегдатаи.
Все с нетерпением ожидали сольного номера восходящей секс-звезды Клавдии Засулич. Не была исключением и Екатерина Ершова, которая примостилась за столиком возле сцены, готовая в любую минуту начать съемку.
Рядом с фотографом сидел визажист Славик в расслабленной позе и оценивающе стрелял глазами по залу в поисках приятного мужского лица. Валера Огурец и руководитель танцевального коллектива Галина Горшкова, невысокого роста пожилая полноватая женщина, находились среди гостей и чуть ли не в рот смотрели Ершовой.
— Как вам тут нравится, Катенька? — поинтересовалась Галина Федоровна у гостьи.
Екатерина равнодушно повела плечиком.
— Ничего, — сказала москвичка и, чтобы не обидеть хозяйку, добавила:
— Мило.
— Конечно, это не Москва… — оправдывалась Горшкова, — но прилично отдохнуть здесь можно.
Катя, отпив из бокала шампанского, кивнула русой головой.
— Конечно, Галина Федоровна.
Администратор вдруг засуетился и стал предлагать гостям кушанья.
— Ребята, — сказал Огурец, — вы же с дороги: выпейте немножко, перекусите!
Ершова дружески положила руку на плечо парня.
— Вячеслав, — подчеркнуто строго произнес Валерий, чтобы его ни в чем не заподозрили, — а вы вообще не притронулись к еде.
Визажист жеманно отмахнулся рукой от Огурца.
— Не искушай, Валерочка, — прогнусавил Распонин, — я, дружок, на диете.
— А зря, — сказал администратор, — вы, Слава, вполне нормально выглядите.
Визажист заинтересованно посмотрел на собеседника.
— Вы так считаете?
— Да.
Славик кокетливо вздохнул и, мило улыбнувшись Огурцу, обреченно махнул рукой.
— Ладно, уговорил, искуситель!.. — прошептал он. — Подай мне вон то крылышко.
Женщины понимающе переглянулись и чуть не прыснули со смеху, а покрасневший Огурец стал обслуживать привередливого гостя.
— Пожалуйста, Вячеслав!
— Благодарю, Валерик!
— Неизвестно, чем бы все это закончилось для Валерика, но долговязый и длинный, как глист, конферансье объявил следующий номер программы:
— А цяпер, шаноуныя спадары, сустракайце нашу чароуную зорку Клаудзто Засулич!
Публика одобрительно и громко зашумела, а Екатерина быстренько открыла кофр и достала фотоаппарат со вспышкой.
— Вы будете снимать? — испуганно спросила Галина Федоровна.
— Да.
— Но ведь мы решили отснять Клавочку после программы, — возразила Горшкова, — теперь она не готова…
— Тем лучше, — парировала профессиональный фотограф, — мне нужно увидеть ее естественной со стороны.
Ершова уже отошла от столика и стала выбирать позицию и примеряться к объекту, а Галина Федоровна все еще долдонила и оправдывалась перед своими соседями по столику.
— Разумеется, Катенька — талант! — изрекла довольно банальную фразу пампушка и повернулась к Распопину. — И я не сомневаюсь, что то же самое относится и к вам, Славик!
Распопин снисходительно посмотрел на провинциалку и с тем же пафосом возразил ей:
— Ошибаетесь, дорогуша!
От удивления Горшкова приоткрыла маленький любвеобильный ротик.
— Как?
Визажист гордо задрал вверх голову и, повернувшись к Валерику, взял того за руку и чувственно произнес:
— Я не талант, я ге-ний!!!
После таких «откровений» Галина Федоровна слегка поникла, а Валерия Николаевича неожиданно бросило в холодный пот* * *
После выступления восходящей звезды Клавдии Засулич Славик Распопин поколдовал в небольшой, но уютной гримерке над ее имиджем, и девушка стала неотразима. Даже ее постоянные завистницы и конкурентки не могли этого не отметить, но, естественно, только в душе. Теперь она была готова к съемке.
Кате девушка понравилась. Она была не глупа и даже эрудированна, несмотря на свой молодой возраст. Да и по характеру казалась мягким и добродушным человеком. Съемка удалась: Катя быстро отсняла заказанную серию снимков и, распрощавшись с гостеприимными хозяевами, поспешила с Распопиным на вокзал…
Глава 15
Екатерина покидала славный город Минск с тяжелым сердцем, но не потому, что ей не понравилась ночная столица Беларуси, просто ей не очень-то хотелось возвращаться в Москву, а вернее, к предстоящему разговору с Ильей.
Какое-то нехорошее предчувствие ныло в женском сердце, которое задолго предвидело и чувствовало и радость и горечь…
Поезд тихонько тронулся с места и стал набирать скорость. Катя смотрела на провожающих ребят, которые махали на прощание руками. Особенно усердствовал Валера Огурец, но почему-то стараясь не смотреть на Ершову.
Катя махнула в ответ хозяевам и посмотрела на Славика, который, к удивлению остался доволен этой поездкой. Распопин кокетливо махал платочком и даже высунулся в открытое окошко.
Когда люди на платформе стали сливаться в одну общую массу, визажист повернулся к своей спутнице.
— А тут премилые люди, Ершова!
Катя пожала плечиками.
— Как и везде на просторах бывшего Союза!
— Ну, не скажи!
Женщина не стала спорить с Распопиным, она очень устала.
— Я пошла спать!
Катя зашла в купе и переоделась в спортивный костюм. Женщина взяла туалетные принадлежности и решила пойти умыться и почистить зубы, но, когда она отворила двери купе, на нее чуть не наскочил высокий бородатый мужчина в очках. Сзади на него напирали еще несколько мужчин с дорожными сумками, в которых слышалось бряцание бутылок.
Ершова шарахнулась от него: мужчина лет тридцати пяти был слегка навеселе.
— Извините, это пятое купе? — поинтересовался длинноволосый пассажир.
— Нет, четвертое!